Мужики полчаса водили меня по расположению рассказывая порядки и показывая особенности. Завели на склад где мне выдали комплект постельного белья и повседневной одежды, в виде тёплых штанов, рубашки и свитера. Остальное должно быть своим. Хорошо, что я подготовился, закупив вещи в Тикруне, наученный опытными Барди и Лором. У меня даже постель запасная была припасена. Подготовка к обучению мне обошлась в два с половиной золотых, не могу сказать, что дёшево.
Пока ходили, рейнджеры рассказали мне свою историю. Оказалось всё очень банально. Илла наплела о некомпетентности мужиков или ещё что‑то навыдумывала, никто перед ними не отчитывался. Наказать рейнджеров не могли, потому что они выполнили задание и вернули украденное, поэтому их наградили примерно как меня. Сослали с повышением. Вот они и кукуют тут уже четвёртый месяц. В общем, они очень любят эту девушку и каждый раз вспоминают её добрым словом. Илла тоже получилане совсем то, что хотела. Перевод ей подтвердили в столицу, но сослали в какой‑то архив под землёй, с глаз долой. Ну и ладно, надеюсь она меня в этом не обвиняет, наверняка я опять виноват.
Брин отделился от нас, на последок сказал, чтоб я был очень осторожен. Комендант училища очень не любит магов, по каким‑то своим с ними тёркам. Поэтому меня, как протеже магов, он уже приговорил. Рейнджерам уже были даны указания меня уничтожить, растоптать и развеять по степи. Наверняка кто‑то из кадетов мной займётся, выслуживая плюшки у начальства. Печальненько. Петр проводил меня в мою нону и оставил, показав на полу‑комнату.
Казарма делилась на четыре больших отдельных помещения. Три жилых комнаты, примерно пять на десять метров каждая. И что‑то типа общей комнаты, метров семь на десять. Каждая жилая комната закрывалась дверью и делилась простенками на шесть частей. Получалось шесть отдельных купе на четыре кадета. В пяти полу‑комнатках стояли двуярусные нары. Еще одна выполняла роль кладовки для личных вещей обучающихся. Внутри были отдельные шкафчики на каждого из двадцати кадетов личного состава учебной сексты.
Моя первая кварта по расписанию имела в составе сто кадетов и десять человек командного состава. Занимала эта орава две казармы. В одной жили три сексты кадетов, в другой две и одну комнату занимали секстеры с замками. Квартер жил отдельно. Всего в учебном лагере было три кварты, что приравнивалось к полной боевой квите в любом легионе. Дальше шла кмета, тысяча бойцов и легион, три тысячи. Это всё я узнал позже, на занятиях.
В моём купе уже было занято три кровати. Помня своё детство и опыт нахождения в пионер лагерях, я точно знал, что сразу надо ставить всех на место, иначе будут проблемы. Бросив вещи на пол, я подошёл к понравившемуся нижнему месту и уставился на занявшего её коренастого молодого человека. Опыта в таком возрасте нет никакого, тем более в этом мире, скорее всего, он из дома выпорхнул пару дней назад, до этого дальше своего населённого пункта и не бывал. Пацан начал елозить, не смог усидеть не обращая на меня внимания и поднялся. Нахмурился, начала заводиться, выставил лоб в перёд и попытался надвинуться на меня, как бык.
‑ Земляк, уступи место! – я с размаху влепил ему открытой ладонью по плечу. Хина такой оплеухой могла доски ломать или легко вырубить здоровенного мужика, звизданув его по щеке. У меня, к сожалению, таких талантов пока не было, но парень получил очень чувствительно. Его лицо не произвольно скривилось, наверняка он старался держать себя руках.
‑ Та..
‑ Не жмись, тебе же лучше будет, я ночью писаюсь. – говорил ему, занося руку для нового дружеского шлепка по плечу.
‑ Ладно, ладно. – покосился он на мою ладонь в мозолях от любимых камушков Хины.
Парень быстро собрал вещи и свалил на верх. Ещё два подростка попытались хмыкнуть, но под нашими взглядами отвернулись и сделали вид что там есть нечто интересное. Я растелился, отнёс вещи в кладовку и вернулся на своё место, решил полежать, подремать. По пути заметил в одной из комнатух бугая, который очень не добро на меня посмотрел. Вот во всех мирах есть подростки, которые под два метра ростом и за сто килограмм. И вот почему‑то нифига они не толстые, здоровенные шкафы, у которых щетина уже в двенадцать такая, как у меня в сорок не было. Природа ты не справедлива!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Полежав, под тихий разговор моих однононерцев задремал. Снился мне самый страшный сон в моих двух, неполных жизнях. Обычный сон, когда критическое мышление приглушенно и только отмечает нестыковки, но они не доходят до неработающего сознания. Потом, после пробуждения, ты просыпаешься и не можешь понять как в такой бред мог реально верить. Вот и сейчас так, снилось что мне откуда‑то стало известно, что мой старший сын умер. Боги всех миров, как мне было больно! Настолько правдоподобный сон, что я полностью в него поверил как в реальность. Я выл, катался по полу и ничего не мог поделать, где‑то внутри билась мысль, что этого не может быть и это всё бред, но не могла никуда достучатся. Только чуть‑чуть приглушала боль и вселяла крохотную надежду.
Выдернуло меня из сновидения ощущение мокрого физического тела. Я почувствовал как по мне бежит жидкость и одежда становится липкой, мокрой и противной. Открыл глаза полные слёз, я плакал во сне, пока проморгался мне на лицо опять попала струя воды. Я резко сел и увидел натягивающего штаны недавнего бугая. До меня дошло, что это была не вода. Последнее, что отчётливо помню это мерзкую, самодовольную харю гиганта и отданную команду телу от мозга, ни в коем случае не использовать ци.
Пришёл в себя скрученным в три погибели, позвоночник трещал, руки вывернутые назад выли от натуги сопротивляясь, чтобы не сломаться, ноги тоже кто‑то держал весьма не нежно. Шею зажала в замок, возле бедра, толстенная рука. Позже оказалось, что это огромный секстер, по имени Даух, которого я видел утром в комнате с Брином и Петром. Пришлось напитать тело ци, чтоб меня не поломали. Стало сильно легче, не сказать что смогу выбраться без выброса силы наружу, но теперь просто так, от любого неосторожного движения, я не сломаюсь.
‑ Всё! Всё я пришёл в себя! Полегче. – заорал я. Давление чуть‑чуть ослабло, стало легче дышать. – Отпускайте, я себя контролирую.
Мне отпустили ноги и шею, ещё немного ослабили хватку рук, но не отпустили. Позволили выпрямиться и осмотреться. Ну самое не приятное это то, что моя кровать была сломана. Хотя сомнительно, что я буду ближайшее время тут ночевать, есть тут у них карцер для буйных?
Бугай валялся на обломках, одна рука лежала вывернутая за спину и сломанная посередине предплечья. Рана кровила, торчало мясо и белела кость. Кроме руки, окровавленной головы и наполовину оторванного уха, больше я повреждений не видел. Гигантский подросток дышал, о чём говорила сильно вздымающаяся спина. Надеюсь выживет эта мразь. По коридору прошествовал маг с посохом, осмотрелся, подошёл к поверженному, поводил над ним руками и кивнул стоящим рядом со мной секстерами, это были Брин и Даух. Два мужика попытались аккуратно вытащить пацана из обломков, но так себе у них это получилось. Когда они протянули мимо меня тело рассмотрел, что у Дауха на лице наливается под левым глазом фингал, на скуле Брина были несколько царапин и он пару раз потёр челюсть болезненно кривясь. Зараза, ещё и этим прилетело, хоть бы не обиделись.
Когда мужики выволокли тело и утащили по коридору, а меня отпустили, я просто стоял, потирая костяшки, в комнату ввалился красный комендант. Сначала начал орать как резаный, что он тут всех, а особенно меня, но наткнулся сначала на мой взгляд, обещающий ему не самую лёгкую судьбу, потом перевёл взгляд на стоящего впереди меня мага и спал с лица. Развернулся и грузно потопал к выходу, но в проходе появился ещё один маг, так же зыркнув на него и сказал:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
‑ Алис, мы можем его не удержать, ты нужен. – два мага быстро выскочили из помещения, при этом Алис наступил на ногу коменданту. По ойкав, он пошёл за ними.
Недалеко, возле стеночки, стояли мои соседи. Среди них был парень, которого я сгонял с кровати, повернулся и сказал:
