Одна из таких, разухабистая, неприятная, разместилась на лавочках по обе стороны главной аллеи: подвыпившие парни блатного вида что-то мычали под гитару, наяривали цыганочку прямо поперек дороги. Стоило Олегу со Светланой и Надей с ними поравняться, как путь загородили двое.
– Вот это крали! – восхищенно воскликнул один. – Куда торопитесь? Присоединяйтесь-ка к нам! – И с неуклюжей, издевательской галантностью протянул руки девушкам, будто их спутника не существовало.
– Ребята, вы что, не видите? Девушки заняты, – с суровым видом, но миролюбиво выступил вперед Олег, выпрямившись во весь свой могучий рост и расправляя плечи.
Страха он не чувствовал: в этот час, на виду у многочисленной публики шпана не посмеет затеять драку.
– А ты, шкаф, подвинься! – презрительно-добродушно посоветовал жилистый тип, с белобрысой челкой, спадающей на глаза из-под кепки. – Лучше двигай-ка отсюда, не то перо в бок получишь, – почти ласково прошепелявил он.
– Ты слушай, слушай, что тебе говорят, слоненок! – так же тихо, приветливо обратился к нему второй, повыше и покрепче на вид. – Не лезь на рожон – не стоит.
Олег понял – с ними не шутят; страх охватил его. Он оглянулся: Марк и Миша остановились позади, наблюдают за развитием событий. Он приободрился, собрался с духом и, рисуясь перед девушками своей мощью, сделав угрожающий шаг вперед, предупредил.
– Вы что, парни? А ну, прочь с дороги! Кого путаете? Вон, милиция рядом! На нары захотели?
При этих словах вся компания вскочила на ноги как по команде. Ах так?! Теперь уж не до девушек! Жилистый так двинул Олегу кулаком ниже пояса, что тот, взвыв от боли, согнулся пополам. Тогда противник нанес ему удар в лицо – заплыл глаз, потекли «кровавые сопли». Вся остальная компания вмиг набросилась на Олега со всех сторон, и он завертелся среди них, как медведь среди своры охотничьих собак, вопя:
– Что вы делаете?! За что?!
Он даже не пытался дать сдачи – не умел драться: рос большим и сильным от природы; самый рослый в классе, никого не обижал; ну и к нему не лезли – побаивались. Сам он считал, что, если понадобится, постоять за себя сумеет. А теперь вот растерялся, поддался...
И Марк, и Михаил ребят этих из своего района давно знали – о них шла дурная слава – и потому не вмешивались – авось все кончится миром. Да и от Олега веет силой, вид у него суровый и внушительный, а урки силу уважают. Но, поняв, что из него сейчас сделают отбивную, а может, и ножом пырнут, не сговариваясь бросились на выручку.
– Ребята, атас! Смывайтесь! Эй, Батон, ты что – не видишь? – Подбежав, Марк схватил за руку коренастого, толстого громилу, замахнувшегося на Олега ногой. – Кончай! Это свой парень!
– А ты чего здесь мельтешишь? – огрызнулся, узнав его, Батон. – Вали отсюда, а то и тебе достанется!
Михаил не разговаривал, – он действовал умело и быстро: в мгновение ока расшвырял нападавших, загородил Олега своим большим телом и, бесстрашно глядя на это хулиганье, решительно заявил:
– Хватит, братва! Вы его прилично отделали. Говорят вам – это свой парень. Кто его тронет – будет иметь дело со мной!
«Братва» заколебалась – Михаила здесь хорошо знали.
– Это Мишка-самбист... Крутой малый... – слышалось в прошелестевшем ропоте.
Справиться-то они с ним справятся – их вон сколько, – да не стоит связываться: не всегда ведь ходят компанией...
– Светочка, тихо-тихо идите в метро, – подойдя сбоку, шепнул Марик, воспользовавшись возникшим замешательством. – Это опасные ребята, мы тут сами разберемся. Выручим Олега!
Неизвестно, чем кончилась бы стычка, если бы вдруг не раздался истошный крик:
– Полу-ундра! Фарао-оны!!
От метро, не слишком торопясь, бежали в сторону «происшествия» два милиционера, – видимо, кто-то из прохожих сообщил, что на бульваре драка, и потребовал от них действий. Шпана бросилась врассыпную. Миша и Марик под руки подвели избитого, растерзанного Олега к лавочке, усадили и стали приводить в чувство.
Подоспевшие, как всегда, поздно стражи порядка хотели составить протокол, благо в свидетелях недостатка не ощущалось. Поначалу Олег согласился, переполненный жаждой мести за боль и унижение. Но друзья, выручившие его из беды, отсоветовали:
– Это уголовная шпана, Олег, – многие сидели. Тебе же будет хуже, с ними лучше не связываться!
– А вы что же не предупредили, ведь видели, как они пристают?! – набросился на них Олег. – Тоже мне друзья! Вы же их знаете!
– Мы бы помогли. Тебе не стоило им угрожать – для них это что красная тряпка для быка, – спокойно объяснил Марик. – Не обижайся! Нескладно вышло, но царапины заживут, а нам еще отдуваться.
– Никогда не имел дела с подонками и, надеюсь, не буду! – проворчал Олег, потирая ушибы и поправляя на себе костюм, потерявший, разумеется, в драке свой шикарный вид.
Он уже полностью оправился от шока, боли не чувствовал, но обидно ведь и стыдно – проявил полную беспомощность, так и не сумел дать сдачи...
После нового удара, нанесенного его мужскому достоинству и авторитету, Олег понял: в сердечных делах со Светланой он потерпел окончательное фиаско. Она теперь долго этого не забудет – женщины беспомощности не прощают! Вот не везет! Мало было этой несчастной лодки, так шпану нечистый на него наслал! Дяде не понравится – недоволен будет, если Светлана от него отвернется. Что поделаешь, придется разыгрывать бескорыстного друга, а там он что-нибудь придумает. К нему скоро возвратился природный оптимизм – Олег не привык унывать. «Позвоню-ка Наденьке, – решил он, – благо вниманием не избалована: кроме спорта, ничего не видит. Зато танцует – высший класс! Может, с ее помощью и Свету подзаведу?»
Однако надежды Олега были беспочвенны: Светлана не придала новому инциденту большого значения; он не открыл для нее в Олеге ничего нового, лишь подтвердил, что он герой не ее романа. Огорчительное, конечно, происшествие, жаль Олега – ведь он пострадал из-за них с Надей. Но ее больше занимал Михаил – она восхищалась, как отважно он вступил в схватку с опасными подонками из своего района и, что самое главное, вышел победителем. Какое счастье, что она согласилась пойти к Марику, – ведь иначе не познакомилась бы с Мишей... К нему прикованы сейчас все ее помыслы. Вот как случается – никогда нельзя знать заранее, что тебя ожидает.
Так размышляла она, уютно устроившись в кресле у открытого окна. Здесь, на даче, в своей комнате, ей хорошо: из сада струится душистый сосновый воздух августовского леса, не жарко, тишина... Встретиться бы с ним еще раз, убедиться, что не ошибается в нем, что не обманывает ее опять природный женский инстинкт...
Из этой мечтательной задумчивости девушку вывел телефонный звонок. Никого в доме нет – Света подняла отводную трубку.
