внук, а ты очень властная женщина. Какие у тебя могут быть цели в этом случае?
– Ну, в нашем случае, чтобы Коман стал каганом.
– Верно… Но информация о том, что не удалось заключить договор с утигурами и кутригурами сильно обеспокоила Елену. Почему?
– А ты знаешь?
– Есть версия, – признался Рус, – но хотелось бы ее проверить, для того и нужная вторая голова, в данном случае – твоя, Уголек.
– Хм-м, дай подумать… Если так посмотреть, то получается, что именно военный союз с гурами был бы для Комана идеальным вариантом, чтобы в итоге стать каганом…
– Поясни. Этот момент от меня ускользнул.
Приободренная Ильмера продолжила:
– Тогда мы вместе с гурами вошли бы в жесткое противостояние с аварами, а это масштабные битвы. В битвах, как правило, гибнет много воинов, а вместе с ними и их вожди… То есть были все шансы, что большая часть претендентов на булаву кагана просто рано или поздно погибла бы, проявляя отвагу и геройство, а сам Коман при этом смог бы как-то выжить. Верно?
– Очень на то похоже. Это их действительно могло расстроить. Вопрос в том, чего он так резко рванул к Истру?
– Уж точно не с горя бухать с другом, – усмехнулась Ильмера.
– Да уж точно… Да и не верю я в их дружбу, по крайней мере со стороны Комана.
Ильмера согласно кивнула.
– Да, Коман – манипулятор, а Истр лишь орудие в его руках, но он никак этого не поймет, очень уж Коман его хорошо приручил.
Это было так. Все дело заключалось, пожалуй, в том, что и Коман, и Истр являлись единственными сыновьями от своих матерей. У остальных-то имелись братья с сестрами, и они образовывали свои сплоченные группки-команды, в которые нет хода другим. На этой почве два одиноких волка и сошлись. Точнее Коман, науськанный бабкой, умело привязал к себе Истра. Он стал главной, а потом и единственной торпедой Комана, только не осознавал своего незавидного положения. Туповат-с. Из серии «мне бы саблю, да коня, да на линию огня…»
– Орудие… – задумчиво повторила Ильмера и ее глаза широко распахнулись от осенившей ее догадки. – Нет… не может быть…
Рус только горько усмехнулся, глядя на сестру, не желающую принять злую правду.
– Вспомнила график дежурств на границе? – спросил он.
– Да…
И Рус, и Истр должны были охранять границу в одно время, Рус для этого уже достаточно выздоровел, лишь слегка прихрамывал. Но патрулировать границу приходится верхом.
– Но я не верю, что он решит напасть на тебя…
– Не сам.
– А как?
– А если подумать?
– Кутригуры?
– В яблочко.
– Не успеет… Пока найдет, пока соберут достаточно сильный отряд…
– А он, скорее всего, станет собирать отряд не для атаки на мою дружину, там отряд будет замечен, и я просто уйду.
– Тогда как?
– Атакуют наше городище.
– Нет, не хочу верить, что Истр пойдет на это… Зачем?
– Да мало ли? Истр в полной психологической зависимости от Комана, а тот держит Истра практически в ненависти к нам. Уверен, что он его хорошо эмоционально накачивает во время полупьяных разговоров, дескать мы все считаем Истра никчемным слабаком, и только он, Коман, считает Истра великим воином, а в качестве доказательства своих слов обещает, что когда станет каганом, то сделает Истра главным военачальником, как в Ромейской империи, и ему будут оказываться всяческие почести, и так далее и тому подобное.
– А как же желание стать каганом самого Истра? Неужели откажется в пользу Комана?
– А почему бы и нет? Коман вполне может задурить Истру голову тем, что если он станет каганом, то ему придется заниматься многими скучными вещами, судить, торговать, утрясать склоки между племенами и так далее и тому подобное, вместо того чтобы веселиться на пирах и ходить в походы, в чем заключается истинное предназначение воина и состоит главное веселье.
– Похоже на правду, – после немного затянувшейся паузы, согласилась Ильмера. – Истр на многое пойдет, чтобы стать «великим воином» и тем более главным военачальником…
– И мы стоим на пути его мечты.
– Проклятье… Но постой, Финист, что наша смерть даст Коману? Зачем он натравил Истра на нас?
– Сама подумай. В лидерах остаемся я и Лех. Наши идеи пока равновесны.
– И? Если он убьет тебя, то идея Леха может перевесить.
– Выгодно ему это?
– Даже не знаю… Появляется плохо прогнозируемый фактор в виде авар. А что они решат…
Ильмера пожала плечами.
– Коман может втереться к ним в доверие и полностью лечь под них, бабка ему в этом поможет.
– Может, но все равно как-то не надежно, – с хмурым видом покачала головой Ильмера. – К тому же не думаю, что авары столь просты. Раз уж там как-то уживаются по факту три народа, значит, их каган должен быть очень умен, и мне кажется, что он быстро раскусит змеиную суть Комана, а затем, чтобы тот их не подставил в решающий момент, переметнувшись к тем же ромеям, решит в каганы двинуть кого-нибудь попроще… В этом плане им больше подойдет как раз легко управляемый Истр. Думаю, Еля это должна хорошо понимать.
– Тогда что можно сделать, если нас не станет?
– Не знаю…
– Подхватить выпавшее из моих рук знамя идеи переселения.
– Точно!
– А если еще и Леха чуть позже спровадить на встречу с богами, то для него это станет совсем идеально.
– Что же делать, Рус? Это же ужасно… Отец нам не поверит…
– Не поверит. Так что будем готовиться и постараемся встретить гостей со всем нашим горячим радушием, Уголек…
46
В середине октября вернулся Лех, о чем сообщил прибывший от Пана гонец с приказом прибыть к концу месяца на Верховое вече, на котором будет принято окончательное решение относительно того, как поступить.
– Судя по тому, что есть варианты, то Лех добился успеха, – сказал Славян.
– Похоже на то, – согласился Рус.
Но особо по этому поводу не волновался. Общественное мнение было, мягко говоря, против союза с аварами. Заложенные под общественное мнение «бомбы» сработали. Во-первых, заразным поветрием среди молодежи расползлась аварская забава кататься на проигравших. И все знали, откуда ноги растут у этой потехи, невольно примеряя ее на себя. Во-вторых, вожди не хотели становиться младшими союзниками, то есть откровенно подчиненными по факту лишь с совещательным голосом, а не решающим правом, и следовательно, идти в первых рядах аварской армии, принимая на себя главный удар их врагов. И в-третьих, их все-таки страшило, что даже такой не слишком выгодный союз в любой момент может рухнуть со смертью аварского кагана, и
