«Евразия» встречается и во множестве других произведений, например в романе В. Сорокина «Голубое сало» (1999).
53
Барон Унгерн фон Штернберг, балтийский немец, был диктатором Монголии в течение шести месяцев в 1921 году. За свою жестокость был прозван «черным бароном», предан Красной армии своими собственными войсками и расстрелян.
54
Брайтлингер справедливо замечает, что в «Чапаеве и Пустоте» пространств только два – «психическое» и «психиатрическое».
55
Лозовая – город в Восточной Украине, который в ходе Гражданской войны периодически занимали войска анархиста Махно. К Чапаеву отношения не имеет [Gilbert 1993].
56
Фамилия Тимура Тимуровича – Канашников, – по-видимому, призвана напомнить о печально известном психиатре сталинской эпохи Семене Канатчикове, возглавлявшем пользующуюся дурной славой психиатрическую больницу в Москве, прозванную в народе «Канатчиковой дачей» [Breitlinger 2004: 47].
57
Петр настаивает на том, что сознание может быть восприимчивым, в терминах Лейбница о монаде, космическом бытии, сведенном к простейшему малому, но Чапаев отбрасывает такое сравнение, грубо пошутив, что сознание может зависеть от мужской сексуальности: вместо «монады» Петра Чапаев называет сознание «мандой».
58
Другой возможный источник – метафора о небесах как над, так и под нами, используемая русским символистом Д. Мережковским для утверждения метафизической ценности телесного мира: «Небо – вверху, небо – внизу, / Звезды – вверху, звезды – внизу. Все, что вверху, все и внизу». Эта тема часто повторялась в его известной трилогии рубежа веков «Христос и Антихрист» (1895–1905) [Мережковский 1990].
59
В своей докторской диссертации «Состояние постсоветской культуры: культурные реконфигурации русской идентичности» (Th e Post-Soviet Cultural Condition: Cultural Reconfigurations of Russian Identity) [McCausland 2006] Дж. Маккосланд рассматривает «Чапаева и Пустоту» как попытку «реконфигурировать российскую идентичность в рамках возможностей, предлагаемых порядком Символического» [McCausland 2006: 179]. Он считает, что в каждом из четырех пациентов персонифицированы такие из существующих русских символических систем, как любовь к Западу, безумие юродивого и утопизм [McCausland 2006: 168]. Напротив, я полагаю, что в «Чапаеве и Пустоте» автор стремится диагностировать национально-имперский психоз, когда советская идентичность распадается на фрагменты, а порядок Символического уступает место абсурдному коллажу символов из самых разных культур, не только российской.
60
URL: http://www.marxists.org/history/ussr/sounds/index.htm (дата обращения: 26.07.2020). Отметим, что в авангардном стихотворении Петра «Реввоенсонет» обыгрывается слово «Реввоенсовет», а в марше Покрасса и Григорьева есть строчка «Реввоенсовет нас в бой зовет».
61
URL: http://www.sovmusic.ru (дата обращения: 25.07.2020). Образ журавля появляется и в других произведениях о войне. В известном военном фильме М. Калатозова «Летят журавли» (1957) молодой человек погибает на Великой Отечественной войне. Его невеста понимает, что его больше нет, когда он не возвращается домой со своими товарищами. В конце фильма она видит летящих в вышине журавлей.
62
Б. Макхейл [McHale 1987] считает онтологию одной из доминант постмодернистской литературы. Художественная литература фокусируется на эпистемологическом вопросе «Как познать этот мир?», а постмодернистская посвящена онтологическому вопросу «Какой это мир?».
63
Пелевин в интервью под заглавием «Когда я пишу, я двигаюсь на ощупь» заявляет: «Это – первый роман в мировой литературе, действие которого происходит в абсолютной пустоте» (URL: http://pelevin.nov.ru/interview/o-jap/1.html (дата обращения: 20.06.2020)) [Свердлов 2003: 35]. См. также [Пелевин 2001].
64
«Восемь тысяч двести верст пустоты – / А все равно нам с тобой негде ночевать. / Был бы я весел, если бы не ты – / Если бы не ты, моя родина-мать… / Был бы я весел, да что теперь в том; / Просто здесь красный, где у всех – голубой; / Серебром по ветру, по сердцу серпом – / И Сирином моя душа взлетит над тобой» URL: https://www.aquarium.ru/ru/albums/kostroma (дата обращения: 26.07.2020).
65
Ссылки на работы Рыклина приведены в тексте после соответствующих цитат. Использованы следующие обозначения: ДД – «Деконструкция и деструкция: беседы с философами» [Рыклин 2002а]; ПЛ – «Пространства ликования» [Рыклин 2002в]; СКЗ – «Свастика, крест, звезда» [Рыклин 2006].
66
Эти правые группы рассматриваются в [Allensworth 1998; Shenfield 2001].
67
Что касается имиджа Берлина для ультраконсерваторов, см., напр., [Дугин 2000: 228; Дугин 2004б: 374].
68
Ю. Кристева болезненно реагировала на эту политико-лингвистическую ситуацию [Kristeva 1974: 160–162]. Кристева винит Ялтинскую встречу 1945 года Рузвельта и Черчилля со Сталиным в разделении Европы, последующем подчинении восточно-центральной и юго-восточноевропейской культур сталинской идеологии и тоталитарному правлению с последующим исчезновением языков региона, включая ее родной болгарский, как действенного средства для философского выражения.
69
Качественную подборку статей московских концептуалистов и статей о них см. в [Ross 1990]. Относительно вопроса об идеологии после конца «утопии» см. [Clowes 1993].
70
Представление о некоторых постсоветских академических философах можно составить по [Eichler 1996].
71
См., напр., книги Б. Гройса о сталинской культуре «The Total Art of Stalinism» (Princeton: Princeton University Press, 1992), «Tyrannei des Schönen» (New York and Munich: Prestel, 1995) и его «Философский дневник» (Париж: Беседа – Синтаксис, 1989), книги В. Подороги о пейзаже в европейской философии и теле (Феноменология тела: введение в философскую антропологию. М.: Ad Marginem, 1995), книгу под редакцией и с предисловием Е. Петровской «И. Кабаков – Б. Гройс. Диалоги: 1990–1994» (M.: Ad Marginem, 1999), а также «Глазные забавы» (М.: Ad Marginem, 1997) или «Теория образа» (М.: Изд-во РГГУ, 2010).
72
Рыклин начал процесс собственного переосмысления в постсталинском контексте в написанной в 1990 году статье «Тела террора», где он назвал критический акт превращения артефактов в московском метро в «объект созерцания» «актом крайне агрессивным».
73
Например, «политическая сцена» (the political scene), «репрезентировать» (to represent politically), «конспирация» (conspiracy), «консенсус» (consensus) (ВД, 112, 159, 162, 163); «ригидность» (rigidity), «блефовать» (to bluff), «пиарить» (to engage in PR), «инкорпорировать» (incorporate) (СКЗ, 12, 67, 94, 168).
74
Рыклин указывает, что граница, когда это было удобно, всегда была немного проницаемой, что позволяло импортировать важнейшие технологии того же западного Молоха. Например, московское метро было построено, в частности, с
