- Не сомневаюсь, что адмирал свой проект переделает, особенно после консультаций с вами, на одной из которых я имел честь присутствовать. Да и дружки его из Вольного Экономического Общества ему помогут.
- Кстати, сегодня во второй половине дня с Мордвиновым я встречусь, заодно проинформирую его о намеченной нами реформе.
- Конечно, следует поставить его в известность.
- Вы мне, Егор Францевич, «зубы не заговаривайте», - шутливо пожурил министра пальцем, - сами-то, когда сможете на деле осуществить то, о чем мы с вами говорим?
- Разработка министерством закона о денежном обращении и практическое внедрение кредитных билетов в жизнь – дело крайне не быстрое, подготовка займет несколько лет, - после минутного молчания заявил Канкрин.
- Некогда раскачиваться, на все про все у вас максимум два года! С 1830 года новая реформированная денежная система должна начать работать. Поймите, это еще и важный пропагандистский момент: чем раньше мы выведем из оборота ассигнации с царскими ликами, тем лучше для всех нас в плане стабильности политической, а значит и улучшения экономической ситуации в стране.
- Мотивы ваши я понимаю, но, Иван Михайлович, вы диктуете совершенно неоправданно оптимистические сроки. Минимум пять лет …
Жестко перебил возмущенного Канкрина.
- Мы на войне, Егор Францевич! На войне экономической, которая, если не предпринимать экстренных мер, грозит обернуть Россию в экономическую колонию Европы. На войне с Наполеоном, вы, если люди не врут, не терялись! Смогли в тяжелейших условиях Заграничного похода, в самые сжатые сроки, не только великолепно поставить интендантскую службу российской армий и армий союзников, но и вывести на чистую воду венценосных мошенников действующих через подставных лиц, запросивших за снабжение русской армии, оперирующей в Европе, просто астрономическую сумму в 360 миллионов рублей! Изобличив этих коронованных мошенников, вы добились уменьшения суммы выплаты в шесть раз, сэкономив 300 миллионов рублей – суммы, равной годовому бюджету России! И теперь, прославленный генерал-интендант, благодаря усилиям которого был разбит Наполеон, пасует перед российскими бюрократами! Ну, что же, - притворно вздохнул с грустью, надеясь, что Канкрин примет брошенный ему вызов, - на ближайшем заседании Правительства я так всем и скажу …
- Не надо, Иван Михайлович, никому и ничего говорить. Я вас понял, попытаемся осуществить предложенную вами реформу в два года. А ограничения на вывоз за границу драгметаллов наложим уже через неделю-две.
- Спасибо, Егор Францевич, - встал и пожал министру руку. – Чтобы облегчить вашу задачу предлагаю поначалу вводить в оборот крупные купюры, предназначенные только для коммерческих операций между юридическими лицами, оптовой торговли и т.д. Также попрошу вас периодически общаться с Мордвиновым, координируя с ним свою деятельность по проведению денежной реформы.
- Ну и это, Егор Францевич, еще не все, - усадил министра на его место и сам обратно присел. - Развивая свою промышленность, нам нет нужды слепо следовать английскому пути, пути безудержной колониальной экспансии. Да у нас и выбора особого нет – если попытаемся брать пример с англичан, за счет эксплуатации колоний развивая промышленность метрополии– то неминуемо ввяжемся с ними и их континентальными приспешниками в кровопролитную войну.
- В таком случае, для всестороннего развития собственной промышленности, нам потребуются усиление протекционистских мер, займы и огромные денежные средства!
- Нет, Егор Францевич, нам, прежде всего, потребуется покупатель!
- Но наш внутренний рынок слишком узок, а ввязываться в борьбу за колонии вы не желаете, не понимаю …
- Вы правы, без покупателя промышленность просто не сможет работать. Своей экономической политикой мы должны создать новых покупателей на промышленные товары, но, прежде всего, внутри страны, развивая наш собственный национальный рынок. Крестьянские и коллективные хозяйства должны иметь возможность приобретать сельскохозяйственную технику, мануфактурщики – станки и оборудование, а рабочие, получая достойную заработную плату – продукцию, производимую этими самыми мануфактурщиками. Это американский путь, по которому мы с вами пойдем!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Канкрин сидел с задумчивым видом.
- Да и не надо прибедняться, внутренние резервы у нас тоже есть. Как мне недавно сообщал Мордвинов, сумма вкладов купцов в Коммерческом банке составляет порядка 200 миллионов рублей, а ссуды для кредитования торговли и промышленности не превышают 25 миллионов рублей. А сколько злата с серебром у наших доморощенных кощеев без дела пылится в кубышках?! – тоже ведь, непаханое поле для работы!
Я поднялся.
- Вы со мной, Егор Францевич?
Задумавшейся, витающий где-то в облаках Канкрин, поспешно вскочил с кресла.
- Всенепременно Иван Михайлович, всенепременно! Цели у вас грандиозные! Постараюсь не подвести!
Часть 3. Таймлайн. Глава 3
ГЛАВА 3
Ноябрь 1827 года
Сегодня утром встречался с Канкриным и Мордвиновым, обсуждали ситуацию в экономике, финансах, в банковском секторе в свете ведущихся в стране реформ. А уже после обеда для приватного разговора пригласил к себе главного бюджетного «растратчика» - военного министра Бока Тимофея Георгиевича.
Планировалось поговорить с ним о внешней политике в военном ее аспекте, о преобразованиях в армии в целом, при этом сделав акцент на военном образовании. Оно нуждалось не только в реформе, но и в надлежащем присмотре со стороны государства. И присмотр требовался не только за деятельностью всех этих образовательных учреждений, но и за качеством подготавливаемых там кадров.
Большие вопросы вызывал состав офицерского корпуса. Он был разнородный: наряду с хорошо подготовленными военнослужащими встречались совершенно необразованные, подчас безграмотные, особенно после имевших место быть усиленных производств из нижних чинов.
Но первым делом подвели итоги русско-персидской войны, закончившейся неделю назад подписанием Туркманчайского мирного договора. Военные неудачи заставили персов подтвердить все условия Гюлистанского мирного договора 1813 года, признавая переход к России части Каспийского побережья до р. Астара и Восточной Армении. Границей между государствами стала река Аракс. Кроме того, персидский шах обязывался выплатить России контрибуцию (10 куруров туманов – 20 млн руб.). Что касается иранского Азербайджана, то Россия обязалась вывести из него войска по выплате контрибуции. Иран фактически становился нашим протекторатом. Российская республика получила право учреждать консульства по всей стране, а купцы пользоваться особыми привилегиями.
Затем вскользь коснулись результатов случившегося месяц назад Наваринского морского сражения. Англичане, якобы заботясь об интересах угнетаемого греческого народа, попытались нас втянуть в очередную войнушку с Портой, но у них это не вышло, в отличие от только мне известного варианта эталонной истории, ну, наверное, теперь уже какого-то другого, параллельного Мира.
Тогда, в той истории, при Наварине русская эскадра под командой английского адмирала Кодрингтона сожгла турецкий флот. Каких-то ощутимых выгод, кроме морального удовлетворения, Россия от этого не получила. И сейчас, если бы мы только пошли на поводу у англичан, то в следующем году неминуемо оказались бы в состоянии теперь уже сухопутной войны с Турцией (русско-турецкая война 1828 – 1829 года). Отмазаться, от всех этих совершенно никчемных и ненужных России дел (вроде вытребование автономии Греции) поводов у нас было предостаточно – недавно отгремевшая Гражданская война и все еще на тот момент тлеющий военный конфликт с Персией. К тому же, Лондонскую конвенцию 1827 года, согласно которой Греции предоставлялась полная автономия, Российская республика не подписывала. Само же Наваринское сражение, как и следовало ожидать, завершилось разгромом турецкого флота англо-французской эскадрой.
