в этом роде, но главное, что это работало и ученым Содружества практически ничего не удалось узнать.
Мой флот продвигался медленно, поскольку я хотел избежать лишних жертв. Причем как с моей стороны, так и со стороны обороняющихся. Спешить было некуда, поскольку я знал, что в ближайших системах у корпорации Айротех-Делкас нету значительных сил, а наемники, которых они наняли, еще не прибыли в эту часть галактики. Что примечательно, они наняли очень крутых ребят, которые действовали в основном на юге этой галактики и имели кристально чистую репутацию. У этих наемников была своя собственная компания, которая вполне официально оказывала наемнические услуги. Вот только они действовали одним единым флотом, в котором было больше двух тысяч кораблей, четверть из которых были военными транспортниками с десантом. Проще говоря, эти наемники могли самостоятельно захватить систему и удержать ее. А если учесть, что мой флот насчитывал чуть больше девятисот кораблей, столкновение с этими наемниками может обернуться настоящей бойней.
Когда мы уже захватили практически треть системы и взяли орбиту четвертой от звезды планеты, противник решил бросить на нас все доступные силы. Судя по всему, они пытались любой ценой не дать нам приблизиться к третьей планете, на которой проживали буры. При этом, четвертая и пятая планеты были ими практически брошены, так что захватить наиболее крупные города на этих планетах не составит труда. Денис и Яна уже приступили к высадке десанта на пятую планету и пока все шло достаточно хорошо. Вместе с этим Гвоздь занимался захватом пустотных объектов, что находились на орбитах этих двух планет. В общем, все были при деле.
— Всем кораблям… огонь на подавление! — приказал я, когда вражеская авиация попала в зону действия наших оружий, — перехватчикам прикрыть передовые линии, истребителям держаться в центре, бомбардировщикам оставаться на своих носителях.
Стоило мне отдать приказ, как большая часть кораблей тут же открыла огонь, чтобы уничтожить летящие к нам тысячи вражеских машин, позади которых летел основной флот вражеской корпорации. Не знаю, на что они надеялись, но эта атака была мне только на руку. Подойдя к тактическому столу, на котором была развернута карта всей системы, я стал наблюдать за происходящим. К нам летело около пятнадцати тысяч истребителей и бомбардировщиков, в то время как мой москитный флот насчитывал всего шесть тысяч, да и то, треть из них была представлена в виде беспилотников. Но даже так, у противника не было никаких шансов. Максимум на что они могли рассчитывать, так это на уничтожение пятнадцати, может быть двадцати процентов моего флота. И то, я в это не верил.
Попав под плотный огонь, противник начал терять свою малую авиацию. Сотни машин уничтожались каждую секунду, но упорно продолжали прорываться вперед, пока девять тысяч истребителей и бомбардировщиков не достигли первой линии моих кораблей. И все бы ничего, но они пошли дальше, не став атаковать первую линию. Они прорывались к центру, где находился мой флагман.
— Остановить их! — приказал я, хоть и понимал, что это практически невозможно, по крайней мере, не сразу, а потому, я отдал следующий приказ, — всю мощность на щиты! Задействовать резервные силы! Адмирал! Мне нужен плотный огонь вокруг моего флагмана, они не должны прорваться!
— Слушаюсь! — прокричал адмирал Торгин, которого я повысил за его заслуги и выделил ему один из трофейных дредноутов.
Я был уверен, что он сделает все возможное, но скорее всего банально не успеет. Вражеские машины уже заходили на первую атаку. Первыми вполне ожидаемо шли истребители, которые не обладали достаточным вооружением, чтобы навредить тяжелобронированному судну, но они отвлекли на себя автоматические турели, что позволило снизить потери бомбардировщиков.
— Опустить бронестворки! — успел прокричать я, прежде чем по моему флагману ударили протонными торпедами.
Сотни торпед ударили по корпусу корабля, разрывая броню на кусочки. Досталось и мостику, в который залетело сразу две торпеды. Бронестворки не спасли, слишком массированной была эта атака. По сути, они атаковали только мой флагман, игнорируя все остальные корабли флота. Залетевшие на мостик торпеды сдетонировали, разорвав ближайших к ним разумных на кусочки. Мне повезло, я стоял немного дальше, да и у моего бронескафандра был мощный энергетический щит, который и принял на себя основной удар. Однако, меня все же отбросило в сторону, а затем потянуло назад, когда воздух стал стремительно улетать в открытый космос, забирая с собой разумных, что не сумели за что-то ухватиться. Мне повезло, поскольку меня схватило сразу трое дроидов. Оба диверсанта, что повсюду следовали за мной, ну и разумеется Макс, который всего за одно мгновение оказался рядом.
Впрочем, я и сам остался в сознании, несмотря на то, что меня сильно приложило о какую-то панель. Когда весь воздух исчез, на раскуроченном мостике осталось всего четыре дроида и пятеро разумных. Да, как ни странно, один из протокольных дроидов уцелел, банально застряв меж двух терминалов. Все остальные, включая большую часть разумных, банально вылетели в открытый космос. Оставаться на мостике, да и на самом корабле было нельзя, поскольку он мог взорваться в любой момент, так что я приказал всем двигаться к спасательному челноку, что находился в скрытой под палубой нише. По идее, эвакуироваться в подобной ситуации было крайне опасно, вражеская авиация легко уничтожит все челноки и спасательные капсулы, но и оставаться на корабле было нельзя. Поэтому, оставалось надеяться на то, что Торгин сможет обеспечить нам прикрытие.
Как позже выяснилось, после того, как Макс убедился в том, что я жив, он при помощи вируса обезвредил всю вражескую авиацию, превратив их в бесполезные куски металла и пластика. У некоторых из них отказали орудия, у других двигатели, а у третьих и вовсе сработала система катапультирования, если она была предусмотрена. В итоге, наши парни и девушки легко их всех уничтожили, а затем встретили подоспевший флот противника, у которого тоже происходили всевозможные сбои в работе систем. Бой был жестоким и скоротечным. Торгин, возглавив флот, обрушил на противника все, что только мог. Судя по всему, брать корабли на абордаж он даже не думал. Что до меня, то я благополучно эвакуировался на ближайшее крупное судно, которое оказалось авианосцем. На нем я и провел все сражение, занимаясь спасением разумных с подбитых союзных кораблей. Что до Летящего сквозь Бездну, то мой флагман можно было считать потерянным навсегда. Нет, он не взорвался, что было удивительно, но восстановить его будет уже дороже, чем приобрести новый.
— Итак… что у нас по потерям? — спросил
