Мягко. Куда прохладнее, чем было в песках. Уютно.
Не как дома, нет. Но это уже не старая палатка, где она толкалась с демоном локтями.
Вспомнилось вчерашнее… На миг показалось, что праздник она видела в бредовом сне. С ума сойти можно – огненный знает их танцы! И ведь она танцевала с ним...
"А потом уснула на его плече", – неумолимо добавила память.
Какой позор!
Инерис прижала пальцы к мгновенно запылавшим щекам.
Спрашивается, почему он ее сразу не разбудил?!
К счастью, вскоре ей стало не до размышлений. Вокруг было слишком много нового.
При свете дня поселок оказался иным – и жил совсем другой жизнью. Вчера он был островком радости и красок. Сегодня краски никуда не делись, но к ним прибавились труды, нередко – довольно тяжелые. К примеру, у колодца, уходившего глубоко в черные недра земные, каждые два часа сменялись мужчины, женщины с этой системой тяжёлых рычагов ни за что бы не справились.
В каждом районе было свое ремесло – мужское, разумеется. Торговцы, разводчики тягловых животных (здесь в их роли выступали неприхотливые песчаные зубры, которые преспокойно уминали кактусы прямо с куста), мастера на все случаи жизни… Но это и логично. Удивило Инерис другое – разделение женского труда. У них в городах и деревнях женщина по хозяйству должна была уметь абсолютно все и лучше всех. А здесь – одни готовили для себя и для других, другие шили, третьи стирали, четвертые присматривали за детишками в малых нежилых шатрах. Разве что уют каждая хозяйка наводила сама. Но в целом каждый вносил свою лепту и занимался тем, к чему больше лежала душа.
А еще здесь были школы! Юные девочки учились у тех, кто постарше, в женском ученическом «квартале». И, вопреки ее представлениям о южанах, учились прежде всего читать и писать, танцевать и петь. Как объяснила Инуэль, хозяйству обучали родственницы или соседки, ремеслам – сами мастерицы.
Гидом эльфийка оказалась отменным. Сначала утащила ее завтракать к уличным очагам, где собрались другие. Гостье улыбались, благодарили за вчерашнее (хотя по-хорошему, благодарить бы следовало ей), подкладывали кусочки повкуснее и явно с удовольствием бы расспросили о ее жизни… но, к счастью, напрямую не могли, а через Инуэль – стеснялись.
Леди-наследница представила себе обратную картину и ужаснулась. Продуманной и сверенной с Ассаэром легенды у нее не было, и что бы она им врала про свою жизнь в Нариме?!
Надо будет это исправить.
После прогулки и обеда девушки вернулись в шатер, где Инуэль показала ей свои наброски и наработки, пустынную версию ювелирной мастерской, наборы бисера, разноцветные вышивальные нити, такие яркие и тонкие, что не верилось в их рукотворность. Пожалуй, такие никто другой и впрямь изготовить бы не смог.
Мастерицей она тоже была талантливой. Инерис и сама с удовольствием надела бы на прием одно из узких колье или причудливую брошь с эльфийскими узорами. Кэллиэн как-то ей говорил об отличиях вампирских мотивов от эльфийских – действительно, более округлые линии, больше сложных переплетений, острых элементов нет совсем…
Нет, надо не о нем сейчас надо думать!
Чем занимался Ассаэр, она понятия не имела, хотя они несколько раз встретились сегодня. Часть дня он просидел у вождя – они столкнулись аккурат на малой площади у шатров, однако ни подслушать, ни подсмотреть не удалось. Она же была гостьей другой женщины, а Инуэль явно не собиралась бегать за демоном. Да и поди объясни, зачем… Еще подумает не то.
Пришлось подавить любопытство.
После обеда Инерис начало привычно клонить в сон, и эльфийка предложила ей отдохнуть, а сама куда-то ретировалась.
Может, Ассаэру докладывать об успешно выполняемом долге…
Вечером они сходили в местную купальню, немного позанимались языком – Инерис выучила слова приветствия, благодарности, знакомства. Мелочь, но хотя бы что-то!
Словом, гостеприимство оказалось выше всех похвал.
И только лежа в постели, Инерис неожиданно задумалась: хорошо, сюда-то они пришли. А дальше что? Как демон планирует, сидя в центре пустыни, доставать сведения о том, что происходит – и в этой стране, и в той? Если пустынники такие мирные и благородные, вряд ли здесь есть шпионы… Тем более что местных, в отличие от самого Ассаэра, в Нариме даже ребенок бы за полукровку не принял.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Надо будет спросить у него…
Ха, спросить! Сначала надо его поймать и отвлечь от «мужских дел»!
Инерис мрачно улыбнулась.
Она-то не эльфийка. И привыкла добиваться своего. Если демон и дальше будет таким же вертлявым, она не постесняется напрямую попросить Инуэль его отыскать. А то и вежливо отвязаться от сопровождения, чтобы сделать это самолично!
А пока можно выспаться всласть…
То есть можно было бы.
По закону подлости, проснулась Инерис часа в четыре утра – еще даже не светало. Чуть слышно застонав, леди-наследница накрыла голову подушкой. Стоило один раз отоспаться – и невозможный режим пустынной жизни взял свое… Привыкла, называется! Да еще и сон какой-то муторный приснился… Что отцу угрожает опасность, что за ней следят, что есть враг, который караулит ее за каждым углом, но у него нет лица. А мать, вместо того чтобы пытаться ее успокоить, сидит размытым силуэтом у ее постели и неодобрительно смотрит на нее…
Заснуть, понятное дело, уже не удалось.
За другой ширмой слышалось ровное дыхание Инуэль.
Немного повертевшись, Инерис отчаялась уснуть снова и решила, что никого не потревожит, решив прогуляться.
Тихо набросила старую одежду, чистую и заштопанную, и с ботинками в руках прокралась к выходу, собираясь обуться за пологом и пройтись в тишине по поселку. Сейчас все спят, наверное. Самое то для самостоятельной прогулки.
Вышла – и от неожиданности даже ботинки выронила.
Ассаэр как ни в чем не бывало сидел возле шатра на камне.
– Ты что здесь делаешь?! – вырвалось у нее.
– Сижу, – лаконично и негромко сообщил демон.
– Почему не спишь? – спохватившись, Инерис перешла на шепот.
– Как и ты. Привык к нашему пустынному режиму, за такое-то время немудрено.
– Да мне просто сон гадкий приснился, – призналась девушка.
Ассаэр бросил на нее внимательный взгляд, но то ли ничего не высмотрел, то ли решил не расспрашивать.
– Бывает.
Молчание.
Приехали, называется. В пустыне не заткнуть было, гадости с языка сами сыпались, а тут стоило один день провести порознь – и она уже не знает, что сказать!
– Хочешь прогуляться? – неожиданно спросил Ассаэр, кивая на ботинки. Инерис, спохватившись, кивнула, а затем принялась их натягивать и заправлять в них штаны.
– Через полчаса рассветет, – с чего-то сообщил демон. – И тут есть одно местечко, где заря выглядит весьма живописно.
– С чего вдруг такая доброта? – вытаращилась на него Инерис. – Опять перебрал вчера с вождем, что ли?
– Не хочешь – не ходи, – пожал плечами демон и поднялся. – Не заставляю.
В душе, к его удивлению, поднялась досада. Проснулся ни свет ни заря, не услышал рядом ее дыхания и всполошился окончательно. Потом только вспомнил, что он не в их палатке, да и вообще Инерис спит в другом шатре…
Вампир знает что. Нет бы радоваться, что всю заботу на себя Инуэль взяла! А он, увидев их вчера, ни с того ни с сего пожалел, что не сам водит Инерис по лагерю!
Еще и сюда пришел – удостовериться, что с ней все в порядке.
Удостоверился!
Так почему не ушел сразу?
– Нет, почему же, с удовольствием с тобой прогуляюсь, – неожиданно возразила леди-наследница. – Извини, я от неожиданности, – ехидно прибавила она. – Как-то ты прямо неестественно любезен.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Да мне просто тоже чушь какая-то снилась, – с нервным смешком признался огненный. – Что недосмотрел, и тебя сожрали, а Дэтре меня убивать собрался… не сразу даже сообразил, где я.
...Надо же… Он не такой уж непробиваемый?
Вслух же ехидно повторила ему его собственные слова:
– Бывает.
Демон тихо, беззлобно хмыкнул.
