– Другими словами, меня следует убить?
– Надеюсь, что нет. Это непродуктивно. С другой стороны, мой друг Ворон уверяет меня, что ни угроза смерти, ни заложники не заставят тебя свернуть с пути даже на время, не говоря уже о долгом сроке. Так что же мне делать с тобой?
Козодой почувствовал тревогу:
– Повелитель, где мои жены?
– Мы должны найти способ перетянуть тебя на нашу сторону, – продолжал Чен, словно не слыша вопроса. – И прежде всего следует поместить тебя в безопасное место, где ты сможешь без помех разобраться в себе и принять решение. Прекрасно, я отошлю тебя к твоим женщинам и покажу тебе, что такое настоящая примитивная жизнь, до тех пор, пока не смогу организовать рейс до Мельхиора. Ты знаешь, что такое Мельхиор?
– Я слышал, что это секретная тюрьма, повелитель. Где-то в космосе.
– Это частный исследовательский центр, где трудятся люди с огромными творческими способностями. Он неподвластен Главной Системе, поскольку еще никто и никогда не покидал его. Но их контролирует Президиум, а Президиум контролирую я. Я поставлю перед ними некую задачу и посмотрю, действительно ли их способности так велики, как они говорят. Ну что ж. Пока ты свободен. Мои люди позаботятся о тебе – и о твоих женщинах тоже. Ступай. Но что бы ни случилось, помни: перстни будут у меня!
Поклонившись, Козодой повернулся и пошел к выходу, где его ожидала стража. Он чувствовал себя подавленно. Чен проводил его взглядом, затем сделал повелительный жест, и из-за занавесей позади трона появились две фигуры.
– Вы все видели и слышали?
– Что вы с ним сделаете, повелитель? – спросила Манка Вурдаль.
– Прежде всего преподам ему урок уязвимости. Он отправится на мою подземную частную базу, куда я уже послал его жен. Там они будут отделены от всех силовым полем. Это будет первая ступень его образования. Затем мы пошлем их на Мельхиор, и как можно скорее. Это будет труднее, нельзя позволить Главной Системе идентифицировать их или хотя бы узнать, что они уже не на североамериканском игровом поле. Что касается вас двоих, то вы освобождаетесь от всех ваших прежних обязанностей и поступаете на службу Президиума. Отправитесь вместе с ними.
Ворон встревожился:
– Но, повелитель! Туда?
– Именно. И я хочу, чтобы вы прошли дополнительное обучение. Эта миссия будет.., э-э-э.., деликатной.
Вурдаль была настолько же польщена, насколько Ворон расстроен. Еще бы – служба Президиума!
– И что же должно произойти на Мельхиоре? – спросил Ворон, позабыв об этикете. Чен словно бы и не заметил этого.
– Там они подвергнутся некоторой обработке – разумеется, обратимой, – несколько расширят свое представление о Вселенной и, надеюсь, смогут получше сориентироваться в том, что касается их собственного положения. У них завяжутся полезные знакомства, и наконец, перед ними откроется выход. Первый успешный побег за всю историю Мельхиора; Им будет указан путь, хотя сами они будут считать, что действуют самостоятельно. И наконец, они отправятся в поход за остальными четырьмя перстнями, даже не подозревая, что это делается для меня. Впрочем, Козодой может о чем-то догадываться, но это не имеет значения. Его будут преследовать, и он будет бояться. Перед ним встанет выбор – или добыть перстни, или покончить с собой. Он выберет первое. Романтические мечтания заставляют его бежать от ответственности, сделаться ребенком, но это ему не присуще. Разумеется, следует принять все предосторожности, чтобы следы не привели ко мне.
– Вы так уверенно об этом говорите, – заметила Вурдаль. – Можете ли вы поручиться, что сумеете сохранить над ним контроль?
– Не могу и не собираюсь. Может быть, я сумею иногда помогать им, но не более того. Многие участники похода, а может быть, и он сам, наверняка погибнут, но на их место будут приходить новые. Видишь ли, контроль над ним мне не нужен. Что бы ни случилось, он знает, что один из перстней у меня, и в конце концов ему придется прийти за ним. Ему или его последователям. Это вполне может растянуться на годы, и все же в конце концов они принесут мне остальные четыре перстня, а я тем временем буду играть роль потенциальной жертвы, а отнюдь не заговорщика. Впрочем, я даже не знаю, можно ли вообще собрать перстни. Но я хочу это узнать, я должен это узнать. И вы мне поможете.
Ворон взглянул на Манку Вурдаль и задумался. Если все пять колец будут собраны вместе, они станут легкой добычей для всякого, в том числе и для них с Вурдаль. Условия, в которых приходилось начинать дело, не внушали ему особого оптимизма, но эти проклятые штуковины таили в себе весьма обнадеживающие перспективы.
11. КРЕПОСТЬ МЕЛЬХИОР
Физиологически глаза Сон Чин, которая все еще продолжала думать о себе как о Чу Ли, были в порядке, но тем не менее она не видела. Для нее это было тяжелейшим ударом, но она понимала, что должна не подавать виду и держаться бодро перед своими спутницами. Кроме того, она не имела права тратить время на жалость к себе.
– И все же я думаю, что здесь нет ловушек, – поразмыслив, сказала она. – То, что случилось со мной – всего лишь попытка ошарашить неподготовленного человека и лишить его воли к действию. Мой мозг просто получил приказ не обрабатывать зрительную информацию, а это можно исправить на любом ментопринтере.
– Но что же делать сейчас? – спросила Чо Дай. По крайней мере Чу Ли решила, что это Чо Дай, потому что голоса у сестер были очень похожи. – Ведь только ты знаешь эту магию.
– Продолжать, – решительно сказала Чу Ли. – И продолжу я, поскольку и так уже поплатилась. Не вините себя ни в чем. О таких вещах невозможно узнать заранее. Помогите мне забраться в кресло. Мы прошли почти половину пути и вот-вот должны натолкнуться на ключ.
Сестры усадили ее в кресло, и оказалось, что она права. Следующий картридж оказался именно тем, который они искали. Чу Ли поняла это, едва проснувшись. Корабль говорил по-английски. Она давно это подозревала; как правило, компьютеры старинной конструкции управлялись командами на английском, французском или русском языке. Чу Ли сразу же решила прекратить дальнейшие эксперименты, но настояла, чтобы сестры Чо тоже прошли программы обучения английскому и основам устройства корабля. При их уровне образования толку от этого было немного, но все же теперь у нее был хоть какой-то резерв.
Чу Ли была готова к связи. Она знала язык и знала, что спрашивать. Она снова надела наушники. Настало время рискнуть всем.
– Капитан вызывает пилота, – сказала она своим низким, почти мужским голосом, на этот раз по-английски.
– Продолжайте, – монотонно отозвался компьютер.
– Количество живых существ, находящихся на борту корабля. Проверить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
