геройская аура окончательно испарится – тогда его даже слушать не станут. Наши с ним взгляды перекрестились – снова кольнуло еще не прошедшей влюбленностью, но я легко это проигнорировала.
Маринка подалась ко мне и прошептала:
– Это и есть твой Дим? Надо же, он совсем другой… Нет, симпатичный, конечно, не спорю, но не вызывает желания содрать с себя всю одежду. Он даже не блондин, в отличие от Николаса, а мне всегда блондины нравились…
Я ответила ей тоже тихо:
– Именно поэтому тебе и нужен был амулет прозрения.
Раздался спокойный бархатный голос – мужчина сидел в первом ряду, спиной к нам, потому я его не сразу разглядела:
– А я поражен, дамы и господа.
– Лорд Фор, мы вас вообще не приглашали, – буркнул начальник.
– Я сам себя пригласил. Имею право, как избранный представитель своей расы, – пожилой инкуб встал. – И повторяю, я поражен. Даже не тем, что этот скользкий сучонок впервые проявляет социальную сознательность, а вашей бесконечной зашоренностью! Вы считаете инкубов и суккубов лишними в вашем обществе? Нам нельзя доверить вашу работу? Ну так уж возведите это в сверхзакон и перестаньте изображать несуществующее равенство!
Диминик тоже одеревенел от неожиданной поддержки. Но главный берсерк качал головой:
– Лорд Фор, да мы не…
Инкуб его перебил, пользуясь превосходством члена Совета:
– Насколько знаю, курсантов в отряды разбирают уже на первом курсе. Что сложного в том, чтобы прямо сейчас одобрить создание нового? Мой будущий зять, которого я ни разу так не называл, правильно говорит: инкубы не идут на службу не потому, что не хотят, здесь им просто не выжить среди всех этих предрассудков! Ну так покажите, что вы готовы развиваться, во славу Феникса, который всегда стремился создать для всех одинаковые условия!
После этого русло разговора поменялось. Шепотки тоже изменили направление – от насмешливой интонации они перетекли в задумчивое осознание, что просто так сейчас отказать нельзя. Лорд Фор повернул вопрос таким ребром, что запросто не откажешь – нужна какая-то более достойная причина, чем раса Диминика.
– Ладно, допустим, – начальник вскинул мускулистые руки, после чего все замолчали. – Допустим, что мы действительно должны сначала проверить, а уже после делать выводы. Но кто пойдет за тобой, Диминик? Ты будешь единственной строчкой в списке своего отряда?
Инкуб с надеждой покосился на Риссаю, но ведьма явно не хотела пока принимать это решение. Она почти извинялась:
– Диминик, я еще не…
Я услышала свой громкий и отчетливый голос, с изумлением заметила собственную поднятую руку:
– Я! Я пойду в его команду.
Проигнорировала взгляды всего девятого отряда, лишь краем зрения уловила, как кто-то из них вскакивает на ноги. Они отличные ребята, лучше не придумаешь, они сразу взяли меня под крыло и помогали чем могли, но выбор прост и однозначен. Я ведь тоже принадлежу к той расе, которую все здесь недооценивают. И если Диминик Эйм – зло, то я, возможно, зло еще большее. Но главным доводом стал другой: наши с ним судьбы тесно связаны, хотя он об этом даже не подозревает. В первую секунду после осознания я была уверена, что его родители убили моих. Но что-то не сходилось – например, ножевое ранение, когда всех убитых застрелили. Он сам не знает, что тогда произошло, но выпустить его из виду я не имела права. Диминик больше в меня не влюблен, у него не осталось мотивов задерживаться в академии, но он заразился нелепой идеей создания своего отряда – и если ее сейчас обрубят на корню, то вряд ли мы с ним продолжим общение.
Он улыбнулся понимающе. Наверное, решил, что сирена просто подобрала себе самый безопасный вариант для сокрытия тайны.
– Допустим, – усмехнулся начальник. – Ведьма-полукровка с очень слабым даром – это, конечно, огромный козырь. Может, мы уже прекратим этот цирк?
Он настроен был отказать, невзирая на все доводы. И тогда Диминик начал заливать полный абсурд:
– Инкубы и суккубы – далеко не единственные, кого в Вахарне задвигают на второй план.
– Кого еще ты имеешь в виду? – спросил кто-то из середины толпы.
– Тролли, – Диминик буквально издевался над зрителями и выдавал свое настроение ехидной улыбкой.
– Тролли?! – берсерк перед ним расхохотался. – Ты точно свихнулся!
Оскорбленный Аго вылетел из-за моей спины и затряс в воздухе кулаками:
– А что не так с троллями?! Меня тут, между прочим, самым внимательным недавно обозвали! Чё зырите, тупорылые? К нам-то у вас какие претензии? Мы вам даже не инкубы! Все расы бывали замешаны в убийствах, даже берсерки, если не могли справиться со своей идиотской яростью. Все, кроме троллей! Если уж сравнивать, то мы из всех самые нормальные существа!
Начальник смеялся так, что ему пришлось вытирать накатившие слезы:
– Удачи вам с таким напарником. А мы будем делать ставки, через сколько дней десятый отряд сам полезет в петлю. Диминик, еще накинешь ерунды или пощадишь? Боюсь живот надорвать!
– Конечно, – тот просто беспощадно его добивал. – Человеки. – Он указал пальцем прямо на Марину, к которой теперь все обернулись. Подруга заерзала и покраснела, она не думала попасть в центр общего внимания. Инкуб просто продолжал: – Именно для нее я взял артефакт у Феникса, знакомьтесь.
– Человеки?! – начальник даже оседать начал, сотрясаясь от хохота. – А они тебе зачем?
Диминик будто вообще не замечал его смеха, он просто говорил:
– Будете отрицать, что мы вообще эту расу в расчет не берем? Вот уж где полная дискриминация. Вы помните, как Талья первая угадала, что Никита работает курьером? Для нее не было никакой сложности – она лучше нас всех вместе взятых знает их общество, она ориентируется в нем, как оборотни в лесу. Мы годами учимся не выглядеть подозрительными в их мире, а человеки по умолчанию это умеют.
Берсерк с трудом выпрямился и обратился к члену Совета, заливаясь слезами смеха:
– Лорд Фор, а на это вы что скажете?
Но последние заявления даже защитника обескуражили:
– Боюсь, что сейчас мое красноречие иссякло, дамы и господа…
Все вокруг веселились, хотя на самом деле достойных контраргументов пока подобрать не могли. Даже Риссая вскочила на ноги и весело крикнула:
– Тогда и я с ними!
Начальник сверхполиции уже не хохотал, он бессильно хлюпал:
– А ведьм у нас тоже принижают?! Какие новости, никто в Вахарне и не догадывался! Твою знать, прекратите уже – я больше не могу ржать! – Но вдруг он замолчал, подошел к столу, ударил по нему и гаркнул, пока еще не в силах перестать улыбаться: – А знаете, решено! Я подпишу приказ на создание десятого отряда. Посмотрим, что из этого выйдет. Ничего, конечно, не выйдет, зато в другой раз, когда кто-нибудь поднимет этот же вопрос, у нас будет прецедент. – Он указал в нашу сторону раздвинутыми пальцами: – Запишите тролля и человека в курсанты! Приговор господина Эйма на запрет выхода остается в силе. Пусть проявит себя в Вахарне, если сумеет. Ну а мы понаблюдаем за этим представлением. Даром что наши ведьмы все еще не изобрели кинематограф.
– Вот это поворот… – выдохнула Маринка. – А меня спросить забыли?
– Я не понял, – забурчал тролль. – Че щас было вообще?
У меня не было слов, чтобы им объяснить. Не захотят – не будут участвовать, никто их через силу заставлять не станет. Диминик специально привел ситуацию к полному абсурду, накидал вопиющих требований и тем добился главного: его самый первый запрос уже в сравнении выглядел не таким идиотичным, приказ на создание отряда как раз подписывался. Состав команды он теперь может поменять в любое время – ему, как командиру, это не запрещено никакими правилами. Он добился главного – вот этой самой бумажки, которую теперь с удовольствием вертел в руках, она гарантировала ему и место в академии, и поступление на службу. Никто вокруг даже не понял, как их обработал профессиональный манипулятор.
Вокруг гудело пространство, шум нарастал, смех то стихал, то раздавался вновь. Маринка безуспешно меня о чем-то переспрашивала, Риссая ухохатывалась в стороне, тролль перекрикивал всю толпу ругательствами, все члены девятого отряда хмуро смотрели
