пилотов и за все время так и не построил чемпионский болид. Но, в этот момент, вас это не волновало, господин Триаль.
– Макнис мой друг.
– Так давайте и мы станем друзьями, не сразу конечно, но со временем. Дайте мне шанс и увидите, что оно того стоит.
– Хорошо, мы дадим вам один шанс на тестах, а там посмотрим.
– Если не понравится, то уйдете? – Минг улыбнулся.
– Все может быть, хорошие гонщики всем нужны, – Триаль улыбнулся в ответ.
– Что ж, на том и порешим. Давайте попробуем и посмотрим, что получится.
После встречи Йос и Натаниэль вышли на улицу и сели в ближайшем кафе, чтобы немного перевести дух.
– Что ты думаешь по этому поводу? – спросил Натаниэль.
– Я не знаю. Весь этот год. Это все будто бы происходит не со мной, все еще сложно поверить.
– Знаешь, Минг прав. Мы действительно пришли для того, чтобы гоняться и побеждать, а все остальное уже не так важно. Во всем этом есть свои плюсы. Теперь я смогу полностью сконцентрироваться на гонках.
– Я думал, тебе нравятся управлять командой, по крайней мере, мне нравилось работать с инженерами, – сказал Йос.
– Нравилось, но вместе с тем это очень утомляло. К тому же, мы еще не знаем, как все решится с точки зрения управления. Да, я теперь видимо не руководитель команды. Но у меня должна быть встреча с Макнисом. Он поговорит с юристом и расскажет, как все на самом деле.
– Минг говорил очень уверено, будто бы уже решено что мы только гонщики.
– Что ж, мы и должны быть только гонщиками. Надо не забыть поправить наши с тобой зарплатные ведомости, впишем себе зарплату в пару миллионов в год, – Натаниэль улыбнулся.
– Ты, наверное, шутишь, – Йос улыбнулся в ответ.
– Посмотрим, может и не шучу.
***
После того как все бумаги были получены, Макнис сразу встретился со своим юристом. Ему нужны были четкие ответы и понимание того, что именно происходит.
– Господин Макнис, вы рано, – на часах было 9 утра, когда Макнис вошел в кабинет юриста.
– Я не спал почти всю ночь. Удалось изучить бумаги? – Оливер хотел, как можно скорее все узнать.
– Да, и для этого мне тоже пришлось не спать всю ночь.
– Так что же там?
– Вы выпустили акции используя относительно стандартные правила. Тот, кто владеет контрольным пакетом, обладает решающим голосом. Остальные, лишь могут покупать и продавать свои акции, а также получать дивиденды, если такие имеют место быть.
– То есть сейчас, Минг может принимать абсолютно любые решения?
– Именно так. Все это относится только к команде в ФР1, но, тем не менее, над ней у них теперь полный контроль. Могут хоть завтра всех уволить.
– Профсоюзы не позволят.
– Профсоюзы будут выступать уже после того, как это случится, и даст ли это что-то, большой вопрос. Они ведь фактически могут объявить компанию банкротом. Поменять название, и влить свои деньги.
– На это они не пойдут, они тогда не смогут выступать в ФР1, по крайней мере, в этом году. Ведь все заявки поданы, и получены именно этой компанией. Они, наверное, могут поменять её название и то не факт, что федерация позволит, а вот уж объявить банкротом точно не смогут.
– Тогда вам не о чем переживать. Все люди останутся на своих рабочих местах.
– Я переживаю не только об этом, я переживаю о будущем.
– С точки зрения закона, тут все легально. Вы ведь сами продали контрольный пакет.
– Я знаю, это моя самая большая ошибка. Вообще, весь год, одна моя большая ошибка.
– Стареете.
– Может быть.
– Что ж, я могу вам еще чем-то помочь?
– Нет, спасибо что все мне рассказали.
***
Через несколько дней, Макнис встретился с Триалем, чтобы поговорить о будущем и о том, что каждому из них удалось узнать.
– Значит, команда действительно полностью в его руках, – заключил Натаниэль выслушав то, что рассказал ему Макнис.
– Да, этот год я вряд ли смогу записать себе в актив.
– Ну, есть и плюсы, ты же все еще акционер, вдруг, команда начнет выигрывать и тебе пойдут большие прибыли, – Натаниэль улыбнулся.
– Да уж, утешил. Если команда начнет побеждать без меня, это будет еще больнее.
– Но не мне точно. Я планирую побеждать в этом году.
– И как думаешь, у вас это получится?
– Ну, Минг похвалился победой в заезде на склон.
– Большая гордость, – Макнис усмехнулся. – Но, ты знаешь, может у вас действительно есть шансы. Он ведь все провернул не в одиночку. Ему помогали люди из Британии и США. А там хорошо понимают в том, как построить мощный гоночный болид.
– Да, это внушает некоторый оптимизм. Знаешь, это прозвучит смешно, но Минг напомнил всем нам, зачем мы вообще этим занимаемся?
– И зачем же?
– Чтобы побеждать, а все остальное уже не так важно.
– В Фаббри бы с тобой не согласились, – Макнис снова усмехнулся. – Для них эмблема и название важнее чем все остальное.
– Не сомневаюсь, но лично для меня, действительно важна только победа.
– Еще даже не середина сезона, а такой переломный момент. Расстановка сил полностью непонятна. Лучший пилот Фаббри погиб, Архольд, лидер чемпионата, погиб. Наша команда получит абсолютно другой болид. И что все это значит?
– Что у нас есть все шансы побороться за титул.
– Вот, и это как никогда злит, – Макнис снова улыбнулся. – Я вложил всю жизнь в гонки, и когда моя команда способна победить, я вынужден стоять в стороне.
– Ты все еще акционер, не забывай, сможешь приезжать на гонки.
– Великая честь. Было приятно работать с тобой, Натаниэль.
– Даже назвал меня полным именем, необычно для тебя. Что, думаешь наша совместная работа закончена?
– Уверен. Меня теперь будут заботить только суды, благо теперь у меня достаточно денег, чтобы пройти через все это. Тебя будут заботить только гонки. Больше не надо искать деньги и управлять всем этим.
– Да, я наконец снова стану тем, кем и должен быть.
– Да, ты всегда хотел гоняться и наконец вернешься за руль.
– Все же, надеюсь, мы еще увидимся.
– Надейся, вера и надежда, это всегда полезно.
– Ты стал слишком мягким, Оливер.
– Да, жизнь порядком потрепала меня, но ты знаешь, мы все еще живы и все еще можем двигаться дальше.
Конец
В оформлении обложки использована фотография paulbr75 , доступная для коммерческого использования источник https://pixabay.com/illustrations/race-track-flag-flag-black-and-white-2035566/
