Много. А меня Йодой Кеноби зовут.
Да сообразил уже. Раньше я сына Оби-Вана и Асоки не видел. Но внешность – рыженький человечек с персиковой кожей – уж очень характерная. Да и кто, кроме Асоки Тано, мог умудриться назвать сына в честь старого джедая? Сама неугомонная джедайка вечно носится где-то по границам Дикого Космоса в составе неких сомнительных экспедиций. Мофф Кеноби так ни на ком и не женился, а его должность руководителя проблемных Внешних территорий времени на воспитание ребенка тоже не оставляет. Так что маленький Йода Кеноби оказался на попечении Храма на постоянной основе.
Я тем временем принимаю приглашение поприсутствовать на защите проекта «Путешествие в далекую-далекую галактику» Не просто сижу и жду, активно участвую. Так долго задерживаться в Храме я не планировал. Но детям уже сейчас следует помнить, делу время – потехе час. Я со всей серьезностью отношусь к их делу. А они так и пыжатся, чтобы мне соответствовать. Не только мои – все. От какого-то уж совсем не по-детски серьезного взгляда маленького Кеноби мне даже не по себе делается.
– Ваше величество, можно нам тоже?
После защиты проектов, Квай-Гон приглашает ребятишек посмотреть в настоящий телескоп на соседнюю галактику. Вот Люк и разрывается между желанием пойти со всеми и поскорее уехать из в общем-то чужого для него места. К великой радости Скайуокеров не возражаю. Самому занятно. Обычно на планете-городе звездного неба не видно. Для этого на орбиту выходить надо. Тут маленькая обсерватория оборудована на крыше башни Совета. Мне вдруг стало интересно туда залезть. Хотя и посмотреть на звезды из атмосферы в живую, а не на цифровых голофото прежде не доводилось.
Город копошится далеко внизу. На высоте крыши даже транспортных потоков нет. Только ветер воет. И звезды. Не такие, как из космоса. Здесь кажется, что они тебе подмигивают. Я вместе со всеми посмотрел в окуляр простенького рефлектора на пятнышки далеких туманностей. Картинка мутная. Огромный купол звездного неба впечатлял гораздо больше. Скайуокеров же от телескопа за уши не оттащишь.
Я же стою в сторонке, видом любуюсь. Не медитация, но нечто очень к ней близкое. Пока из расслабленного состояния меня не выдергивает чей-то внимательный взгляд. Он не был враждебным. Но… Я осторожно поворачиваю голову. Йода Кеноби забрался на некую площадку на шпиле. Метров семь над покатым склоном с которого до защитного поля еще метров пятнадцать лететь… Сбить его я смогу, не поворачивая головы, и не светясь в Силе. Мелкое детское тело гарантированно не выдержит удара. Несчастный случай. Бывает. А он сидит, наклонив крупноватую по сравнению с телом голову на бок, и ногами болтает. Ветер же шпиль прямо на глазах раскачивает. Руки так и чешутся. Особенно, если позволить себе испугаться за стоящих в нескольких метрах маленьких Скайуокерах.
Но пугаться и паниковать в поисках простого решения нельзя. С тем, кто прячется под личиной пятилетнего ребенка, просто никогда не было.
«Владыка Плэгас?»
«Он самый».
Бездействующий много лет канал «учитель-ученик» заработал с удивительной легкостью и в привычном режиме повышенной закрытости от чужих глаз.
«Право слово – неожиданно», - начинаю плести светскую беседу, желая потянуть время и разобраться в ситуации.
Впрочем, время если и не остановилось вовсе, то в разы замедлило свой бег. Разумные у телескопа двигаются едва-едва, словно минутная стрелка старинных механических часов. Есть время поговорить с учителем спокойно. Есть возможность оценить мощь лорда Плэгаса.
«Сам не ожидал. Вариант почти случайно подвернулся. Вообще-то после неудачной встречи с твоим волкодавом-Вейдером я планировал материализовать свой дух в теле идеального проводника Силы, ею же и рожденного. Но завершения эксперимента ждать еще почти двадцать лет. Кроме того, я только после смерти осознал себя гомофобом: я хочу быть императором, а не императрицей». А тут буквально через считанные месяцы должен родиться ребенок, зачатый без капли любви, зато с применением могучей Силы».
«Ты вселился в сына Кеноби и Тано?»
Говорю, ради заполнения паузы. Йода Кеноби полез в карман за конфеткой и теперь сосредоточенно сопит, разворачивая прилипший фантик. Справился.
«Да ни в кого я не вселялся. По сути, я и есть он. Другой личности у этого тела нет и никогда не было. Я оказался в зародыше на второй неделе беременности. То еще, скажу я вам, ощущение».
«Чего ты хочешь?»
«Власти. Но я не буду драться с тобой за трон. Взять Империю готовой – это пошло и неинтересно».
«Ты решил отомстить Вейдеру, подкравшись к его детям?»
Чего я каждое слово из него вытягиваю? В конце концов, это разговор начал он, а не я!
«Забавно смотреть, как ты бесишься» - открыто ухмыляется тот: «Но к делу: я хочу подружиться со Скайуокерами. Пока они считают меня малявкой. Действительно, в пять лет разница в год весьма существенна. Только скоро это пройдет. И я окажусь с ними рядом. Пройду плечом к плечу путь к вершинам. И однажды займу место на вершине. Ты, Сидиус, отличный император, но ты не вечен».
«С чего ты решил, что я оставлю Империю тебе, а не внукам?»
«Я согласен с тобой в том, что родство в Силе, важнее родства по крови. Но с этой точки зрения сын Оби-Вана Кеноби и Асоки Тано с душой Дарта Плэгаса – твой внук в степени, как минимум не меньшей, чем потомство Скайуокера. Кроме того, разве ты не видишь, как прямо сейчас рождается мечта? Скайуокеры должны бродить меж звезд. В этом их счастье и их проклятье. Разве ты не видишь, как они смотрят на звезды, до которых пока нельзя дотянуться? Они видят то, что нельзя увидеть в примитивный зеркальный телескоп. Мечту, которая станет делом жизни. Не сомневайся, они и папашу заразят этой идеей. Это не предвидение. Я не знаю, на исследовательской станции или военном корабле смонтируют первый двигатель для межгалактических перелетов. Я даже не догадываюсь, зачем Великой понадобилось вести нас в соседнюю галактику…»
«А ты, значит, готов в лавке по хозяйству остаться, пока все на войну уйдут?»
Не знаю почему, но мелькнуло у меня ощущение того, что без серьезной войны это межгалактическое общение не обойдется. Это тоже пока не предвидение. Так, информация не столько к размышлению, сколько к сбору информации. Плэгас же только плечиками пожимает и ногами болтает.
«Допустим. Но к чему это разговор?»
«К тому, что мне следует стать вашим учеником. Я слишком ситх, чтобы это можно было бы скрыть, когда обучение станет более продвинутым. Не сейчас, конечно. Когда достигну возраста перехода в падаваны. Но чтобы оно выглядело естественно, мне следует подружиться не только со Скайуокерами, но и с вами. Можно было бы, конечно, действовать через
