335. Epp. pp. 305, 429, 438, ed. Spanh.
51. Niebuhr ascribes it to the beginning of the tenth.
52. Sirm. Opp. ii. p. 225, ed. Ven.
53. Proph. Office, p. 132 [Via Media, vol. i. p. 109].
54. [После публикации этой книги в 1845 г. один писатель в консервативном периодическом издании с громким именем счел, что никакое более удачное название не могло быть дано нам, чем то, которое языческие государственные деятели пожаловали первым христианам, — «враги человеческого рода». Как замечательно свидетельствуют о нашей идентичности с Церковью Святой Павел («смертоносный человек и движущая сила антиправительственной агитации во всем мире»), Святой Игнатий, Святой Поликарп, и другие Мученики! Консервативные политики объединяются с либеральными и с партиями различных движений в Великобритании, Франции, Германии и Италии в их воззрениях на нашу религию.
«Католики, — сообщает Ежеквартальный Обзор за январь 1873 г., с. 181–182, — в какой бы протестантской стране они ни были многочисленны и сильны, подчинены (sic), законам своего собственного существования, так что страна подвергает их строгому подавлению и контролю … Католицизм, если он верен себе и своей миссии, не может (sic) … где бы и когда бы он ни имел возможность находиться, воздерживаться от своих притязаний, трудясь и захватывая то превосходство, верховное влияние и контроль, которые, как он добросовестно полагает, есть его неотъемлемый и универсальный долг … Силой обстоятельств, из-за неумолимой логики своих притязаний, он должен быть внутренним врагом или беспокойным элементом каждого государства, в котором он не имеет власти; и … его нужно теперь обозначить при оценке его всеми протестантами, патриотами и мыслителями (философами и историками, как Тацит) как врага человеческого рода (sic), &c.»].
§ 2. Церковь четвертого столетия
1
До тех пор, как правительство Римской Империи не стало христианским, и ереси не заставила замолчать рука власти, лицо христианского мира представляло собой почти то же самое, что и при первом распространении этой религии. Какого рода были Гностицизм, Монтанизм, Иудаизм и, я могу добавить, азиатские мистерии, как описано в предыдущем параграфе, такого же рода были Манихейство, Донатизм, Аполлинарианство и новые секты впоследствии. Церковь во всяком положении, на первый взгляд, выглядела лишь как одна из множества религиозных общин, имеющих мало отличительных черт, если не проводить точное исследование. Тем не менее, существовали внешние признаки существенных внутренних различий; и поскольку мы уже сравнивали ее с другими в первые столетия, мы можем и теперь, в четвертом столетии, противопоставить ее конкурирующим религиозным организациям, с которыми она была связана.
2
Как же должен был вести себя человек, который желал присоединиться к учению и братству Апостолов во времена Святого Афанасия, Святого Василия и Святого Августина? Действительно, лишь немногие местности в orbis terrarum[212] не предоставляли тогда, как в Доникейскую эру, целый ряд общин и вероисповеданий на выбор. Хотя Галлия, несомненно, в это время была полностью свободна от ересей, по крайней мере, о ней нет упоминаний в Своде Императора Феодосия. Но в Египте в начале четвертого столетия к ереси Мелетия принадлежала одна треть всех Епископов целого Патриархата. В Африке к концу этого века вселенских Епископов было 468, донатисты конкурировали с ними, их было до 400. В Испании Присциллианство распространилось от Пиренеев и до океана. По-видимому, оно было религией жителей провинции Галисия, в то время как ее создатель Присцилиан, чья смерть была подстроена Исаакием, чтился как Мученик. Манихеи, скрывая себя под разнообразными именами в различных местах, не были в менее благоприятных условиях и в Риме. Рим и Италия были местом маркионитов. Оригенисты также упоминаются Святым Иеронимом как «доставляющие груз богохульств в порт Рима». Рим был также местом новатиан и донатстов, кроме того, добавлением к законному владельцу Престола Святого Петра в Риме был еще люциферианский епископ. Люцифериане, как это было обычно для данной ереси, были разбросаны в христианском мире от Испании до Палестины, от Трира до Ливии; причем в Сардинии, как центре этого обширного ареала распространения ереси, Люцифер, по-видимому, чтился как Святой.
Когда Святой Григорий Назианзин начал проповедовать в Константинополе, ариане владели там сотней церквей; они снискали благосклонность простого народа, и после их законного смещения против них безрезультатно выпускался эдикт за эдиктом. Новатиан также там было очень много, а савватиане, которые отделились от них, имели церковь, где они молились у могилы своего основателя. Кроме того, апполинариане евномиане и полуариане собрались в большом количестве в Константинополе. Епископы полуариан были также популярны в соседних провинциях, как учение Ария в столице. Они имели во владении побережья Геллеспонта и Вифании, обосновались во Фригии, Исаврии и соседних частях Малой Азии. Фригия была штаб-квартирой монтанистов и кишела мессалианами, которые продвинулись так далеко от Месопотамии, распространившись на своем пути через Сирию, Ликаонию, Памфилию и Каппадокию. В небольшой Армении те же еретики проникли в монастыри. Фригия, а также и Пафлагония были местом новатиан, которые, кроме того, были сильны в Никее и Никомедии, обосновались в Александрии, Африке и Испании и имели Епископа даже в Скифии. Вся территория страны от Геллеспонта до Киликии чуть не впала в Евномианство, а территория от Киликии до Финикии — в Апполинарианство. Беспорядок в Церкви Антиохии хорошо известен: последователи Ария, два ортодоксальных претендента и Епископ аполлинариан. Палестина изобиловала оригенстами, если в то время они могут быть должным образом названы сектой; Палестина, Египет и Аравия были наводнены маркионитами; Осроену заняли последователи Бардесана и Гармония, чьи гимны так близки были к национальным песням, что Святой Ефрем не нашел никакого лучшего пути сопротивления ереси, чем написать для этих гимнов новые слова. Феодорит в Коммагене говорит в следующем столетии об освобождении восьми селений от маркионитов, одного от евномиан и одного от ариан.
3
Эти секты были очень разнообразны по своему характеру. Ученость, красноречие и талант были характеристиками аполлинариан, манихеев и пелагиан; Тихоний Африканский, донатист, был выдающимся библейским интерпретатором; лидеры полуариан и аполлинариан были людьми серьезного и правильного поведения; новатиане были на стороне ортодоксального Христианства во времена арианских преследований; монтанисты и мессалиане относили себя к почти языческому населению; жесткий фанатизм присциллиан, ярость женщин ариан в Александрии и Константинополе и дикая жестокость циркумцеллионов едва может быть преувеличена. Эти различные секты имели свое духовенство, епископов, священников и дьяконов, своих чтецов и проповедников, своих служителей и свои алтари; свои гимны и литания. Они проповедовали толпам людей, и их молитвенные дома напоминали по внешнему виду церкви. Они имели свои ризницы и кладбища, свои фермы, своих учителей и законоведов, свои
