Читаем без скачивания Эмерит 2 (СИ) - "Titus"

— Исабель, а что же будет с нашим дворянским родом? Я бы не хотел, чтобы на мне славная фамилия Шонуровых закончилась.

— О, не переживайте. В Испании сильны традиции почитания всех родственников. У нас в стране трудился известный среди художников авангардист Пикассо. Признаться, я собрала почти все его картины, хотя многим критикам он не нравится из-за показушного примитивизма. Я же нахожу его творчество просто экстравагантным. Тем более, его давно уже нет с нами, а картины после кончины художников только растут в цене — выгодное вложение капитала. Если купить нужных критиков, то картины авангардиста на аукционах будут оцениваться в семизначные цифры. Его полное имя звучит так: Па́бло Дие́го Хосе́ Франси́ско де Па́ула Хуа́н Непомусе́но Мари́я де лос Реме́диос Сиприа́но де ла Санти́сима Тринида́д Ма́ртир Патри́сио Руи́с и Пика́ссо. И я очень надеюсь, что коллекцию его картин не нужно будет продавать для улучшения дел королевского рода, — она внимательно на меня посмотрела. — Я предполагаю, у Ярослава будет двойная фамилия Шонуров-Бурбон.

На террасе повисло минутное молчание. Я покатал новую фамилию на языке, отторжения не вызывает, можно. Вопросительно глянул на батю, тот незаметно кивнул.

— Бель, а как моё полное имя будет в этом случае на испанском?

— Герцог Ярослав Хуан Педро Альфонсо де Шонуров лос Сантос де Бурбон, — без запинки ответила она. У-у-у, подготовилась.

— Педро Альфонсо — это Пётр Алексеевич? — уточнил я и получил утвердительный наклон головы королевы.

— Дон Педро, соглашайся, будешь в Испании Альфонсом по батюшке, — обратился к бате, но взаимопонимания не нашёл.

Он покрутил головой в жестком воротнике и выдал: — Шонуровы никогда альфонсами не были!

— Хорошо, значит, в Испанию поедем без тебя, — я не стал развивать, чтобы не усугубить. — Бель, мы согласны породниться. Но имей ввиду, мой отец женат.

— Это не проблема. Ярик, оставь нас минут на десять, я хочу договориться о некоторых интимных деталях с твоим отцом, как мы тебя делали. Легенда должна быть правдоподобной.

Кивнул и вышел из-за стола. Вернулся минут через пятнадцать, когда они уже договорились. У Лексеича глаза наконец-то потеплели, в них плясали лукавые смешинки — королева смогла найти с ним общий язык, и он наконец-то расслабился. Следом за мной появилась Софочка и предложила чай. Когда все отказались, и она ушла, Исабель хитро посмотрела ей в след.

— Так это из-за неё ты не хочешь жениться?

— Совсем нет. Софья — слуга рода, у нас партнёрское соглашение. Я не сплю с ней. Понимаешь, Бель, в этом мире царит матриархат. Жениться сейчас — это значит постоянно бороться за первенство в семье. А оно мне надо? Каблуком я становиться не желаю, побуду пока холостым.

Она зацепилась за мои слова: — В этом? А что, в каком-то другом мире иначе?

Я вспомнил про оставшихся в старом мире воинствующих феминисток и с сомнением ответил: — Кхм, ты знаешь, я уже не уверен. — Бель понимающе усмехнулась. — Но я должен тебя предупредить. Я — за реставрацию патриархата. Считаю, что жена должна быть за мужем, как за каменной стеной, а не наоборот. Поэтому, если ты против, давай сразу расставим точки над Ё.

— О, нет, — она протестующе взмахнула руками. — Я долго думала над пророчеством. Если для процветания рода Бурбонов требуется мужчина во главе, я только за!

— Славно. Тогда на этом и остановимся. Давай планировать процедуру признания меня твоим сыном во второй половине августа, я как раз разгребу здесь дела перед учебным годом.

— Я рада, что мы договорились, — облегченно выдохнула королева. — В Варшаве признавать тебя наследником — не самая лучшая идея. Приглашаю всех в Испанию. Я хочу устроить праздник в твою честь, мой народ это заслужил.

— О, не-е-ет! В Мадриде в августе убийственная жара! — простонал я.

— Я хотела предложить столицу Каталонии. Барселона находится на Севере Испании у моря, там вполне комфортно.

В голове у меня всплыли воспоминания про не самые чистые пляжи каменного города. Да ну, нафиг, там и не покупаешься толком в грязных из-за порта водах. А на море уже тянет адски. Я в той жизни привык каждые полгода загорать и купаться, а в этой еще не сподобился, Балтийское море не в счет.

— Бель, а если мы большой компанией сначала дней на десять заскочим на Канары? Хочется успеть летом поплескаться в океане. У меня команда сейчас работает на износ, нам всем потребуется отдых, — я вспомнил и про девушек, ушедших с головой в дела.

— Я не против. Моя резиденция на Исла де Гран Канариа будет вас ждать всё лето.

Я расцвёл: — Огромное тебе спасибо!

Она поднялась, все остальные мужчины тоже сразу подскочили.

— Пётр Алексеевич, спасибо вам за теплый приём, я вынуждена вас покинуть. Рада была с вами познакомиться. Не прощаюсь, — она кивнула бате и повернулась ко мне. — Ярик, я хочу тебе сделать подарок, но нужно уединённое место, чтобы нам не помешали.

— Дворец подойдёт? — я не подал виду, что удивлён. Подарки я люблю, но с чего бы это?

Она окинула взглядом свежий фасад и покачала головой: — Нет. Лучше где-нибудь на свежем воздухе, если ты не хочешь заново делать ремонт.

Взял её и секретаря, ушли в ещё неочищенную часть парка. Она, оглядевшись, одобрительно кивнула.

— Пойдёт. Я хочу научить тебя защитной родовой технике «Незыблемый щит Бурбонов». Твой огненный кокон хорош, но только для мастеров, против магистров он слабоват, а я теперь кровно заинтересована в твоей безопасности.

— Разве? Даже с моей Силой эмерита?

— Давай попробуем. Лучше один раз увидеть, чем пытаться тебя убедить.

Я встал на поляне подальше от деревьев и активировал огненный щит. Сквозь окружившие меня языки пламени я увидел приготовления Исабель. Она развела руки в стороны и резко хлопнула в ладоши. В мою сторону, вырывая по пути траву с корнем, рванул смерч. Миг, и мой щит сдуло, как его и не бывало. Я пошатнулся от порыва воздуха — да, демонстрация вышла наглядной.

— Вот видишь? А теперь попробуй атаковать нас, — Исабель взяла за руку секретаря, и они окутались подвижной мерцающей пленкой. Словно в облегающий мыльный пузырь попали.

Я кинул в королеву простенький фаербол, он отразился от мерцающей защиты и упал на землю, оставив небольшую воронку.

— Смелее. Я растянула защиту на себя и Энрике. Щит поддерживается Силой моего источника, а он у меня немаленький.

Ну-ну, посмотрим, что это за незыблемый щит, мой источник-то побольше размером. Я сформировал воздушную линзу и напитал её Силой. Громыхнуло знатно, но щит лишь немного прогнулся и восстановил свою форму. Да, пожалуй, на банкете я был слишком самоуверен — моих линз раскидать монархов по углам не хватило бы. По крайней мере Исабель точно не пострадала бы, её источник после моего воздушного удара потерял лишь десятую часть. Попробую фаерболом помощнее — самым сильным атакующим заклинанием в моём арсенале. Уверен, есть в мире и более сильные ударные техники, но я ими не владею.

Создал фаербол между руками и начал напитывать его Силой. Когда бордовый сгусток огня превратился в шипящее разрядами ослепительно-белое злое солнце, в глазах Исабель я уловил неуверенность. Ну, нахер, не буду рисковать и пулять его в королеву, вдруг, щит не выдержит, а я уже договорился на Канары. Оттолкнул от себя этот шар плазмы в местного Иглесиаса. Надо отдать должное, он не испугался и не дрогнул, когда фаербол со скоростью пули ударил в щит напротив его груди. Шар плазмы отрикошетил и ударил в толстенный дуб неподалёку. Громыхнуло. Я потряс оглушенной бестолковкой — ближним взрывом неслабо ударило по ушам. Вместо дерева остался щепастый дымящийся пень, верхушка дуба на глазах приземлилась в глубине чащи. Посмотрел на побледневшую королеву, старавшуюся держаться молодцом — Сила из её источника испарилась, оставив на донышке едва ли десятую часть. Щит вокруг испанцев мигнул и пропал, и уже Энрике держал пожилую женщину, тяжело опирающуюся на его руку.

— Что-то голова закружилась, — пожаловалась она, когда присела на травку. — А ты силён! Чувствую, что ещё немного, и пробил бы щит. Но если бы у меня был глубже источник, ты бы вообще ничего не смог нам сделать! С другой стороны, чем больше объектов ты защищаешь, тем больше расходуется Силы. Имей это ввиду… Ярик, придётся, видимо, учить тебя в следующий раз, я себя неважно чувствую, — перевёл заволновавшийся секретарь.