Читаем без скачивания Играть, чтобы жить. Кн. III. Долг. Кн. IV. Инферно - Дмитрий Рус

Ауч! Нащупал-таки! Он ведь как током бьется, причем ощутимо! Посох Ненависти, с заключенной внутри душой демона, пугал и доставлял дискомфорт всем окружающим. Некромантская штучка, помимо привычных ограничений по классу и более чем весомых бонусов на призыв и интеллект, обладала злобной абилкой с двойным дном – будучи экипированным, демон тянул жизнь из всего теплокровного в радиусе полусотни шагов. Союзников прессовало гуманно, хоть и болезненно, противников же корежило куда основательней.

Часть энергии плененная тварь отжимала себе, остальное, согласно букве договора, демон отдавал хозяину. Качаться и охотиться с такой аурой самоубийственно – сагришь на себя всех окрестных монстров, но вот при глобальном замесе среди игроков, а в последнее время я только в них и участвую, хозяин артефакта подсаживался на солидную подпитку.

Пока я укрощал зловредный посох, мысленно стегая его скрученной в тугой жгут волей, Димка оперативно закончил урок лепки:

– Готово!

Хм, а ведь неплохо! Чуть коряво, слегка кособоко, но очень, очень опасно. Я ведь помню, как переменился в лице Павший при виде Адамантовых когтей паукообразной аватары Ллос. Вот пусть и у меня на кармане полежит весомый аргумент на случай форс-мажора.

– Спасибо, Дим. Слезь-ка на секунду… Приблуда, теперь ты! Уселся? Держи!

Я протянул белорусу чуть подрагивающий посох. Мастер испугано спрятал руки за спину и вжался в спинку:

– Убери, на фига он мне?! Я его боюсь!

– Бери, говорю! Сверли дырку, делай фиксатор, ты крафтер или погулять вышел? Может, ребенка попросим?

Приблуда замотал головой и сделал страдальческое лицо:

– Глеб, ты не понимаешь. Это законченный игровой предмет, он не предусматривает модификации. В крайнем случае – подать заявку админам, получить завизированный рецепт, вот тогда…

– Какие, на хрен, игры?! Посмотри на этого пацана – он тут живет и творит что хочет! Ты ведь тоже в срыве, это твой мир, а не админов! Забей на их тупые ограничения!

Белорус беспомощно заозирался:

– Но у меня даже инструмента нет…

– Твои проблемы! Держи, сверли!

Насильно впихнув ему в руки адамантовое жало и злобный посох, я уставился на мастера тяжелым взглядом. Тот обреченно поник плечами, затем встряхнулся, сделал пару решительных вдохов, успокаиваясь и собирая решимость в кулак. Прикрыл глаза и, копируя мелкого шамана, зашептал что-то одними губами.

Острие штыка уперлось в торец нервно забесновавшегося посоха, однако мозолистые руки мастера удержали шершавое дерево и усилили нажим, чуть проворачивая клинок. Тоненькая завитушка черной стружки упала на колени белоруса.

Дзинь! В небесах лопнула очередная нить, связывающая наши миры…

Глава 2

Ясный город, Храм Светлоликого. Личные покои Верховного Бога.

Сердце девушки судорожно сократилось в последний раз, и булькающие хрипы наконец затихли. Парализация обездвиживала жертву, но отнюдь не лишала ее чувствительности к боли. Во-первых, это знатно увеличивало общий выход праны от приносимого в жертву существа, во-вторых – так просто веселей.

Светлоликий добро улыбнулся и стряхнул алые капли с испачканных по самые локти рук. Сегодня он стал еще на шаг ближе к совершенству. Зафиксированную на алтаре младшую жрицу удалось разобрать на девятнадцать фрагментов, растягивая во все стороны органы, соединенные с телом вибрирующими от живительного кровотока венами.

Он назвал этот ритуал «Бордовое Солнце Заката». В прошлой реинкарнации Светлоликий проиграл битву силам Хаоса, не выдержав прямого столкновения с Магией Крови, подкрепленной жертвенными зиккуратами небывалых размеров. Ах, а ведь какой перспективный был мир…

Бог умел учиться на своих ошибках и не желал упускать любые возможности потенциального усиления. Он одним глазком заглянул за Черту и в потоках Хаоса сумел разглядеть настоящую Силу. А потом Хаос разглядел его самого…

Светлоликий кивнул терпеливо ожидающему Патриарху. Сухонький старичок с белесым взглядом прищуренных глаз сразу же развил бурную деятельность: вынос истерзанного тела, очистка алтаря, чаши с благовониями и кувшин теплой воды для омовения божественных рук.

Тем временем Верховный прислушался к небесным сферам – отлично! Младшая жрица не смогла возродиться, навеки утеряв свою сущность. Какой приятный побочный эффект! Обязательно нужно попробовать провести ритуал над столь раздражающими его Неумирающими! Ведь это невероятно: смертные заполучили толику божественной силы, лишив его главного кнута – страха смерти и выбора посмертия. Как же просто было в других мирах!

Ну ничего, в крайнем случае – он заставит их призвать в мир Аида, бога Подземного Царства. А уж брат Зевса не оплошает и принесет в мир правильный порядок. Заодно, быть может, удастся отбить у Неназываемого часть уведенных гномов, уж Аид-то отсыплет пещерным работягам подземных и рудных благ. Сами прибегут, теряя кирки!

Вспомнив о Павшем, Светлоликий непроизвольно полыхнул яростью. Открытая кожа Патриарха, льющего тонкой струйкой воду на божественные длани, мгновенно покраснела и пошла волдырями. Верховный же разглядел игру солнца в розовых каплях и тут же возжелал увековечить забавы светила. Щелчок пальца – и кровь превратилась в рубины. Захрипел и зашатался Патриарх – его зацепило краем заклинания, и солнечные ожоги сразу отошли на второй план. Любой хирург Земли потерял бы сознание при вскрытии – рубиновый атеросклероз! Сосуды жреца с удовольствием бы приобрели в любой ювелирной лавке.

Светлоликий заметил плачевное состояние своего слуги и вновь раздраженно щелкнул пальцами, генерируя Оживляющую Волну. Патриарх снова задышал, непроизвольно рванув на горле тунику, а вокруг вскипела жизнь. Очнулись поникшие в вазе цветы, вновь затрепыхались ощипанные куриные тушки на храмовой кухне. Бог не любил экономить и дозировать силу, он предпочитал давить и поражать мощью. Такие характеры есть и среди смертных – например, любители до хруста пожимать руку своему оппоненту.

– Благодарю, Великий… – склонил голову Патриарх, пряча резко покрасневшие белки глаз с лопнувшими сосудами. Передоз лекарства штука также не полезная, бывало и такое, когда от избытка маны людей буквально разрывало в кровавое облако.

Светлоликий милостиво кивнул:

– Живи, червь. Что там у нас с армией борцов со скверной, сколько последователей Света сможете поднять для зачистки Мертвых Земель?

Патриарх удивился:

– Так ведь сколько угодно! Среди нашей паствы более сорока миллионов Неумирающих. Из них около тридцати миллионов активных, возносивших молитву в последний месяц. Плюс коренные жители и многочисленные светлые создания, населяющие этот мир. Достаточно лишь одной вашей воли, подкрепленной Очками Веры для Неумирающих и толикой Божественной Силы для всех остальных.

Светлоликий поморщился. Делиться силой он не любил, стоило его внутреннему сосуду опустошиться хоть на волос – бог тут же начинал чувствовать себя уязвимым. Быть может, именно этой крохи не хватит для защиты в случае неожиданного нападения. Хочешь не хочешь, а двадцать семь реинкарнаций из кого угодно сделают параноика.

С Очками Веры тоже не все так просто. Они очень даже конечны, миллионные армии ими не проспонсировать. Да, благодаря тому, что он немного внимания уделял наградам прихожан, предпочитая наблюдать, как его жрецы тратят свой ресурс, поднакопился весомый запасец. Хватит на возведение двух сотен жрецов на высший, десятый круг.

Это очень весомый аргумент, в особенности пока он спрятан в рукаве, а не засвечен и выложен на стол. Нет уж, размазывать такое богатство тонким слоем по сотне тысяч Неумирающих – обойдутся! Бессмертные твари и безумный мир! В прошлых воплощениях достаточно было одного вскользь брошенного взгляда, чтобы целые города, с песней и блаженной улыбкой на устах, добровольно восходили на костер. Здесь же – нужно платить, да еще твой дар пристально осмотрят со всех сторон, просчитают на непонятных к-а-л-ь-к-у-л-я-т-о-р-а-х, а затем брезгливо отбросят в сторону и пойдут дальше, выбирая лучшее предложение на рынке.

Ну ничего, придет смертушка и все расставит по своим местам!

Дождавшись, пока чело Светлоликого покинет тень тяжких дум, Патриарх продолжил:

– Сторонников Темных на порядок меньше. А вот всяких тварей у них в разы больше нашего, оно и понятно: молодой мир кишит нечистью. Хватит ли у Павшего сил призвать их на защиту – неизвестно.

Светлоликий презрительно отмахнулся:

– Зародыш бога! Сколько ему там стукнуло – два, ну три года. Да я в любом из воплощений задницу дольше чесал, чем он на свете прожил. В одной только Мейоле провел двенадцать тысяч счастливых лет, пока Светило планетной системы не взорвалось от катаклизма. Знаешь, когда несколько миллиардов разумных умирают с мыслью о покаравшем их боге Солнце… Тогда я чуть было не перешел на уровень Творца, не хватило какой-то мелочи, какого-то крохотного ключика, отпирающего Двери Ведущие Ввысь…