Читаем без скачивания Кремль-2222. Садовое кольцо - Владислав Выставной

Все в этом мире имеет конец, но отчего-то раньше всего заканчивается боезапас. Нео понимали, что появившуюся в тылу занозу нужно устранять. И теперь быстро перестраивались, погоняемые опытными сотниками. Муты имели немалый опыт общения с био — вполне могли как заключить временный союз с бронированным гигантом, так и вывести из строя машину поменьше. Первая паника в рядах нео прошла, и теперь они целенаправленно смыкали круг. Пришедшие на помощь роботы разделили судьбу группы, оказавшись в самом центре окружения. Муты медленно приближались. Впереди показались шустрые особи с мотками металлического троса и крепкими сетями, из глубины строя выкатили пару бочонков драгоценного пороха. При таком соотношении сил расправа была всего лишь делом времени, а цена вопроса — потеря десятка-другого рядовых мутов. Ничтожный расход возобновляемого живого ресурса.

Роботы быстро взяли людей в защитный круг. Пробиться к крепостным стенам, у которых бурлила живая злобная масса, не представлялось возможным. Отступить к ГУМу тоже. Счет шел на минуты. Нужно было срочно принимать решение.

«Лого! — мысленно выкрикнул Книжник. — Что ты собираешься делать?»

«Ничего, — прозвенело в мозгу. — Я все уже сделал».

«Не понимаю…»

Лого не ответил. Ответ пришел со стороны Ильинки. Сначала по рядам нео прокатилась волна беспокойства. Затем стена мутов стала надвигаться на группу. Но это не было целенаправленное наступление.

Враги попросту пятились, будто под напором какой-то новой силы.

Не думая ни секунды, Зигфрид вскинул над головой меч, обернувшись к био, зычно крикнул:

— Вперед!

И сам же ринулся на растерянного противника. Опытный тактик прекрасно понимал: бить врага нужно именно в такой момент, не позволяя ему собраться. Только в этом залог спасения малочисленной группы бойцов. Вест ворвался в самую гущу мутов, работая мечом методично и беспощадно — как живая мясорубка. Нео дрогнули, расступаясь перед вестом, подались в стороны, как тающий лед перед раскаленным железным прутом. В защитном «коконе» из державшихся по флангам био группа ринулась вслед за Зигфридом, Отшельник задыхался от бега, пришлось подхватить его и тащить, чтобы не оставить без защиты в самом пылу боя. Основную нагрузку в схватке по-прежнему несли на себе Зигфрид и «Раптор». Они вгрызались в оборону мутов, словно рыли туннель к спасению — тому, что шло сюда с противоположной стороны. Био по флангам крушили неосторожно подставившихся врагов.

Книжник еще не верил тому, что казалось очевидным. И только когда над головами мутов показались знакомые силуэты, он не смог сдержать крика:

— Дружина! Они прорвались!

Очень хотелось закричать: «Победа!» Но до победы было неблизко. Самым опасным в этой ситуации было завязнуть в схватке у подножия стен. Штурма никто не отменял, и, когда муты окончательно сомнут оборону — все будет кончено.

Только теперь до Книжника дошло одно ужасающее обстоятельство. Сила дружины и была в этих стенах. Именно там, на привычных крепостных рубежах, дружинники обладали преимуществом над многократно превосходящими силами звероподобных тварей. Сейчас же, спешно вернувшись из-за Кольца, они могли лишь оттянуть неизбежное.

Так бы оно и было, если бы семинарист не забыл об одном обстоятельстве — главной цели вернувшейся экспедиции. В самый разгар боя, когда масса напиравших нео начала буквально заваливать дружинников трупами, шум битвы перекрыл дробный грохот. В ноздри ударил самый волнующий запах — острый аромат пороховых газов.

Дружинники вернулись из-за Садового Кольца не с пустыми руками. Сейчас, когда поредела густая стена из мохнатых тел, стали видны неказистые повозки, стонущие под массивным грузом. Нетрудно было догадаться, что привезла экспедиция. Потому как часть его уже разлеталась в стороны от обоза смертоносными свинцовыми волнами.

То, что кремлевские оставили привычные мечи и взялись за автоматы, смешало мутам все карты. Их плотные ряды пошли грязными разводами, отползая подальше от стрелков. Теперь, на фоне россыпей из убитых нео, стало видно импровизированное укрепление из плотно составленных повозок. Муты не переставали огрызаться дротиками и стрелами — но те вязли в плотном грузе повозок. В ответ же враг получал куда более увесистый ответ из автоматных очередей.

Дружинники, навалившись, сместили в сторону одну из телег, впустили группу в образовавшийся проем. И тут же проем закрылся. Оставшиеся снаружи роботы заняли оборону по периметру укрепления.

Внутри же было неимоверно тесно. Помимо дружинников, здесь укрыли фенакодусов и снятый с повозок наиболее ценный груз. Большинство воинов расположились по периметру, у «бойниц» в щелях между повозками и на самих телегах, за массивными оружейными ящиками и мощными деревянными щитами, вставленными в специальные пазы тележных бортов. Здесь, рядом с воинами, Книжник ощутил себя «в своей тарелке». Ведь эти люди прошли по указанному им маршруту и вернулись далеко не с пустыми руками.

— Оставайтесь здесь! — крикнул парень своим, — Я сейчас!

Он вскочил на внутренний край какой-то повозки и стал неловко пробираться туда, где краем глаза заприметил сотника. Тот тоже заметил Книжника, кивнул коротко и зычно выкрикнул очередное приказание, украсив его россыпью крепких словечек.

— А вы вовремя! — подобравшись поближе, выкрикнул Книжник. — Мы уж думали все, каюк!

— Сочтемся, — усмехнулся сотник, — Это ты био с каракулями на брюхе подослал?

— Ага…

— Неплохо придумано. Хорошо, ребята еще с новым оружием не освоились — два выстрела с РПГ почем зря извели, пока это чудище подбить пытались.

— Выходит, все-таки добрались до базы? До «Северо-Запада»?

— Не совсем, — сотник продолжал пристально следить за тем, что происходило на стенах, — Скажем так: это база добралась до нас. Данила!

Рядом возник рослый плечистый воин. Книжник его знал — совсем недавно этот парень привел в Кремль танк невиданной конструкции. Да еще в рабочем состоянии. Что-то там было связано с заговором и предательством. Все это вспоминалось смутно — он как раз готовился к выпускным испытаниям в Семинарии, и много событий прошло мимо. Так или иначе, боец был серьезный, этот Данила[15].

— Наш лучший рейдер, — пояснил воевода, хлопнув по плечу ратника, — Вывел нас на рынок оружия.

— Ты, что ль, передачу Снайпера поймал? — поинтересовался Данила, не отрывая взгляда от кремлевской стены. Там, в дыму и огне, продолжалась яростная схватка.

— Какого еще Снайпера? — не понял Книжник.

— Понятно, — усмехнулся Данила. — Ну, это долгая история… А пулемет-то чего молчит?! — Последние слова были обращены к воеводе.

— Да ребята что-то разобраться не могут, — нахмурился воевода, — Техника новая, незнакомая…

— Эк… — досадливо крякнул Данила. Спрыгнул с телеги и, расталкивая бойцов, бросился в центр.

Там, посреди укрепления, среди снующих взад-вперед дружинников и нетерпеливо взбрыкивающих фенакодусов, высилась отдельно стоящая повозка. Высилась — потому что на ней громоздилась легкая конструкция из тонких бревен — вроде караульной вышки. Не очень высокая, но приподнимавшая тех, кто в ней находился, над головами прочих. Тут же стало ясно назначение этого сооружения: пара дружинников примостилась у крупнокалиберного пулемета.

Эта штуковина явно была вырвана с корнем с какой-то бронированной машины — у нее не имелось ни станка, ни сошек. Для того и потребовалась, наверное, эта грубая деревянная конструкция. Лента с патронами свисала до самой мостовой, ее придерживал второй номер расчета. Калибр внушал уважение. Но оценить эту машинку по достоинству пришлось мутам.

— А ну, дай я! — крикнул Данила. — Смотри, как надо!

Ратник развернул ствол в сторону кремлевской стены, дернул за трос взведения затвора. Прильнул к прицелу, нажал на спуск. Загрохотало — низко, гулко, солидно. Пулемет обильно срыгнул веер стреляных гильз.

— Пулемет «Корд», калибр двенадцать и семь! — со смаком произнес сотник. — Еще мальчишкой мечтал увидеть, как он лупит…

— Мечты сбываются, — деликатно сказал Книжник. У него самого в детстве были несколько иные мечты.

Теперь все смотрели на стены. Оттуда, со штурмовых лестниц, посыпались вниз целые гроздья карабкавшихся вверх мутов.

— Что, не нравится, твари?! — мрачно процедил сотник. Резко повернулся к бойцам: — Сосредоточить огонь между Сенатской и Спасской!

Дружинники мгновенно переключились на стрельбу по стенам. Было заметно, что новое оружие все еще им непривычно, но в глазах каждого отражался мрачный азарт боя. Глядя на них, Книжник не смог удержаться, тем более что из телеги, присыпанные соломой, торчали тревожно знакомые предметы. Один такой он и вытащил.