Постепенно Литвину удалось создать небольшую резидентуру из 10 агентов, как японцев, так и американцев. После нападения фашистской Германии на Советский Союз задачи резидентуры изменились. Теперь надо было добывать политическую и техническую информацию – материалы по военной промышленности – авиастроению, радиотехнике, судостроению и, конечно же, политические.
В 1942 г. «Витчак» окончил университет, получив степень бакалавра, а через год – магистра политических наук, стал помощником профессора, начал читать лекции студентам. Его авторитет и число знакомых росли, положение в университете было прочным. Он преподавал государственное право США, историю современной цивилизации, международное право, готовился к защите докторской диссертации в дипломатической академии в Вашингтоне.
Опытный резидент, прошедший школу нелегальной работы в Китае, где ценой ошибки была жизнь, Литвин работал умело и осторожно. Но один раз по чистой случайности оказался на грани провала. Как-то в университет приехал министр образования польского правительства в изгнании и пожелал встретиться со студентами-поляками. «Витчак» об этом ничего не знал. Он спокойно направлялся на лекцию, когда в коридоре его встретил декан и представил министру, который приветствовал его по-польски. А с «родным» языком у разведчика были серьезные проблемы – он чисто выговаривал лишь одну фразу: «Еще Польска не згинела». По счастью, беседа шла в присутствии декана, и разговаривать на языке, которого тот не понимал, было неэтично. Воспользовавшись этим, Литвин извинился перед министром по-английски, сказав, что опаздывает на лекцию. После занятий он сразу уехал домой. А ведь такая случайность могла погубить разведчика!
…В июле 1945 г. ничто не предвещало беды. Но случилось ЧП: в Канаде бежал шифровальщик советского посольства Игорь Гузенко, захватив с собой множество документов, в том числе и сведения о нем, «Витчаке». К счастью для него, эта история тут же попала в газеты. Купив канадскую газету (ведь он числился канадцем), Литвин на первой полосе увидел огромный заголовок, извещавший о сенсации: «Перебежчик из ГРУ раскрывает русскую шпионскую сеть в Канаде». А ведь он совсем недавно получал новый паспорт как раз через канадское посольство. Это была уже не опасность, это был провал.
Литвин сел в машину, проверился, тут же обнаружил слежку. Встретиться с кем-либо из своих было невозможно, а дома оставались жена с маленьким сыном. Впрочем, арестовывать Литвина американцы не имели никаких оснований – мало ли какие сведения передали им канадские коллеги! Межведомственную переписку судье не предъявишь. Разведчик мог легко предугадать действия своих коллег из ФБР – они будут следить за ним, выявлять связи, постараются поймать на контактах с официальными представителями СССР. Нет, ареста пока можно не опасаться, однако надо готовиться уходить.
Литвин вернулся домой. Несколько громче обычного – учитывая, что в квартире, скорее всего, установлен «жучок», – сказал жене, что научный руководитель из Вашингтона прислал великолепный отзыв о его работе, и молча показал статью о Гузенко. Та все поняла. На следующий день было воскресенье. Они поехали отдохнуть в горы и там, без микрофонов, смогли обсудить ситуацию. В понедельник Витчак попросил у университетского начальства разрешения слетать в столицу, к своему научному руководителю. На самом деле он ехал на свидание с представителем Центра.
«Витчак добрался на такси в Бруклин и устроился в отеле. Закрывшись в номере, сел в кресло, пододвинул к себе телефонный аппарат и набрал известные ему цифры. Когда на противоположном конце сняли трубку, произнес: «Будьте любезны, доктора Роди». Там, секунду помолчав, вежливо ответили: «Очевидно, вы неправильно набрали номер. Простите…» Сигнал был принят. «Мулат» не боялся, что «ошибочный звонок» могли засечь и прослушать фэбээровцы. Он не посвященному в детали ничего не говорил. А для него и «доктора Роди» – представителя Центра – было понятно, что должна состояться встреча неподалеку от железнодорожного вокзала». Литвин сумел оторваться от слежки, смешавшись в холле гостиницы с толпой туристов, и, несколько раз проверившись, наконец добрался до места встречи. Представитель Центра, естественно, знал, чего от него хочет разведчик, и дал ему инструкции, как тайно выехать из страны.
Один из друзей приобрел автомобиль и поставил в укромном месте. Но это было полдела. Надо еще уйти от слежки, которая была не менее плотной, чем раньше. Помог случай: как-то днем одна из его состоятельных студенток предложила «мистеру Витчаку» прокатиться на новом автомобиле – недавно подаренном ей отцом «Кадиллаке». Они покатались по городу, позавтракали в ресторане. Слежки не было – фэбээровцы не ожидали, что он уедет из университета днем, да еще на чужой машине. Обратно Витчак уже не вернулся. Из ресторана он отправился туда, где его ожидал автомобиль, на котором ему предстояло добраться до другого города. Дальнейшее было делом техники – вскоре он был уже в Советском Союзе. Через некоторое время вывезли из Штатов и его жену с двухлетним сыном.
Вернувшись домой, Литвин продолжал работать в разведке. Некоторое время занимался подготовкой новых кадров, а потом – снова командировка, на этот раз в одну из европейских стран. Там он восстановил старые связи и еще поработал с друзьями из США. Затем была еще долгая жизнь на родине. Залман Литвин умер в 1995 г., немного не дожив до 50-летия Победы.
Среди малоизвестных страниц деятельности советской военной разведки в годы Великой Отечественной войны – «дело Амеразии».
В начале июня 1945 г. ФБР арестовало шесть человек, которых обвинили в краже 1700 строго засекреченных документов из различных американских госучреждений и нарушении Закона о шпионаже. Назовем их имена:
Филип Яффе – издатель журнала «Амеразия» и бывший издатель коммунистической газеты «Защита труда». Он был осужден к штрафу;
Андрей Рот – лейтенант, сотрудник отдела японского флота в Управлении разведки ВМФ США;
Марк Гейн – писатель;
Джон Стюарт Сервис – высокопоставленный чиновник в Государственном департаменте (Министерство иностранных дел), который передал Яффе секретные документы;
Иммануил Ларсен – чиновник Госдепартамента США. С октября 1935-го по август 1944 г. он работал в Управлении морской разведки, где занимался анализом политической и экономической ситуации и оценкой военного потенциала Китая и стран Дальнего Востока. Эта работа включала в себя сбор информации о вражеских войсках, но также открывала возможности для получения секретной информации ВМФ. Кроме того, Ларсен принимал участие в подготовке молодых офицеров ВМФ к разведывательной работе;
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
