– Что бы я без тебя делал, граф! – Но юнец с другой стороны и тут не удержался:
– До сих пор спал бы в часовне Лудеранского леса.
Дмитрий пытался хмуриться на юного Тарсона за несправедливо приписанные ему слова, но улыбка сама заставляла растягиваться губы. Поэтому сказал:
– Настраиваемся серьёзно, ребята. Не на пироги к тёще отправляемся.
– Тогда почему мы без оружия? – спохватился великан.
– Достаточно того, что мы уже на самой Опорной Станции накопили, – резонно напомнил граф. – Хватит с излишком.
И действительно, накопленный там арсенал позволял вести небольшую локальную войну в случае необходимости. Единственно, чего не хватало, так это ранцевого ускорителя для баюнга. Только его два центнера веса уникальное устройство кое-как приподнимало и худо-бедно несло. Но вот громадную тушку, облачённую в скафандр, да при оружии чудесное изделие хаерсов отказывалось поднимать. И снаряжаясь уже на месте, Дмитрий в который раз вспомнил о намерениях наведаться в мир Чёрного Монолита. Ведь убывшие домой космические путешественники дали свои личные координаты и приглашали не только в гости в любое время дня и ночи. Обещали также помочь и в техническом аспекте, если чего вдруг понадобится. И как раз ускоритель для Шу’эс Лава очень пригодился бы.
Потому и сказал вслух своим разновозрастным друзьям:
– Как хотите, а обеспечьте мне в ближайшее время «окошко» часа на два в моём же распорядке дня. Смотаюсь к хаерсам не только с визитом вежливости, а и с солидным заказом на всякие технические новинки. Ибо мир Ситулгайна до сих пор для нас закрыт, меня там ищут и в тюрьму посадить хотят как злостного нарушителя карты польеди.
– Что за карта, с чем едят? – поразился великан, будучи не в курсе последних строгостей, пожалуй, самого технически развитого мира из известных Светозарову. И землянин пустился в объяснения:
– Да там тоже додумались до того, что спонтанные перемещения при телепортации могут спровоцировать «шестирядное столкновение» в подпространстве. Их теоретики тоже просчитали опасность взрыва между вселенными. Вот и ввели строгую фиксацию каждого прыжка, перемещения, придумали фиксаторы и создали наказывающие структуры. А я по глупости собрался им террор устраивать, наказывать налево и направо всех, кто посмел ущемлять наши права… Хорошо, что не успел кровопролитную войну начать…
– Ты можешь теперь к ним наведаться, всё объяснить, – недоумевал Хотрис. – Они же только рады будут.
– Да как сказать, что рады… Вначале они меня пленить попытаются, если не немедленно убить, а уже потом, может, и порадуются… без меня… Да и долго слишком им всё объяснять, оправдываться. Вот когда Сеть Опорных Станций заработает, вот тогда можно к ним смело являться с полным пакетом теорий, доказательств и выгодных предложений. Пока же и хаерсы нам нужными вещичками и девайсами помогут. Вот… Ну как, готовы?
Сам он несколько скептически относился к идее переместиться по каналу связи на Вторую Опорную Станцию именно втроём. Особенно сейчас. Оказалось, что, несмотря на свою внешнюю мощь, мышечную силу и массу полезного оружия, Шу’эс Лав всё-таки оставался самым слабым звеном в мини-команде. Причём сразу по двум причинам: у него не было ускорителя и отсутствовал скафандр высшей защиты. Имелся простой, в котором и в открытом космосе можно было зависать суток на трое, но для солидного боя или экстремальных условий он никак не годился.
Но не будешь же обижать соратника отказом по таким банальным причинам? Навсегда может разобидеться. Да и не в бой собрались, а на смотровой визит, который, если верить инструкциям той же Первой, ничего сложного собой не представляет.
В голову пришла хорошая мысль.
«Следовало вообще брать Крафу, несмотря на всю его занятость, а не юного героя и героя древности. Разве только Гегемон со мной знаться не захочет… Да и потом, если прыжок окажется простым и совершенно безопасным, союзник меня попросту затюкает подначками и насмешками. Не упустит возможности напомнить о моей молодости, глупости и о своём нежелании утирать носы каждому зарвавшемуся сопляку. Ну да, что-то такое он на меня в гневе кричал… Хорошо, что наедине…»
Итог всех сборов и сомнений: так и отправились втроём. Строго пользуясь инструкцией, представили канал связи, наполнившийся связующей энергией, послали импульс узнавания «свои» да и шагнули, плотно взявшись за руки. Точнее говоря, не столько взявшись, как по причине разного роста попросту прижавшись с обоих боков великана. Привычно громыхнуло, блеснули, слепя, искорки молний, показалось разноцветье сполохом подпространства, и…
Все трое оказались в точке прибытия. И наверное, одновременно осознали, что попали они куда-то не туда. И хорошо так попали! Пожалуй, самый молодой среди них отнёсся к ситуации в целом со смешком:
– Влипли! Как мухи в янтарь.
И его слова вполне соответствовали истине. Мало того что вокруг была совсем не Опорная Станция, так ещё и ноги всех троих Торговцев оказались по колено погружены в странную янтарную, словно медовую, жидкость. И эта жидкость уже практически застыла, на глазах превращаясь в маленькое озеро, а точнее говоря, в единый кусок прозрачного материала.
Глава 24. Моральная пытка
Смотреть натуральное порно, где в главной роли наиболее любимая женщина мира Долроджи, Пётр Васильевич долго не смог. Постарался полностью абстрагироваться от увиденного, даже отвернулся от экрана. В наказание – тут же усилили звук. А это оказалось чуть ли не хуже. Фантазия срабатывала ещё жёстче, чем могли увидеть глаза. Стало даже трудно думать, мысли расползались словами, да и те пытались затоптать злость в паре с бешенством.
«Значит, записи и в самом деле существуют, это явно не монтаж. Если хорошо напрячься, то вспомню, когда это у неё могло быть, где и с кем. Другой вопрос: сколько подобного материала у моих тюремщиков? Если одна сцена, две, то не смертельно, переживу. А если и в самом деле много? А то и очень много? Хуже всего, если часть возьмут, да в самом деле пустят в общую сеть? Или, что ещё хуже, Борису покажут? Заставят силой просматривать?»
Дальше думать было сложно.
И чтобы как-то занять мозг, снизить давление низменного шантажа, пришлось обратно вернуться за стол. Звук сразу вернули к нормальному. И это сказалось положительно на попытках мозга оправдать, понять, простить и… в первую очередь занять себя полезной деятельностью. Тут помогла постановка конкретной задачи: внимательно это просмотреть и доказать, что всё творящееся на экране – ложь, подделка, инсинуации. То есть провести подмену в сознании, не акцентировать себя на измене, а заниматься иным, сложным делом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
