Король очень сомневался в искренности этих слов, учитывая, какую сеть осведомителей имеет Рейне, но формально тот был, несомненно, прав – монарх не известил его о предстоящем визите, и официальной церемонией Сар-Итиад действительно мог пренебречь. Что, впрочем, говорило о его истинном отношении к трону, а может – о злобливом желании доставить королю некоторое неудобство. Впрочем, пусть выражает свое недовольство так, а не в виде заговоров, резонно посчитал Инстрельд.
– Не беспокойтесь, граф. Мое решение посетить вас было несколько поспешным, и лишь в силу этой поспешности вас не успели известить. – Король ответил на приветствие легким кивком.
– Тем не менее жители Сар-Итиада всегда рады приветствовать своего короля, – продолжил граф.
Король взглянул на пустую площадь и черные провалы под капюшонами графских стражников и понял, что это еще одна ложь, преподнесенная ему сегодня. Что ж, оставалось надеяться, что подобный обман будет не самым изысканным блюдом в этот день.
– Так же как и король всегда рад приветствовать своих подданных, воздавая каждому по его заслугам. – Инстрельд ухмыльнулся, пытаясь разглядеть выражение лица графа. Пусть проглотит этот намек.
Но Ночной Король выглядел абсолютно невозмутимым.
– Возможно, на чей-то непосвященный взгляд, заслуги Сар-Итиада перед королевством не столь уж и велики, но думаю, что после содержательной беседы мне удастся убедить вас в обратном. Во всяком случае, на теплый кров, горячий обед и доброе вино в этом городе вы, сир, всегда можете рассчитывать. – Рейне Анекто чуть заметно улыбнулся одними уголками губ. – Прошу вас проследовать в мое скромное жилище, ваше величество. О ваших людях и их лошадях позаботятся мои слуги.
Королю ничего не оставалось, как слезть с коня и пойти пешком рядом с графом. Командир гвардейцев пожелал выделить эскорт, но король отказался от вооруженной охраны – Анекто недвусмысленно намекнул на личную беседу, без провожатых.
– Мой дом – самый безопасный во всем Ронстраде, сир, – протянул Рейне, волнистым жестом указывая на высокое сооружение, которое проглядывало за пеленой дождя.
Граф не располагал ни дворцом, ни замком. В его собственности находился лишь один особняк на площади Тысячи Висельников, но если про жилища сар-итиадцев принято было говорить «мой дом – моя крепость», то дом Рейне Анекто казался воплощением роскоши и гостеприимства. Однако показная беззащитность и отсутствие охраны вряд ли могли прельстить воров и грабителей – слухи, одни чернее других, говорили о жуткой участи тех несчастных, кто рискнул поживиться за счет Ночного Короля. Лучшей крепостью для графа Сар-Итиадского были страх, внушаемый окружающим, и зловещая репутация коварного интригана, не гнушавшегося никакими средствами и всегда возвращавшего причиненное ему зло в десятикратном размере. В Сар-Итиаде ходила пословица: «Возьми у Ночного Короля тенрий – отдашь десять и свою жизнь в придачу».
Перебрасываясь ничего не значащими фразами, правитель Ронстрада и глава Северной Пристани подошли к трехэтажному особняку графа. Дверь была не заперта.
– Прошу вас, ваше величество.
Они поднялись на второй этаж по лестнице с перилами, украшенными золотыми завитушками ковки; полы в коридорах графского дома устилали богатые ковры, а стены украшали картины. Инстрельд отметил про себя, что Сар-Итиад стал слишком богат, но это богатство не из тех, что выставляют напоказ. В Гортене, в жилищах знати можно увидеть золоченые рамы в окнах, но внутри дома все будет гораздо беднее, а здесь – наоборот, внешняя бедность фасадов контрастирует с богатым внутренним убранством.
– Присаживайтесь, ваше величество. – Граф привел короля в свой рабочий кабинет, выполненный в стиле капитанской каюты корабля корсаров. – Здесь мы сможем спокойно поговорить без посторонних ушей.
Вслед за ними вошел слуга, молодой парнишка с совсем не детским выражением глаз. Мальчишка поставил на столик бутылку вина и пару бокалов, после чего принял мокрую королевскую мантию. Затем он удалился, плотно затворив за собой дверь.
Инстрельд выбрал себе одно из резных кресел, украшенное резьбой в виде плюща, и пододвинул его к ярко горящему камину, после чего сел к нему боком, не отрывая взгляда от хозяина. Граф Анекто повесил плащ на спинку своего кресла и устроился напротив.
Лишь сейчас его величество смог как следует всмотреться в лицо собеседника. Только теперь, когда он знал об этом странном родстве, он углядел в чертах Рейне особенности внешности его младшего брата, того, кого во дворце знали под именем Шико. Тот же узкий овал лица, та же форма тонкого носа, тот же разлет бровей. Лишь глаза у графа были черными, он отпустил бороду и усы, да и выглядел намного старше.
– Попробуйте это вино, ваше величество. Оно с юга, из земель, которые раньше назывались Темной Империей.
Инстрельд нахмурился:
– Надеюсь, вы не пытаетесь оскорбить меня, граф, упоминая древнее государство некромантов, которые у меня сейчас как кость в горле.
– Нет, что вы, сир! – Ночной Король взял в руки бутылку и наполнил бокалы. – Просто оно весьма приятно на вкус, а в Гортен вряд ли заходят торговцы из Сиены.
– Я так полагаю, в Гортене нет многого из того, что я вижу здесь, – мрачно заметил Инстрельд Лоран, – например, столь приторной лжи.
– Вы ошибаетесь, сир! – Анекто засмеялся. – Здесь ее куда меньше, чем в вашем дворце, и вкус у нее скорее горек, чем сладок.
– Что вы хотите сказать этим?! – вспылил король.
– Я хочу сказать, – спокойно ответил граф, – что когда вы почувствуете вкус горечи во рту, тогда вы поймете, что я обманул вас. А пока выпейте вина и поведайте мне о причинах вашего визита, ваше величество.
Инстрельд еле заставил себя сдержаться и не уйти. Он приехал сюда не для того, чтобы выслушивать наглые замечания этого негодяя! Но и вернуться в Гортен, не задав свой главный вопрос, он тоже не мог.
– Хорошо. Я прощаю вам вашу дерзость, граф. Меня привело сюда одно деликатное дело.
На лице Ночного Короля отразилось любопытство.
– Я вас внимательно слушаю, ваше величество.
– Меня беспокоит судьба одного человека. Я знаю, он ненавидел вас, и вы платили ему той же монетой. Но... вы единственный, кого я никогда не стану подозревать в его исчезновении.
– Вы говорите о сеньоре Прево, сир.
– Да, – король кивнул.
– Но почему же я оказался вне ваших подозрений, ваше величество? – Анекто задумчиво дотронулся до золотой цепи у себя на груди.
– Тот, кто больше всех кричит «я убью его», вряд ли окажется настоящим убийцей. Ведь подозревать-то будут именно его. Кроме того, я знаю, что смерть Прево на самом деле не нужна вам, он вас вполне устраивал, граф.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
