Читаем без скачивания Отстойник - Сергей Чичин

— Да нет, я хорошо понимаю мистера Чарльза и с радостью предоставил бы ему возможность вернуться домой, но так уж сложилось…

Я наконец сел, где лежал, вернув себе какое-никакое, а достоинство… Чует мое сердце, наваляться мы все еще успеем сверх всяких норм. Айрин на всякий случай отодвинулась подальше, а заодно в сторону двери.

— Давай, Эл, уточним наши перспективы и приоритеты. Куда хочет Чарли — не умеем, куда хочешь ты — не знаем, куда хочу я — в природе не существует…

— Правда? — наивно усомнился Хранитель. — В природе очень много всего существует! Не в вашем мире, так в другом… Понимаю, что это не очень корректно и уж точно неуместно…

— Нет-нет, куда я хочу — всегда уместно. Где, говоришь, мягкий умеренный климат, бьют пивные ключи, а женщины поголовно нежны, красивы и на всякое согласны?

— Если вдруг вернемся, надо его в Чехию послать дипломатической почтой, — с невыразимым презрением нагадила мне в душу Айрин. — Эл, прекрати жевать сопли, тебя отправим вместе с ним порядки наводить. Давай говори живо, что мы намерены делать!

Что, интересно, такая за «Чехия»? Я опять чего-то не знаю? Или знаю, но не придаю значения? Вот так и про Ад не задумывался, пока случайно не занесло. Не может же быть так, что в родном мире существует что-то насквозь хорошее, а я не в курсе? Эх… вообще-то еще как может. Там хорошо, где нас нет… собственно, потому и хорошо, что настам нет. А как появимся — пивные ключи иссякнут, мягкий климат сменится форсированной ядерной зимой, цитадели местных хранителей падут под натиском иноземных быдланов, а во что преобразится самое интересное — опасаюсь даже загадывать.

Эл, всеми силами отображая на кожистой физиономии мучительные раздумья, откинулся на стенку. Как ему удается быть таким умиротворяющим? Буквально пять минут назад мы наперебой собирались его смещать и изобижать, а тут опять все благоговейно умолкли, как отряд скаутов, слушающий байку про мертвого дровосека.

— Я полагаю, что необходимо найти Старейшин, — выдавил Хранитель словно бы через силу. — Сам я не могу определить доподлинно, что тут случилось и что вообще происходит… Похоже, что в Отстойнике настали странные времена, когда путаются и изменяются самые краеугольные истины. Но Старейшины знают и понимают несравненно больше.

— И где их искать? — осведомилась Айрин с ноткой набирающей закономерные обороты истерики. — Опять по болотам шататься, пиявок кормить?!

— Да не было там пиявок, чего ты врешь, — возмутился Мик.

— Угорь был болотный, — припомнилось мне сразу. — Всю ногу отбил, так увивался.

— Везет тебе, Мейсон. Ты единственный, к кому в этом странном учреждении льнет всякое съедобное.

— Микки, ты вообще можешь о чем-нибудь, кроме жратвы, думать?

— Могу. Обо всем! И обо всем, кроме жратвы, могу не думать. О жратве не думать не получается. Не, ну, правда, чего было угря не заарканить? Если опять пойдем в те края шляться — давайте уже прекратим хлебалом щелкать!

— Мы не пойдем в те края, — тяжко вздохнул Эл. — И вообще… Мне сложно принять окончательное решение, но, наверное, мне стоит предложить вам остаться здесь. А сам я постараюсь как можно быстрее отыскать Старейшин. В Отстойнике не так много мест, где их можно искать при сложившихся обстоятельствах, и я…

Глазки скромно потупил. Ясное дело, решает, как бы помягче сказать, что с непроверенными гопниками на буксире пред светлые очи Старейшин появляться обломно. Что ж, стесняться тут нечего: законы военного времени не меняются ни со временем, ни с пространством.

— И ты без нас будешь перемещаться быстрее, — подсказал Мик милосердно.

— Что-то вроде того. Однако меня беспокоит… — Эл опасливо покосился в сторону Айрин, и она немедленно подобралась. Реакция вялая, пульс прерывистый… мне, поди, сразу бы постаралась зарядить по уху. — С одной стороны, мне очень не хочется покидать мисс Ким, особенно когда происходит непонятное. С другой… я решительно не уверен, что со мной ей будет безопаснее — мне придется пользоваться весьма непопулярными маршрутами.

— А мы?! — Голос Чарли ощутимо дрогнул. Что значит никогда не покидать дом родной, каждая вынужденная пробуксовка в гостях у сказки враз видится трагедией. — Мы чего, так тут и будем сидеть, ждать, пока ты соизволишь за нами вернуться? А ну как ты по пути ногу сломаешь?

— Не боись, Чаки, кто-нибудь нас найдет, хоть бы и вот эти, с пулеметами, которые здешних подвинули. Они-то явно что-то знают.

— Меня это что, должно успокоить?!

— А почему бы нет? Это явно наши люди, как бы не из Оклахомы, с ними-то мы общий язык найдем по-любому. Слово за слово, хреном по столу… ты не поверишь, сколько литров, метров и байтов Мейсон может извлечь из человеческого организма при помощи самого заурядного ножика.

Возразить бы ему, что к заурядному ножику Мейсон ни в жисть не притронется, но так и до обвинений в предметном фетишизме дожить недолго. А вообще, эта вера в мои таланты была бы умилительна, кабы я похуже себе представлял весь комплекс предварительных мероприятий по приведению мрачных и резковатых пулеметных парней к общительному состоянию. Чтобы решать такие задачки, недурно бы обзавестись крупнокалиберными калькуляторами, а то еще и полудюжиной подручных вычислителей. Ни Чарли, ни Айрин не выглядят подходящим на эту роль материалом… Мы, конечно, будем изо всех сил радоваться тому, что имеем, но есть подозрение, что сей хорал потянет звукоряды исключительно в минорной тональности.

— Кажется, мне тут рассказывают всякое, чего мне не нужно знать, — сумрачно заключил Чарли. — Хотя не могу сказать, что очень удивлен. Я давно уже подозреваю, что ни хрена ты, Мейсон, не натуралист-любитель.

И, надо заметить, он в корне неправ: как натуралист, я именно что любитель и едва ли когда-либо выйду из этого статуса. Если, конечно, не принимать упомянутые выше вопросы эксплуатации ножиков как относящиеся к этой сфере в силу суровой натуралистичности. Да и по этой теме диссертаций я не защищал, дипломов не имею, а стаж работы… кто мог бы удостоверить, тот, по иронии судьбы, вряд ли удостоверит даже табуретку.

— Пулеметные ребята пускай останутся как резервный вариант. Вопросы у меня будут следующего толка. — А и правда, чего я свою голову ломаю? Пускай Эл отдувается. — Надо ли нам оставаться непосредственно тут, в этой слегка выселенной Цитадели, учитывая, что еврейские погромы, как оказалось, и в Аду не знают удержу? Если нет, то соответственно раскрой тему — куда идти, что там делать. В любом случае что нам жрать…

— Вот потому я бестрепетно принимаю его руководство, — отметил Мик для публики. — Если какое-то время канючить, Мейсон смекает, что что-то такое происходит, и буде сам неспособен решить вопрос — его грамотно переадресовывает.

— …как и чем нам защищаться от врагов, каких, собственно, врагов нам стоит опасаться, чего уж совсем никак не надо делать, а то Мик умеет делать офигенно разное, а делает порой многое сверх того, обучаясь по ходу. Ну и наконец каковы крайние сроки твоего возвращения и что нам делать после того, как они пройдут. Ах да, и что это меня треснуло? Можешь не вдаваться в детали, главное — убеди нас, что оно больше не будет.

— Оно не будет, — пообещал Эл кротко. — Оно в принципе никогда… и вообще не для того… Вы просто слишком порывисто попытались покинуть помещение. Я включил протокол безопасности согласно инструкциям, чтобы пресечь возможную панику и беспорядочные метания, а особенно передвижения потенциального агрессора. Двигайтесь медленно, и мембрана вас пропустит безболезненно.

— Насколько медленно? Миля в неделю?

— Не замерял. Но вообще возьмите на вооружение простое правило — тут у нас наскоком лучше не пробовать.

— Мейсон иначе не умеет, — сокрушенно наябедничал фон, не поленился подняться и вразвалочку прошествовал к дверному проему.

— А на вооружение я бы лучше взял чего посущественнее, но в загашнике вашем все какое-то эпатажное.

— Что это, Мейсон, «эпатажное»?

— Это, Чарли, как воскресная шляпка твоей мамы.

— Которая цвета морской волны?

— Которая с перьями.

— Ой, ё! Ты тут у них что, нашел оружие массового поражения?

Это как посмотреть. Вон тем топором действительно можно натворить немало бед. И, сколько бы открытий чудных нам ни готовил этот дух просвещения в горилльей шкуре, сей топор я реквизирую в любом случае. Надо соорудить какую ни на есть перевязь и подвесить его фону за спину — на всякий рукопашный случай. Битой здешних гопников разве что повергать в недоумение, а тут готовый викинг. Вместо грибов для жевания сойдут носки, впрочем, после наших болотных приключений им можно придумать и менее гуманное применение.

— Могу оставить вам свои револьверы, — уныло предложил Эл. — Мне они все равно без надобности, я ими обзавелся по случаю, а пользоваться так толком и не научился. Могу показать, как работают некоторые из предметов, что вы видели в арсенале, но вынужден с прискорбием заметить, что они и сами по себе несовершенны, а без практики их и вовсе едва ли удастся продуктивно использовать. Мне кажется, самое луч шее для вас будет — не искать приключений на свои… гм… а затаиться и дождаться моего возвращения.