— Молчите? — злорадно спросил Гергиев и обернулся к Корде. — Держи, — протянул ему карточку. — Анонимная. Да, сто тысяч.
Корда весело взял карточку, ликующе потряс ею в воздухе, затем поднес к виску и покрутил ею вместо пальца.
— Топай, — сказал Гергиев.
Дверь открылась, Корда послал нам воздушный поцелуй и потопал к кустам, хозяйским взглядом осматривая пустырь.
— Нечего сказать? — снова спросил Гергиев. — А знаете, как я вас нашел?
— Как?
— Я объяснил, что ищу женщину, интересовавшуюся Гориком. Мне сказали, что ее купил один мужик за сто тысяч и четыре дозы. Даже объяснили, что именно вы подрядились делать за эту плату... Я не поверил. Но... Надеюсь, я вам не помешал?
— Клиент отключился, — пожаловалась я. — Плакали мои сто тысяч. Вы знаете, сколько слупили с меня в «Джагане»? Четыреста!
— Обычная цена для этого района.
— Боже мой! А я не могу накопить на ребенка. При этом считается, что хорошо получаю... Нет в мире справедливости.
— Решили подработать проституцией?
— Никогда не понимала, в чем прелесть этой работы... Мне нужно выйти. Вы не знаете, как это сделать? Боюсь, Виталик заснул надолго.
— Надо войти в меню. Если не стоит пароль, дверь откроется. Но думаю, у вашего клиента пароль стоит. На случай полиции. Он ведь вырубается, а здесь иногда бывают облавы.
— Скажите, его нельзя как-нибудь прижать?
— Нет. Только если кто-нибудь напишет на него заявление. Но на это ведь никто не пойдет. Здесь у всех рыльце в пуху.
— А если приезжает полиция, что она делает?
— Налоговая ищет проституток. Дорожная стоит в кустах, ожидая, что кто-нибудь заведет машину и двинется. Наркоманы ее интересуют только в смысле получения взяток. Судя по модели автомобиля, такая полиция для вашего парня не проблема. Это стоит тысяч тридцать... За пятьдесят они будут сопровождать его до дома.
— Неужели нельзя навести порядок?
— Порядок! — Он тихонько засмеялся. — А еще меня упрекали в социальной озабоченности! Что такое порядок, вообще?
— Нечто противоположное свободе, надо полагать.
Гергиев хмыкнул, то ли соглашаясь, то ли возражая.
Я резко дернула плечом, голова Виталика подлетела и упала обратно. Он не издал ни единого звука.
— Сколько это обычно продолжается? — спросила я у трубки.
— Час. Если он не помрет.
— А если помрет?
— Я вызову полицию. Она приедет, станет совещаться, потом отправит запрос прокурору, прокурор его утром рассмотрит. Пятьдесят на пятьдесят, что все-таки будет принято решение вскрывать чужую собственность. К завтрашнему вечеру вас откроют. Или не откроют... Однажды мы ждали трое суток, прежде чем достали мертвеца из машины.
— Прокурор сломался только на третьи сутки? — с ужасом спросила я.
— Нет. В машине стояла такая программа, что если кто-то в ней сидит, то на третьи сутки она открывается сама. — Гергиев засмеялся. — Тот парень примерно представлял свои перспективы. Надеюсь, ваш Виталик их тоже представляет.
— Как же они ловят проституток, если машина заблокирована и внутрь попасть нельзя?
— Да клиенты их потом выбрасывают из машины... А у тех обычно с собой наркотики.
— Я разобью стекло!
— Это не стекло. Это особый полимер. Он не разбивается. Вы не хотите спросить меня о поездке в «Джаган»?
— Я хочу вас спросить о другом. Карточка Горика была проверена, ведь так?
— Да. И это один из пунктов обвинения. Если верить его версии, он под обещанные Инной деньги поехал на пятачок и потратил свои последние на наркотики. Он их купил по дешевке у какой-то толстухи. Далее он поехал на пустырь и там провел оставшуюся часть вечера, причем эта толстуха вышла здесь, а потом снова вернулась и дала ему в руки веревку. Так?
— Да. Все так и было.
— Но Инна, как мы знаем, ничего не заплатила. Зато неизвестно, кто перевел Кромскому пять миллионов. А что касается толстухи... на пятачке никогда не работал дилер, похожий на нее.
— Все правильно. А теперь расскажите, как вы съездили в «Джаган».
— Мерзкое местечко! Даже противно было делать вид, что я хочу его купить. Такой элегантный человек, как я! Это совершенно невозможно. К тому же все, что связано с покупкой, идет через управляющую. На хозяйку так не выйдешь. Собственно, ресторан уже продан, вы знаете?
— Как это?
— Он переоформлен на управляющую еще два месяца назад.
— Зачем?
— Хозяйка отошла от дел по семейным обстоятельствам, все стало разваливаться. В итоге они довольно сильно задолжали, в том числе и управляющей. Она ведь работала за часть прибыли. Одним словом, эта дамочка внесла какую-то недостающую сумму и стала полноправной владелицей. Мне показалось, хозяйка потеряла интерес к своему детищу. — Он помолчал, выдерживая эффектную паузу. — Но я ее видел!
— Когда?
— Сегодня. Она приехала в «Джаган» забрать свои вещи. Просто вошла в зал и прошла мимо меня под лестницу. Управляющая сказала: «А вот и наша бывшая хозяйка. Лучший специалист в стране по индийской кухне», и та мило растянула губы, делая вид, что улыбается.
— На чем она приехала?
— Она приехала на «Волке». Точно таком, в каком вы сейчас сидите. Но она совершенно не толстая. Обычная стройная женщина.
— Симпатичная?
— Обыкновенная.
— Лучше, чем я?
Он молчал, глядя на меня в окно.
— Лучше, чем я? — снова спросила я.
— Это ведь дело вкуса, — наконец произнес он. — Мне трудно судить. А это для вас важно?
— Почти нет. Но все-таки?
— Хуже, чем вы. — Он вздохнул.
Виталик заворочался. Надо было торопиться.
— Сергей, — сказала я. — По-моему, Виталик умер. Но у меня есть план. Съездите на пятачок. Он старый клиент, пользовался услугами местных проституток, сажал дилеров к себе в машину. Они должны знать пароль на открытие дверей. Узнайте, пожалуйста. Тот парень, который показал вам дорогу сюда, он наверняка знает. Вы очень много ему заплатили. Он скажет.
— Ладно. Но это последнее мое одолжение. — Гергиев сложил трубку. Его машина проехала мимо меня, выехала на гравий, давя пластиковые космолеты и двинулась в сторону кустов.
Как только она проехала кусты, я двинула плечом так, что начавший приходить в себя Виталик врезался лицом в приборную панель.
— Черт! — испуганно произнес он, медленно отстраняясь. Потом повернулся ко мне. Глаза были мутными, но не злыми.
— Как дверь открыть? — спросила я.
— Сейчас. — Он потряс головой. — Слушай, как там тебя... сделай одолжение, достань из бара воду.
— Где бар?
— Сзади.
Пригибаясь, я пролезла назад, открыла бар, достала бутылку воды и пару шоколадок — для себя. Виталик судорожно сглотнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
