Я. Б. Гамарник, А. В. Иванов, И. Е. Клименко, М. М. Майоров и другие активные участники октябрьских событий в Киеве.
27 октября Киевский ревком разоблачил двурушничество и контрреволюционную позицию Центральной рады в специальной листовке к рабочим и солдатам: «Украинская Центральная рада — говорилось в ней, — согласившись сразу, потом отказалась поддержать нас в нашей борьбе за хлеб, мир и свободу для народа. Она выступила против власти рабочих и солдат, она предала рабочее освободительное движение.
Никакие шаги к соглашению с нашей стороны пи к чему не привели. Рада обманула нас и вас, товарищи рабочие и солдаты.
Товарищи! Не доверяйте Украинской Центральной раде, которая желает победы контрреволюции и перехода власти к буржуазии»[227]. Таким образом, ревком, разоблачая истинное политическое лицо Центральной рады, помогал освобождению от националистического дурмана той части трудящихся, которая определенное время находилась под влиянием националистических партий.
Большевики призывали массы не доверять Центральной раде и поддержать революционный пролетариат Петрограда. Уже в эти дни настойчивая разъяснительная работа большевиков дала свои результаты. Центральная рада все более теряла доверие среди солдат-украинцев и крестьянства. Даже украинский войсковой съезд, хотя и высказался в поддержку Рады, не согласился с ее враждебным отношением к Петроградскому восстанию и в своей резолюции потребовал «принять меры, чтобы укр.[аинские] войска не посылались с фронта для борьбы с представителями интересов трудового народа»[228]. Эту резолюцию съезд принял после выступления представителя Киевского большевистского комитета И. 10. Кулика, который рассказал о событиях в Петрограде, разъяснил, что победа социалистической революции обеспечит для всех трудящихся мир, для рабочих 8-часовой рабочий день, для крестьян землю, и призвал поддержать революционный Петроград. Заканчивая выступление, И. Ю. Кулик спросил делегатов: пойдут они за Лениным или Керенским? В ответ прозвучали голоса: «За Лениным!.. За Лениным!..»[229].
Таким образом, большевики Киева сорвали планы Центральной рады оказать вооруженную помощь свергнутому Временному правительству. Вечером 27 октября состоялся пленум Советов рабочих и солдатских депутатов при участии представителей воинских частей, фабзавкомов и профсоюзов. Напрасно пытались меньшевики и эсеры, поддержанные представителями украинских мелкобуржуазных националистических партий, убедить 700 посланцев рабочих и солдат, будто восстание в Петрограде — «преступление против революции». В принятой большинством голосов (за — 489, против — 187) большевистской резолюции выражалась твердая решимость трудящихся Киева поддержать Петроградское восстание. Был избран ревком, в состав которого вошли большевики Я. Б. Гамарник, А. Б. Горвиц, В. П. Затонский, А. В. Иванов, И. М. Крейсберг, И. М. Кудрин, И. Ю. Кулик, Л. Л. Пятаков, И. Пуке и др.
Решения пленума отражали готовность масс выступить за власть Советов против местных сил Временного правительства.
Осуществляя волю рабочих и солдат города, Киевский комитет РСДРП(б) и ревком приступили к непосредственной подготовке восстания. Они разработали план выступления, предусматривающий взятие почты, телеграфа и других важных стратегических объектов.
Ревком расположился в бывшем царском дворце на Печерске, где размещались также исполком Совета рабочих депутатов, большевистский комитет и другие организации трудящихся. На Печерске находилась главная крепость рабочего класса города — завод «Арсенал», здесь стояли наиболее революционные части гарнизона, размещался 3-й авиапарк, солдаты которого вместе с арсенальцами должны были стать ударной силой восстания. Всего боевые силы ревкома насчитывали около 6,6 тыс. человек, в том числе 3 тыс. красногвардейцев.
На стороне штаба Киевского военного округа находились юнкерские училища, школа прапорщиков и ряд воинских частей — около 10 тыс. человек.
Штаб КВО лихорадочно готовился к бою. Вечером 28 октября после переговоров с командованием Юго-Западного фронта штаб вызвал в Киев сформированную из военнопленных чехословацкую бригаду, насчитывавшую 2,8 тыс. человек. Кроме того, командующий фронтом генерал Володченко еще утром 26 октября отдал распоряжение отправить в город казачью дивизию с артиллерией. На следующий день началась посадка в эшелоны 1-го ударного полка и 1-го югославского батальона, тогда же командующий 7-й армией получил приказ выделить для отправки в Киев еще одну дивизию 22-го корпуса. Ударным батальонам, расположенным в Черкассах, также было приказано двигаться к Киеву. Уже в ночь на 28 октября казачья дивизия прибыла с фронта и разместилась на окраинах города.
Центральная рада также стягивала в город националистические части и отряды «вольного казачества». Возле Педагогического музея (Владимирская ул.), где она размещалась, возник целый военный лагерь.
28 октября войска штаба КВО попытались перейти в наступление, блокировали дворец, где в то время находились почти все члены ревкома и комитета РСДРП(б) — Я. Б. Гамарник, Л. И. Картвелишвили, И. М. Крейсберг, И. Ю. Кулик, Н. Н. Лебедев, Л. Л. Пятаков и др. — и около 30 солдат. Они были арестованы ворвавшимися в помещение комитета юнкерами и как заложники отправлены в штаб.
В. П. Затонскому удалось избежать ареста. Поздно ночью, добравшись в 3-й авиационный парк, он предложил немедленно направить посланцев на заводы, фабрики и воинские части с сообщением об аресте ревкома и необходимости присылки представителей для избрания нового. Сюда прибыл также и А. В. Иванов, из-за тяжелой болезни находившийся дома. Через несколько часов с разных концов города прибыло около 20 представителей предприятий и воинских частей, которые избрали новый ревком в составе В. П. Затонского, А. В. Иванова, Н. А. Новикова, А. Е. Карпенко, И. М. Кудрина и др. Было решено начать восстание 29 октября. Сигналом к началу непосредственных боевых действий должен был стать полет аэроплана над Печерском в 17.00. Это задание поручили летчику А. И. Егорову.
По указанию ревкома авиапарковцы наладили телефонную связь с «Арсеналом» и артиллерийским дивизионом на Слободке и выделили в помощь арсенальцам отряд в 250 человек. 147 и 148-я воронежские пешие дружины также направили своих представителей в «Арсенал».
В 3-м авиапарке, где действовала сильная большевистская организация во главе с М. С. Богдановым, выступлением руководил ревком в составе Н. А. Новикова (председатель), С. И. Кутузова, И. М. Кудрина и др.
В соответствии с планом, разработанным ревкомом, главные боевые действия в тот день развернулись на Печерске. Арсенальцы и авиапарковцы начали наступление на Константиновское юнкерское училище, представлявшее наибольшую угрозу для восставших. Другому отряду, состоявшему из красногвардейцев и революционных солдат, удалось приблизиться к Николаевскому училищу, но под огнем юнкеров он вынужден был отойти.
Восставшие арсенальцы вели прицельный огонь по контрреволюционным войскам, расположенным возле дома командующего КВО и в районе дворца, отражая одновременно атаки юнкеров.
Ночью, когда бой утих, в «Арсенал» прибыли отряды рабочих Демиевского снарядного завода, обувной фабрики, обмундировочных мастерских, группы революционных солдат и отряд красногвардейцев Подола под командованием большевика А. А. Сивцова. К авиапарковцам присоединился отряд солдат украинизированного полка под командованием сотника П. Порта.
30 октября юнкера Константиновского и Алексеевского училищ начали наступление на авиапарк, пытаясь окружить его, однако все их атаки были отбиты — на помощь авиапарковцам пришли солдаты телеграфного батальона, открыл огонь по Константиновскому училищу артиллерийский дивизион, расположенный на Слободке. Меткая стрельба артиллеристов вынудила юнкеров отступить и выбросить белый флаг.
Восстание было поддержано всеобщей забастовкой трудящихся города, объявленной советом фабзавкомов и Центральным бюро профсоюзов. Остановились фабрики и заводы, трамваи, перестали выходить буржуазные газеты.
30 октября юнкера совместно с чехословацкой бригадой, солдаты которой были введены в заблуждение своим контрреволюционным командованием, попытались вновь атаковать «Арсенал». Рабочие, подпустив противника на близкое расстояние, встретили его плотным прицельным огнем и заставили отступить. Понеся значительные потери, чехословацкие солдаты отказались принимать дальнейшее участие в боях и в тот же вечер покинули город.
Участники Октябрьского и Январского восстании в Киеве — солдаты 3-го авиапарка.
С разоблачением преступных действий контрреволюционного командования выступил Чехословацкий совет в Киеве. Он заявил 31 октября, что «чехословаки, борющиеся за свою политическую свободу и независимость, питают искренние симпатии к украинскому народу…»[230].
