Фома внимательно слушал, не перебивая.
– Для начала ты ее выпорешь и выпорешь прилюдно.
Фома спокойно кивнул, но все же спросил:
– Прилюдно это как?
– А вот так. Обездвижишь станером и при всех высечешь. Твоя невеста, ты и разбирайся с ней.
– Понял. Могу идти выполнять? – спросил Фома.
– Можешь. Но сначала скажи, с молодым сыном лера Самуила проблемы были?
– Нет, небыли. Он немного замкнулся, когда узнал о своей матери, но потом быстро пришел в себя.
– Понял, иди.
Фома ушел.
– Не слишком ли круто, так жестоко поступать с девочкой? – с сомнением в голосе спросила Ганга.
– Может и жестоко, – согласился я. – Но у меня два пути. Или она меняется сама, или я ее сделаю ментальной рабыней, чего мне делать очень не хочется. Посмотрим как справится Фома. Девочка позволила себе высказаться обо мне как о прыще.
– Что Гради-ил говорят ваши законы по поводу оскорбления главы дома или рода его членом?
– Его изгоняют, милорд. И всякий может отступника преследовать. Он становится вне закона. Обычно по его следам уходит отряд мстителей, чтобы кровью смыть позор. Так было с молодым Радзи-илом и его отцом.
– Вот так то, Ганга, считай у нее последнее предупреждение. Представь что она такое выкинет при снежных эльфарах. Я боюсь даже представить, что тогда произойдет. Слишком много поставлено на эту поездку, чтобы одна соплячка все испортила. Порка это самое малое что она заслужила…
Из лагеря раздался визг Сулеймы.
– Фомочка, родной, миленький не надо-о. Ой! Гад! Ой! Я тебе руки оторву скотина. Ой! Ой! Не надо. Миленький! Ой! Убью… Дай! Ой!.. Встать… Убью! Ой! Я больше не буду-у! Отравлю гада! Ой! Не буду больше-е.
– Не смиряется, как видишь, – повернулся я к Ганге. – Грозит. А она сможет выполнить свое обещание. Возьмет и отравит.
– Я ей отравлю! – взвилась моя невеста. – Сама еще выпорю.
Фома не ленился и вскоре Сулейма просто рыдала и просила прощение, но не грозила.
– Есть еще одна проблема, – потерев щеку, на которой пробивалась черная щетина, произнес я. – Это лер Саму-ил. Он не хочет, чтобы сын женился на девочке Керти. Я обещал сделать ее приемной дочерью, баронессой и дать земли в приданное, но его гордость это не оценила. Он узнав о предательстве жены замкнулся и я не знаю, что от него ждать. Как думаешь Гради-ил, что он может нам преподнести?
– Трудно сказать, милорд. Выбор сына его не обрадовал. Но при этом он должен понимать, что ни одна эльфарка не пойдет за Радзи-ила замуж. Для лера Саму-ила, лучший выход если он вообще не женится. Но парень столько пережил, его сломали и выбили нашу эльфарскую спесь. Отец этого не понимает. Чтобы понять сына, нужно чтобы он сам побывал в шкуре раба. Я думаю, что он помогать Вам, милорд, не будет. Отстранится. Вы как я понял, не стали мешать выбору его сына, раз решили сделать ее приемной дочерью. Это его оскорбило. Но и предавать Вас он не будет.
– Ну уже и это хорошо, – кивнул я, показывая, что мнение разведчика услышал.
– Без его помощи как-нибудь обойдемся. А по поводу рабства и воспитания я подумаю.
Оба на меня косо посмотрели, но промолчали.
– Знаю, – продолжил я, – что в орских племенах есть рабы снежные эльфы мужчины и женщины, немного, но десятков восемь наберется. Если я их выкуплю, как думаешь, Гради-ил, присоединятся они к нашему дому или нет?
– Не знаю милорд. С каждым надо разговаривать отдельно. Кто-то захочет, кто-то нет. Наш народ очень гордый. Попасть в рабство не считается позором, а переход в другой дом, где присутствуют люди и орки, для них может статься неприемлемым. Но если выкупить моих соотечественников и разрешить им вернуться в свои дома, это было бы хорошим делом и было бы оценено по достоинству.
– По достоинству? – переспросил я, несколько удивленный, такой постановкой вопроса. – Почему сами дома в таком случае, не спасают своих подданных.
– Не принято, – пожал плечами эльфар. – Традиции милорд. Если ты попал в рабство значит прогневил судьбу. Но если тебя спас инородец, значит ты в глазах Судьбы обрел милость, а на инородца его боги положили свою печать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мы снежные эльфары не верим ваших богов, в Отца орков и в деревья лесных эльфаров но мы верим что есть Судьба. К каждому она может быть милостива или наоборот.
А кто такие смертные, чтобы спорить с судьбой? Вот так думают мои соотечественники, милорд.
– Понятно. – кивнул я. – Значит если я освобожу снежных эльфаров и отпущу, мне зачтется, как проводнику божье воли. И какие выгоды я могу из этого извлечь?
Благорасположение тех домов, чьи родственники вернутся.
– Ну уже не мало. Значит начнем собирать твоих соотечественников.
– Теперь по поводу долга чести. Я готов помогать его исполнить, Гради-ил.
Снежный эльфар поднялся и поклонился. – Я принимаю Вашу помощь, милорд.
Ганга подозрительно на нас посмотрела.
– Какой еще долг чести? – спросила она. – Разве у нас не посольская миссия.
– Ну почти, – улыбнулся я. – Заодно Авгиевы конюшни почистим.
– Какие еще конюшни?
– Ну это так говорится. – Отмахнулся я. – Решим попутно несколько отложенных дел.
– Я участвую?
– Скорее нет, чем да. Это тайные операции, а ты дипломатическое лицо нашей миссии.
– Опять сбежишь?
– Нет.
Ганга успокоилась.
– Теперь по поводу места нашего обитания в снежных горах. Нам выделят северную часть гор. Там где Высокий хребет. Вот на нем мы и будем строить свою базу.
– Гради-ил помолчал, обдумывая сказанное, затем покачал головой: – Суровый край. Там никто не селится. Дорог нет, одни тропы, а крепость строить надо. Вы уверенны, милорд, что справитесь за год?
– Ты имеешь ввиду строительство крепости? – спросил я.
– Да милорд.
– Думаю, я сумею с этим справиться.
Я развернул карту сделанную со снимков из космоса. Вот смотри, – показывал я пальцем. – Тут есть большое плато с озером. На берегу озера будем строить мой замок. По возвышенности змейкой проложим дорогу. Вот тут в десяти лигах проходит тракт, к нему дорогу и выведем. Так что места много. Приглашу дворфов, наберу крестьян… Другое дело, что там нужно будет держать гарнизон, а с этим я пока не знаю как быть. Орков там не посадишь…
– Это не проблема, наберите нехейцев, им горы привычны.
– А что, в крепости можно оставлять жить иноплеменников? – удивился я.
– Конечно, у вас же смешанный дом.
– Хорошо, Гради-ил, учту. Но я хотел тебя попросить еще вот о чем. Хочу поставить тебя на моих землях в Снежных горах управляющим. Ты как, согласишься?
– Сочту за честь, милорд. А лер Саму-ил не будет против? Он более знатный по рождению.
– А это в настоящих условиях имеет значение? – в свою очередь спросил я.
– В вашем случае нет, милорд. Но…
– Лер пусть приходит в себя. Захочет помогать, приставим его к делу. Сулейму и сына его используй.
– Спасибо за доверие, милорд.
– Не за что Гради-ил. Не на прогулку тебя направляю, на трудный участок и мало тебе не покажется. Еще переведу к тебе но попозже дриаду с девочкой.
Тут встрепенулась Ганга.
– Какая еще дриада? Ты нашел лесную эльфарку? Служительницу культа? Тебе что нас Чернушкой мало?…
– Угомонись.
Я приобнял орчанку за плечи и привлек к себе.
– Это невеста и дочь моего… я замялся не зная как обозвать Демона. – Короче одного человека, который меня спас. Иначе я стал бы кормом для крыс. Я прячу его семью.
– Кормом для крыс? – недоверчиво переспросила Ганга. – Это когда было?
– Когда я за Торой ходил в инферно. Меня там крысы поймали… но непростые крысы. Здоровые такие твари, ростом как человек и разумные. Они подловили меня и нанесли ментальный удар, обездвижив. А тот … демон ими командовал…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты вообще заврался. То человек, то демон. Как демон может иметь невестой дриаду?
– Как-нибудь побывай в Брисвиле и ты поймешь, – не споря, ответил я.
– А что там?
– Там живут метисы людей и демонов.
