Первым пришел в себя эльф — тот, что некоторое время назад столь усиленно требовал сатисфакции.
— А что, собственно, происходит? — не выдержал он, не отводя напряженного взгляда от захлопнувшейся двери. — Зачем мы вообще сюда приходили?
— У Стража спроси, — мрачно буркнул Рон, спускаясь по лестнице.
На первом этаже он задержался около стойки — заказал стакан «Слезы хримтурса», надеясь, что молодое вино сможет хоть чуточку прочистить мозги.
И вот сейчас, уже в своей комнате, воин прикрыл глаза, кажется, лишь на мгновение…
Спал ли он? Одним богам известно. А потом резко сел на кровати, уставившись во тьму за окном. Неужели правда?! Или почудилось?…
Шак'саэр задумчиво подбросил на ладони кинжал. За прошедшие годы он уже свыкся с этой намертво прилипшей кличкой. Смысл отзываться на настоящее имя, если былого уже не вернуть? И вдруг…
Забавно. Жизнь только начала налаживаться, а тут опять такие перемены. Похоже, богиня судьбы посмеялась, сведя на той лесной тропинке со странным эльфом-неэльфом. Не зря была та встреча, ой не зря…
Интересно, кто из старой компании еще жив? Гарриэн еще двенадцать лет назад был дряхлым стариком, Риф — безусым юнцом, только посвященным в рыцари. Вряд ли они пережили изгнание. А вот Рона стоит поискать. Чем маргул не шутит? Возвращаться в Орден, так вместе. А уж что возвращаться можно будет, Шак'саэр… нет, уже Ильрих гар'Кхаен, не сомневался.
Что ж, похоже, лейтенанту городской стражи Карагната придется в ближайшее время искать себе нового заместителя.
Над Кардмором разразилась гроза. Молнии прицельно били в основание замка. К счастью, охранные заклинания, устанавливаемые многими поколениями Властелинов, были крепки. Замок выстоит. Вот только…
Гроза несла перемены. К добру ли, к худу?
Темный Властелин, засидевшийся до ночи в кабинете, встал на ноги и, захлопнув тяжелый фолиант и бросив последний взгляд на клочок испещренного проблесками молний неба, вышел из комнаты.
Марика места себе не находила. Куда мог подеваться Кей? Сестры ничего не знают, родители в тревоге. Нужно что-то делать! Но вот что?
На этот раз Теренс не стал дожидаться, пока магистр соизволит поговорить с ним. Принц попросту ворвался в кабинет главы Ордена, отшвырнув в сторону охранника, решившего было остановить нежданного гостя, и резко бросил:
— Я требую объяснить мне, что здесь происходит!
Магистр бросил последний взгляд на прозрачно-голубое небо, расчерченное проблесками абсолютно черных молний, и улыбнулся, легко и открыто:
— Происходит то, Ваше Высочество, что с утра Ордену придется отменять указы двенадцатилетней давности.
Я рывком сел на кровати. Через приоткрытые ставни было видно, что за окном только занимается мутноватый рассвет. Было или не было? Приснилось или произошло наяву?!
— Было, малыш, было. Чего уж тут гадать? — раздался откуда-то из дальнего утла тихий смешок.
Я резко повернулся на голос.
В углу, возле криво сколоченной тумбочки, стоял, скрестив руки на груди и меряя меня насмешливым взглядом… Дар. Но как же так?! Он ведь до этого только во снах появлялся!
Властелин усмехнулся, словно прочтя мои сумбурные мысли, сделал шаг ко мне.
— Я пришел попрощаться, малыш. — Сколько повторять?! Я не малыш! Мне уже семнадцать. Еще одна теплая улыбка: — Я помню, малыш, помню.
Я не ма… Стоп. Попрощаться?! Дариэн неслышно опустился на край моей кровати.
— Попрощаться, — вздохнул он, и лишь теперь я заметил, что вижу сквозь него…
Но… Как? Он призрак?! На Крома — кардморское привидение — Дар сейчас совершенно не похож! Но когда я протянул руку, надеясь, что все-таки смогу коснуться его, пальцы прошли сквозь… Дар недовольно поежился, а меня же словно прорвало:
— Прощаться?! Почему?! Как?! Ты же привязан к мечу и…
Дар усмехнулся, перебив волну моих невнятных восклицаний:
— Малыш, ты так ничего и не понял? Это все было наяву. И Янтарный путь, и схватка.
Я сглотнул комок, застрявший в горле. И Царица?
— Подожди, то есть теперь она действительно мертва?
— Да. Окончательно и бесповоротно. Но ведь тогда выходит…
— А магия?! Мы ведь получали ее от нее?! Теперь темные беззащитны?!
Властелин недовольно поморщился:
— Ди, ну что за чушь ты несешь? Ты хоть думай, прежде чем говорить. Ну возьмем, к примеру, Орраш. Его создал Доргий с помощью других богов. Наш мир — преимущественно светлый, темная магия в него привнесена извне… Подумай сам. Доргий создал мир. Орраш целиком и полностью принадлежит ему. Разве понадобится царю богов захватывать и уничтожать какой-то еще? У него есть Орраш! Но есть и более слабые боги, не способные создавать что-то свое, и вот они как раз таки могут попытаться захватить, уничтожить, изменить чужое творение.
— То есть… Царица не была самой сильной из темных богов?
— Конечно нет, — хмыкнул Дариэн, — просто теперь, когда ее нет… ты замечал, какую боль причиняют темным светлые заклинания? — О, еще б я не замечал! До сих пор при одном воспоминании о светлом общеисцеляющем мурашки по коже бегут. — А вот для светлых таких неудобств от темных заклинаний нет, — продолжал Дариэн. — Фактически, мы всегда в какой-то мере были чужими для Орраша. Да, обученный Властелин способен выйти на бой против целой армии, но… Это скорее исключение из правил. Теперь же, когда исчезла преграда, которой, по сути, и являлась Царица Ночь…
— Теперь темные заклинания станут сильнее?!
— Малыш, — поморщился Дариэн, — ты опять передергиваешь факты. Теперь… просто изменится сила действия многих заклинаний, как темных, так и светлых. Какое-то время будет очень трудно. А потом чаши наконец придут в равновесие. Что ж, — вздохнул он, — что-то я с тобой заболтался, а клятву Мира по отношению ко мне ты уже выполнил… Пора. Мне еще в Стальную пустыню надо зайти, завести одного заплутавшего ребенка к родителям…
— А потом тебя ждет о-очень долгий разговор с двумя известными тебе дамами. И, честно говоря, я тебе не завидую, — хмыкнул незнакомый голос откуда-то от двери.
Да что здесь, проходной двор им всем, что ли?! Я вскинул голову и остолбенел: в дверях стоял… эльф, причем такой же прозрачный, как и Дариэн. И вот где-то я его уже видел…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
