и он доверял самолету. Сейчас перед ним расстилался туман неизвестности. Надо взять себя в руки и предусмотреть все самые неожиданные и опасные моменты.
– 2-1-6, поднимайтесь на эшелон двести пятьдесят и оставайтесь на нем до моих указаний. – Голос диспетчера заставил Даниэля прокрутить кнопку до нужной высоты.
– 2-1-6, эшелон двести пятьдесят. – Даниэль повернулся к Марку, чувствуя его неуверенность и страх.
– Я смогу сделать это, Марк, но мне нужна твоя помощь. Я знаю, что будет нелегко совершить посадку параллельно земле, но это единственный шанс. Мне нужна твоя уверенность, умения и знания. Ты – мои глаза, ты – штурман, без тебя мне не справиться.
Марк слегка кивнул:
– Я с тобой, кэп, но потом я, пожалуй, возьму отпуск.
Капитан улыбнулся – в кабине должен присутствовать только оптимизм.
– Столько, сколько хочешь.
В салоне самолета царила тишина, это были самые тихие пассажиры за всю летную карьеру Оливии. Они принимали реальность молча, и даже неизвестность не заставляла их вскакивать со своих мест, размахивать руками и требовать объяснений. Они все еще ждали посадку, а Даниэль поднимал самолет все выше и выше. Облака белым ковром расстилались внизу, закрывая вид на город. Экскурсия плавно перетекла в обычный полет.
Келси пару раз прошла по салону, взглядом оценивая обстановку, и, пожав плечами, уходила обратно. Никто ничего не знал, а Даниэль, как назло, не торопился с объяснениями. Оливия продолжала сидеть на месте, временами улыбаясь пассажирам, временами поглядывая на облака внизу, но чаще смотря на панель рядом. Она ждала сообщения из кабины пилотов или хотя бы от Келси. Но он молчал, и лишь бегущая строка «Оставаться на своих местах» заставляла сидеть неподвижно.
– В аэропорту, наверное, что-то случилось, раз нам не разрешили сесть. – Наконец, девушка, сидящая напротив Оливии, прокомментировала ситуацию.
Такое тоже возможно, но Оливию этот факт не успокоил. Она все еще надеялась на сильный боковой ветер – это было самым успокаивающим объяснением. Но она понимала, что врет сама себе. Ветра не было! Углубляться в свои мысли она не хотела, Даниэль не одобрил бы это, ругая ее за фантазию.
Приглушенный звонок заставил вздрогнуть, и Оливия машинально схватила трубку, чувствуя, как сердце забилось сильнее.
– Да.
– Оливия, принеси нам кофе, пожалуйста.
Родной голос капитана заставил расстегнуть ремни безопасности и вскочить со своего места. Она все еще держала трубку возле уха, ожидая продолжения, но просьб больше не поступило. Кофе – это хороший повод зайти к пилотам, и, если он просит кофе, значит, все в порядке, не стоило переживать так сильно.
Она еще никогда не варила кофе так быстро, проливая напиток мимо чашки. Она только сейчас поняла, как сильно дрожат ее руки. От волнения ее затошнило, но еще и на это нет времени. Схватив поднос с двумя чашками кофе, Оливия вышла из кухни, чуть не столкнувшись с Келси и Джуаном.
– Вы куда?
– Даниэль вызвал нас, а ты куда?
– Пилоты просили кофе.
– Я отнесу сама. – Келси попыталась забрать поднос.
– Нет, я сама сделаю это. – Оливия вцепилась в поднос крепкой хваткой, чуть не пролив остатки кофе. Даниэль произнес ее имя, а это значит только одно – он хочет видеть ее.
– Хорошо, – кивнула Келси.
Джуан набрал код на двери, и та открылась, впуская их в кабину. Даниэль опустил наушники, встречая Оливию взглядом.
Отсутствующий взгляд, слегка усталые глаза. Он даже не замечал Келси и Джуана, протягивая руку и забирая с подноса чашку. Кофе приведет его мысли в порядок и настроит на дальнейшие действия лучше, чем что-либо. Сейчас оно просто необходимо. Но девушка, что принесла ему кофе, здесь нужна больше. Он специально пригласил ее вместе со старшими бортпроводниками, она должна услышать новость лично от него. Он должен видеть ее реакцию. Оливия не такая сильная, как кажется, она скрывает эмоции, внутри ее страха больше, чем снаружи.
– У нас небольшая техническая проблема… – спокойным тоном начал говорить Даниэль, но Марк его перебил:
– Небольшая? У нас большая проблема!
– Марк, помолчи! – крикнул Даниэль. Он впервые повысил голос на него, суровым взглядом давая понять, кто здесь капитан, и одновременно чувствуя, что перегибает палку. Нервозность давала о себе знать.
Только теперь Оливия поняла, что дело куда серьезней, чем она думала. Сидя напротив своих пассажиров, логически сопоставляя факты, она пришла к одному выводу, о котором тогда заставила себя забыть… Но сейчас, видя тревогу Марка и нервозность Даниэля, она поняла, что ее догадка сбылась.
– Сколько? – Ее голос дрогнул, и она тут же прикусила нижнюю губу, осознавая, что та дрожит.
Никто не понял ее слов, даже Даниэль с трудом сообразил, что она имела в виду. Оливия была слишком умна, чтобы спрашивать о количестве минут или часов. Она имела в виду другое – стойки шасси. За месяцы, проведенные с этой девушкой, Даниэлю начало казаться, что она читает его мысли. Иногда он молчал, а она говорила за двоих. Она говорила за него именно то, что он думал.
– Только передняя.
Кожа покрылась мурашками. Оливия опустила пустой поднос и закрыла глаза. Секунды на то, чтобы вся жизнь пробежала перед глазами. Почему небо так несправедливо?
Глава 56
– Уважаемые леди и джентльмены, говорит капитан, я прошу несколько минут вашего внимания.
Было страшно слушать такое объявление, впервые его голос не радовал. Оливия стояла в проходе между рядами, опустив взгляд в пол. Она не могла сейчас смотреть в глаза пассажирам, она не имела права показывать им свой страх. То, что было страшно для нее, для пассажиров будет страшнее раза в три. Но им везет только в одном – они не узнают правды о том, что на самом деле им грозит при посадке, Даниэль никогда не признается в этом даже членам экипажа. Но она слишком много читала книг из старого шкафа, стоящего в большой комнате дома. И лучше бы она не читала их вовсе.
– Мы имеем небольшую техническую неисправность передней стойки шасси. В процессе ухода на второй круг устранить ее не удалось, и мне придется сажать самолет без переднего
