К вечеру германские войска заняли Кишинев [187].
О положении дел в войсках 6-й и 12-й армий свидетельствуют и документы советских военных архивов. Так, в этот день, в 10 часов 15 минут, командиру 16-го механизированного корпуса комдиву Соколову штаб 6-й армии писал: «Военный совет армии отмечает отсутствие твердого руководства с вашей стороны частями вашей группы: самовольное оставление участков обороны, перемена КП без разрешения штаба армии. Приказывает прочно оборонять Казатин, навести порядок в частях группы, связать их и твердо держать в руках» [188].
В 11.30 командир группы войск генерал-майор С.Я. Огурцов с местечка Туча докладывал в штаб 6-й армии, что 10-я дивизия НКВД минометов не имеет. Во время налетов авиации противника три орудия противотанковой артиллерии, приданные 10-й дивизии НКВД, разбиты. Убит начальник артиллерии 16-го механизированного корпуса [189].
Перепись местного населения в украинской деревне
Войска 12-й и 18-й армий Южного фронта начали поспешно отходить на восток, практически не оказывая сопротивления противнику. Благодаря этому немецкие войска заняли Кишинев и устремились к Днестру. Им удалось форсировать эту реку южнее Могилева-Подольского.
В этих условиях руководство страны и Красной Армии решило принять соответствующие меры. Именно 16 июля 1941 года И.В. Сталин подписал Постановление Государственного Комитета Обороны о предании суду Военного трибунала лиц, нарушивших военную присягу. В нем главнокомандующим стратегическими направлениями, военным советам фронтов и армий, командирам корпусов и дивизий было приказано принять строжайшие меры против трусов, паникеров, дезертиров. В частности, указывалось:
«Паникер, трус, дезертир хуже врага, ибо он не только подрывает наше дело, но и порочит честь Красной Армии, поэтому расправа с паникерами, трусами и дезертирами и восстановление воинской дисциплины являются нашим священным долгом».
Далее в этом Постановлении говорилось об аресте и предании суду Военного трибунала «за позорящую звание командира трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, развал управления войсками, сдачу оружия противнику без боя и самовольное оставление боевых позиций» бывшего командующего Западным фронтом генерала армии Д.Г. Павлова, бывшего начальника штаба Западного фронта генерал-майора В.Е. Климовских, бывшего начальника связи Западного фронта генерал-майора А.Т. Григорьева, бывшего командующего 4-й армией Западного фронта генерал-майора А.А. Коробкова и других видных советских военачальников.
Позже массовый расстрел руководства Западного фронта по результатам первых оборонительных операций был признан нецелесообразным, и после XX съезда КПСС все эти военачальники были посмертно реабилитированы. Но сам Г.К. Жуков, который был одним из инициаторов их ареста и последующей казни, никак в своих мемуарах не комментирует этот факт.
Выход в свет этого Постановления именно 15 июля был не случайным. В этот день советские войска оставили большую часть Смоленска. Оставление Смоленска и охват значительных сил Западного фронта повлекли за собой соответствующую реакцию И.В. Сталина, который потребовал издать особый приказ. В нем, в частности, говорилось:
«По сведениям Государственного Комитета Обороны, командный состав частей Западного фронта проникнут эвакуационными настроениями и легко относится к вопросу об отходе наших войск от Смоленска и сдаче Смоленска врагу. Если эти сведения соответствуют действительности, то подобные настроения среди командного состава Государственный Комитет Обороны считает преступлением, граничащим с прямой изменой Родине.
Государственный Комитет Обороны обязывает вас пресечь железной рукой подобные настроения, порочащие знамя Красной Армии, и приказать частям, защищающим Смоленск, ни в коем случае не сдавать Смоленск врагу».
В этот день Генеральный штаб был озабочен развертыванием на рубеже Ржева и Старицы прибывающих из резерва соединений 31-й армии. Общий фронт обороны советских войск трещал на многих направлениях, создавая угрозу оккупации Москвы. И Г.К. Жукову постоянно напоминают об этом на всех совещаниях в Кремле.
17 июля
В этот день А. Гитлер издал приказ о гражданском управлении во вновь оккупированных восточных областях. Гражданские власти в этих областях должны были подчиняться рейхсминистру по делам оккупированных восточных областей. На этот пост был назначен Розенберг.
В то же время было решено, что до полного окончания военных действий вся полнота военной и административной власти на оккупированных восточных территориях должна оставаться в руках командующих войсками Вермахта, назначающихся непосредственно Гитлером и подчиняющихся начальнику штаба Верховного Главнокомандующего Вермахта фельдмаршалу Кейтелю. Командующие войсками должны были только всячески помогать рейхскомиссарам в решении политических и административных задач.
– Я бы просил максимально освободить боевые части от выполнения полицейских функций, – взмолился Кейтель. – У командующих становится все больше задач непосредственно на фронте боевых действий. Я считаю, что они в первую очередь должны отвечать за их выполнение, а не размениваться по пустякам.
– Хорошо, – согласился Гитлер. – В области гражданского управления выполнение требований Вермахта возлагается на рейхскомиссаров. По всем другим вопросам рейхскомиссары подчиняются рейхсминистру. Полицейская охрана вновь оккупированных германскими войсками восточных областей будет возложена на рейхсфюрера СС Гиммлера. Генрих – решительный и волевой человек. Он наведет должный порядок на этих землях, даже если придется уничтожить каждого второго поляка или русского. Пусть шире привлекает для выполнения полицейских функций местные кадры, в том числе и из числа военнопленных украинцев и белорусов. Я освобожу военных от выполнения несвойственных для них задач, но я требую существенно ускорить разгром соединений Красной Армии на Украине, требую ускорить продвижение наших войск за Днепр на Донбасс [190].
Ф. Гальдер в своем Военном дневнике вечером этого дня отмечает, что в полосе группы армий «Север» «продолжается операция по окружению противника». Но в районе Невеля фланг 16-й армии еще не соединился с левым флангом танковой группы Гота. «На восточном участке группы армий «Север» образовался еще один значительный мешок в районе Опочки».
На фронте группы армий «Центр» «операция по окружению противника развивается в соответствии с планом», и к вечеру того дня, по мнению начальника Генерального штаба, это стало очевидным.
В полосе группы армий «Юг» «наши операции развиваются последовательно и в соответствии с планом. Противник пытается контратаковать и не допустить охвата своего северного крыла в районе Белой Церкви и юго-восточнее Бердичева. 11-й армии удалось форсировать Днестр и закрепиться на его восточном берегу. Румынские соединения (3-я румынская армия), действующие на левом фланге армии, также вышли на восточный берег Днестра. 17-я армия острым клином вошла в глубину оборонительной полосы противника. На фронте 1-й танковой группы 11-я и 16-я танковые дивизии вышли на уровень 9-й танковой дивизии. Теперь можно начать охват противника танковыми соединениями» [191].
Дорожные ремонтные работы силами местного населения
На московском направлении противник настойчиво рвался на восток танковыми дивизиями, глубоко охватывая с севера 16, 19 и 20-ю армии. Для того чтобы остановить противника, Генеральный штаб и Ставка ВГК принимают решение создать группу генерала К.К. Рокоссовского в составе 38-й стрелковой и 101-й танковой дивизий. Группа создавалась, что называется, впопыхах. Сам К.К. Рокоссовский в своей книге «Солдатский долг» пишет об этом следующее: «На прощание командующий фронтом сказал: «Подойдут регулярные подкрепления – дадим тебе две-три дивизии, а пока подчиняй себе любые части и соединения для организации противодействия врагу на ярцевском рубеже». Мы и стали это делать сразу, подбирая на пути в Ярцево всех, кто мог быть нам полезен для борьбы» [192].
Главнокомандующий войск Западного направления С.К. Тимошенко приказал командующему 16-й армией генералу Лукину поступить в распоряжение К.К. Рокоссовского и ни в коем случае не сдавать город Смоленск.
Ухудшалось положение на правом фланге 6-й армии. 1-я танковая группа противника начала выдвижение с рубежа Бердичев, Белая Церковь в южном направлении, осуществляя с востока охват ее фланга.
Стремясь не допустить этого, началось наступление 6-го стрелкового корпуса и группы генерала Матыкина на широком фронте от Фастова до Белой Церкви. Группа Матыкина 17 июля заняла Фастов и вошла в соприкосновение с мотомеханизированными частями противника.
