чего выдернул застрявший в груди меч и воткнул его в землю, в небольшой бугорок, что очень кстати оказался рядом с тем местом, где я стоял. Демоны исчезли, еще и звук голоса моего затихнуть не успел. Чем они нравятся мне, так это понятливостью и исполнительностью.
Глава 50
Император в ярости швырнул пустую бутылку в угол шатра, там она ударилась о сундук и разлетелась на десятки мелких осколков.
— И что. Это. Черт возьми. Там. Такое. Было?!! — раздельно, вкладывая в каждое слово обуревавшее его чувство, постепенно повышая голос до рыка, спросил он не то Гельзу, беспечно сидевшую на дубовом письменном столе и болтавшую недостающими до пола ногами, не то вовсе окружающее пространство.
Но ответила именно Гельза.
— Это, Стасик, было непреодолимое и непредвиденное стечение обстоятельств. Как ты сам любишь повторять: «Дерьмо случается».
— Так объясни мне, что за «дерьмо» случилось в этот конкретный раз, а то я ни хрена не понял! И это бесит больше всего!
— Что конкретно тебя интересует? — улыбнулась богиня, доставая из воздуха конфетку и закидывая ее в рот.
— Кто это такой был! И какого дьявола Нанраа дрожал, словно таракан при виде тапка?!! Он же связан Договором по рукам и ногам? Так какого хрена он сбежал⁈
— Ты очень точно подобрал сравнение, Стасик, — рассмеялась Гельза. — Именно, что таракан при виде тапка! Это ж надо, выйти на поединок против О’Мао! Такое простому Князю, даже не Владетельному, в страшном сне привидеться не могло! Договор лишит его всего-то навсего части сил, возможно заставит регрессировать до Барона. О’Мао же прихлопнет на месте. Как таракана тапком! — вновь рассмеялась Гельза, откидываясь на стол спиной.
— Так что это за пиздюк такой был? Что значит О’Мао? — уже практически взял себя в руки Император. Он снова был собран и рассчетлив, как и всегда. Именно эти качества и смогли привести его туда, где он сейчас — на трон Великой Империи. И нет таких препятствий на пути, которые нельзя было бы преодолеть, хорошенько все взвесив и подумав.
— О’Мао… Если перевести с демонского, то это примерно как «Великий Повелитель Повелителей Владетельных Князей Инферно». Что-то вроде Императора. Только власть его абсолютна и завязана на личной силе, — подтянула к себе ноги и повернулась на бок Гельза, больше напоминая своими движениями игривую кошку, чем девушку.
— Император демонов? — скептически поднял левую бровь Зорич. — Человек?
— В Огненном Мире нет особой разницы, кто ты. Там главное Сила, — достала из воздуха тарелочку сладостей и принялась их смаковать богиня.
— Что ж, пусть он силен, — вернул своему лицу сосредоточенное выражение Император. — Но и я не слаб. К тому же мы оба попаданцы. Почему же я должен был признать этот позорный мир? Тем более, что моя армия хоть и меньше, зато гораздо лучше организована. Я имел все шансы на победу в этой битве.
— Возможно, — перевернулась на спину и сладко потянулась Гельза. — До того, как на поле появились восемь Мао, возможно, что так и было. Логин, скорее всего не стал бы тебя добивать, да и в битву бы после победы в поединке, не полез бы… Но эти демоны кардинально меняют весь расклад.
— Что в них такого? — терпеливо продолжил распросы Император, не став спорить, что еще может и не проиграл бы какому-то сопляку.
— Понимаешь ли, Стасик… — протянула Гельза. — Если Нанраа был «таракан перед тапком», то вся наша планета в тот момент была «сочным жирненьким кроликом с подбитой лапкой перед восемью злющими голодными ротвейлерами». А поводок, который не позволял им броситься и сожрать нас, держал в своих руках Логин. И держит до сих пор.
— Что-то не похожи они были на «злых, голодных ротвеллеров», — хмыкнул Император.
— Да? — взгляд Гельзы сверкнул недобрым огоньком. — Тогда достань свое любимое волшебное зеркало и посмотри на свою любимую столицу!.. Ой, прости, — приложила к губам ладонь она. — У тебя же больше нет столицы!
Император помрачнел, но промолчал. Он встал с кресла, на котором до тех пор сидел, подошел к тому самому сундуку, о который разбилась бутылка и, достав ключ, открыл его, оттуда извлек овальное зеркало в вычурной старинной раме примерно тридцать на пятьдесят сантиметров и укрепил на специальной подставке, которую достал из того же сундука. Затем он сосредоточился и активировал специальное плетение наложенное на предмет.
Стекло потускнело, выцвело, затем в нем стала проявляться картинка, сперва нечетко, затем все подробнее и подробнее. Вот только Станислава Первого она совсем не радовала: город лежал в руинах. В еще дымящихся закопченных руинах.
Зорич изменил настройку плетения и ракурс поменялся. Теперь «наблюдатель» находился на одном из холмов довольно далеко от городских стен, с которого город был как на ладони.
Вот только вид радостнее не становился: руины. Дымящиеся руины перечерченные, словно рубцами, линиями огромной ужасающей пентаграммы во весь город размером. «Линии» представляли собой глубокие, словно проплавленные овраги, на дне которых еще что-то светилось багровым светом, шел дым.
Картина потрясала.
— Что это? — тихо спросил Император. Увиденное шокировало даже его, привычного к полям сражений, крикам боли и картинам разрушений.
— Это, Стасик, Пентаграмма Прорыва. И понадобилась она только для того, чтобы те восемь демонов смогли войти в наш мир. Мао — существо очень сильное и в энергетическом плане «тяжелое». Обычный портал «пролезть» ему не позволит из-за своей слишком низкой «пропускной способности». «Маленький» он для него, «узенький»… Или ты думаешь, та восьмерка так прямо из Инферно к вам на поле скакнули? По глазам вижу, что так ты и думал. Так вот, спешу тебя разочаровать — нет. Для начала Нанраа вернулся в «точку призыва», то помещение под твоим дворцом, где ты его призвал, вычертив пентаграмму и использовав тот самый перстень, который я тебе сразу говорила уничтожить или зарыть так глубоко, чтобы никто и никогда его не нашел. Там он, теряя силы из-за нарушения Договора, пробился в свой мир, оставив на нашей стороне «якорь», еле живой дополз на остатках сил до Мао Альраа и сообщил, что нашел ее «возлюбленного Повелителя». Та, используя «Сердце Домена», над которым имеет неограниченную власть, накачала его высокоуровневой энергией под самый потолок, так, что чуть из ушей не полилось, тем самым не только спасая его от регресса, но и выводя на ранее недоступные вершины, после чего пинком отправила обратно в наш мир, где он используя полученные силы, открыл максимально «широкий» Пролом. В пролом тут же хлынули еще Князья, согнанные Безумной Мао, которые уже сами помогали держать Пролом, пока по нему лезли все новые и новые демоны… Пролезшие Князья тут же принялись «вычерчивать» Пентаграмму Прорыва. У одного Князя со свитой «начертание Малой Пентаграммы, минимально возможного размера и мощности для запуска процесса, занимает от нескольких месяцев до года. Тут же Князей было больше пяти тысяч. Они справились за несколько минут. И "чертили» они далеко не Малый вариант, о нет! Они работали с размахом! Прорыв распахнулся, в наш мир вошли восемь Мао. Ну как вошли? «Бочком» и то, едва «протиснулись», так как Безумная очень спешила и всех подгоняла. Уже оттуда они «прыгнули» к вам на поле.
— «Вычерчивают» чем? — спокойным, но с мертвыми нотками, голосом спросил Император, опустившийся обратно в кресло.
— Кровью, Стасик, кровью. Ты правильно понял: все население столицы пошло под нож, чтобы «чернил» хватило. Больше пяти тысяч Владетельных — шансов на сопротивление у гарнизона и даже магов просто не было. Как и у населения попытаться сбежать. Восемь минут — и нет четырехсоттысячного города, зато есть устойчивый портал в Инферно, который все боги этого мира совместными силами умаялись закрывать даже после того, как Логин выгнал демонов. Представь, что было бы, не договорись вы с ним на том поле? — Гельза вернулась к поеданию сладостей. Император молча смотрел через зеркало на руины своей столицы. Он достал из кармана мятую пачку «Мальборо», не глядя вытряхнул из нее предпоследнюю сигарету и подкурил ее от огонька на пальце.
Терпкий табачный дым оцарапал отвыкшее за годы от курения горло, легкие бунтовали, отказываясь принимать в себя яд, но тяжелой голове стало немного легче. Сизый дым словно наполнил пространство под черепом, вытеснив все мысли
