Населенный пункт Штукенброк и кладбище находились в постоянном запретном для миссии районе, а мы обычно ехали туда двумя машинами. Наши машины обязательно сопровождала английская военная полиция и получалось, что к кладбищу подходила большая колонна. Англичане даже в этом случае не могли нас оставить без сопровождения, но видно было, что чувствовали они себя в это время не совсем хорошо.
Нам приходилось бывать в Бонне в советском посольстве. По прибытии в Бюдне я вскоре побывал в посольстве и представился нашему послу Семенову Владимиру Семеновичу. Беседа была короткой. Семенов В.С. интересовался, как устроены и живут офицеры, их семьи, каковы взаимоотношения офицеров миссии с английским командованием. Из беседы я вынес для себя заключение, что наш советский посол очень хорошо знает обстановку в ФРГ, все ее стороны, в том числе и военную. В Бонне я познакомился с молодым в то время дипломатом Квицинским Юлием Александровичем, который впоследствии занимал ряд ответственных дипломатических должностей, в том числе заместителя министра иностранных дел СССР.
Офицеры миссии периодически приезжали в Бонн за свежими советскими кинокартинами, которые затем обменивали.
Бытовые условия для офицеров, их семей, прапорщиков, сержантов и солдат были удовлетворительными. Все офицеры располагали двухкомнатными квартирами, а зам. начальника миссии полковник Семенихин Петр Тихонович, а затем Перепияко Олег Максимович жили в трехкомнатных квартирах, у прапорщиков было по одной комнате.
Как уже говорилось ранее, все мы питались в одной столовой, питание было удовлетворительным, но шаблонные блюда немецкой кухни иногда надоедали. Солдаты питались как все офицеры и члены семей. По желанию родителей можно было кормить детей дома, в этом случае им выдавали паек. Три раза в неделю демонстрировались кинофильмы. По праздникам женщины сами готовили угощения и мы обходились без столовой, но угощались все вместе. В летние каникулы к нам приезжали дети-школьники, колония наша увеличивалась, становилась веселой.
Периодически я выезжал в Вюнсдорф в ГСВГ для доклада командованию. Докладывал начальнику штаба. Главнокомандующему и члену военного совета, иногда заместителю Главнокомандующего.
В мою бытность начальником миссии сменилось два Главнокомандующих — генерал армии Ивановский Евгений Филиппович, генерал армии Зайцев Михаил Митрофанович, два начальника штаба — генерал-полковник Гринкевич Дмитрий Александрович, генерал-полковник Свиридов Иван Васильевич, два члена военного совета — генерал-полковник Губин Иван Архипович и генерал-полковник Лизичев Алексей Дмитриевич.
В зависимости от обстановки, времени, которыми располагали начальники, доклады носили различный характер. Обычно докладывалась военно-политическая обстановка в ФРГ, состояние вооруженных сил СГА и их деятельность, что наблюдалось нового в вооружении и технике, где и какие проводились учения и маневры, отношение командования БРА к членам миссии. В зависимости от ситуации, вопросы начальников были самыми различными, поэтому перед отъездом в Вюнсдорф я тщательно готовился. По прежней службе в Прибалтийском военном округе я был хорошо знаком с генералом Мещеряковым В.А., при наличия времени я заезжал к нему на службу, он занимал должность начальника штаба ВВС ГСВГ.
Главное командование ГСВГ всегда оказывало содействие миссиям, в том числе и нашей, помогало решать возникающие у нас проблемы, а их бывало немало.
После доклада командованию и возвращения в гостиницу я переодевался в гражданский костюм, мы с женой Галиной Федоровной шли либо на озеро, либо в дом офицеров, либо прогуливались по Вюнсдорфу. Это были настоящие, хотя и непродолжительные часы отдыха, когда снималось напряжение. В Вюнсдорфе был хороший книжный магазин, где можно было приобрести хорошую книгу. В Вюнсдорфе бывали хорошие концерты с лучшими артистами нашей страны. Наконец, было хорошо просто пройтись, выпить кружку пива, съесть мороженое среди своих людей. Обычно мы находились в Вюнсдорфе два, реже три дня и снова возвращались в миссию.
Всему приходит конец. Закончилась и моя служба на должности начальника советской миссии связи при Главнокомандующем Британской рейнской армии.
В конце декабря 1983 года я побывал с прощальным визитом у Командующего БРА генерала Бегнала, начальника штаба генерала Тейлора. Тепло мы распрощались в Бюнде с членами английской секции, с офицерами миссии и их женами. В Вюнсдорфе после прощального ужина с товарищами по службе мы с женой Галиной Федоровной самолетом улетели в Москву, а в мае 1984 года я был уволен в запас после 42-летней службы в разведке Советской Армии.
Заключение
Нам теперь известно, что советская военная разведка в целом, несмотря на чрезвычайно тяжелые условия, в предвоенный период, в ходе Великой Отечественной войны выдержала все испытания, выпавшие на ее долю, сумела обеспечить командование различных уровней разведывательными сведениями о противнике для принятия решений в мирное время, на боевые действия и проведение операций различных масштабов во время войны. Она велась в ходе войны непрерывно, в самых различных условиях.
Советские разведчики самых различных рангов показали во время Великой Отечественной войны образцы собранности, стойкости, организованности, героизма. Мои товарищи партизаны-разведчики периода труднейших испытаний войны обладали всеми этими качествами, они вложили свой посильный вклад в общую нашу Победу над гитлеровской Германией. Хочется поименно всех назвать своих товарищей, сложивших голову на полях сражений в Белоруссии. Хочется низко поклониться самому верному, надежному, многострадальному белорусскому народу, не вставшему на колени перед гитлеровскими поработителями, развернувшему партизанскую войну. Каждый белорус был разведчиком, каждый третий из них погиб. Пусть же над самой советской республикой Белоруссией с мудрым, несуетливым народом с большим прозорливым сердцем навеки светит звезда счастья и благополучия.
С распадом Советского Союза, появлением новых государств в бывших советских республиках (ближнее зарубежье) резко изменились условия для организации и ведения разведки. Нарушена годами отработанная система разведки, особенно радио- и радиотехнической, космической, морской, воздушной, радиолокационной, агентурной разведки приграничных военных округов. Некоторые разведывательные органы, части и подразделения оказались за пределами России. Изменилась государственная граница, теперь она проходит уже около Санкт-Петербурга, Смоленска, Курска, Оренбурга, Омска. Россия с ее военно-экономическим потенциалом, вооруженными силами стала объектом разведки специальных служб стран как дальнего, так и ближнего зарубежья и, по-прежнему, разведорганов США.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
