– Просочиться в Лифорд-Ки и вытащить ее оттуда – весьма широкий жест, никаких сомнений, – кивнул Рэй.
– Значит, ты со мной?
– Вот что я тебе скажу. – Он взял меня за руку и подвел к мотоциклу. – Вернувшись в Стюарт, поговорим о Нассо, разработаем план игры.
Я обвила его руками.
– Спасибо, Рэй! Ты не пожалеешь! Клянусь!
– Но первое, чем мы займемся, вернувшись домой, – это закончим другое маленькое дельце, которое начали. Договорились?
Рэй прижал меня к себе. Он был, как говорится, в «полной боевой готовности». Я улыбнулась:
– Ты выдвигаешь тяжелые условия, малыш!
Глава 27
Мы домчались до Стюарта в рекордный срок, отчасти пришпоренные эйфорией, которую часто порождает новая любовь. Мы влетели на подъездную аллею к дому Рэя, стремясь поскорее спрыгнуть с мотоцикла, сорвать друг с друга одежду и предаться страсти. Однако тут возникла небольшая проблемка.
– Холли! – воскликнул Рэй, увидев, что она сидит, закинув ногу за ногу, на ступеньках крыльца. Холли выглядела еще моложе – и тоньше, – чем в ту ночь, когда я видела ее с ним в «Черном Марлине», и была во всем белом. Эдакая девственница-весталка. – Что ты тут делаешь?
– Жду тебя. – Она взглянула на часики. – Уже восемь. А ты пригласил меня к половине восьмого.
Рэй казался ошарашенным.
– Боги, Холли! Я ведь обещал покормить тебя ужином, верно?
– Печеным тунцом, – напомнила она. – С пастой и чесночным хлебом.
«То же самое Рэй приготовил мне, – подумала я, – минус брокколи. Какое совпадение!»
Совпадение, как же! Такой оборот событий вывел меня из себя. Я пришла в ярость. У меня дым повалил из ушей. Моя злость за секунду взлетела от нулевой отметки до десятой. Вот она я, заведенная в сексуальном смысле, предвкушающая мой первый интимный вечер с мужчиной, который мне действительно нравится, первый за целую вечность интимный вечер с мужчиной, вообще-то говоря. И что же? Рэй уже имел планы на этот вечер – поужинать у себя дома с одной из его чертовых женщин-деревьев!
Не важно, что я сама поощряла его снова встретиться с Холли, поощряла влюбиться и обрести счастье. Это было тогда – до того как я поняла, что та женщина, в которую я побуждала его влюбиться и обрести с ней счастье, – это я сама.
– Мне правда очень жаль, – говорил между тем Рэй Холли. – Кое-что произошло, и я совсем забыл о нашем свидании.
– Кое-что? – Я испепелила его взглядом. – Нет, ну до чего лестно!
Я решительно направилась к Холли и пожала ей руку, не желая показаться грубой. Этот бардак произошел не по ее вине. Это Рэй заставил меня поверить, что вовсе не жаждет видеть Холли снова. Это Рэй позволил мне думать, что он не особо стремится бегать по свиданкам. Это Рэй на моих глазах мутировал в очередного Джеффри Гиршона.
– Дебора Пельц, – представилась я Холли. – Мы с вами встречались в «Черном Марлине». Как поживаете?
– Есть хочу, – ответила она. – Аж в желудке бурчит. Я сегодня пропустила ленч.
Может, Холли и обладала приятной моложавой внешностью, но голосок у нее оказался не приведи Боже. Наподобие поросячьего визга.
– Слышал? Она хочет есть, Рэй. Так что отправляйся-ка на кухню и покорми ее.
– Но я… мы… она… – заикался он.
– Да, дар речи ты потерял, – заметила я, направляясь по подъездной аллее к улице. Я прикинула, что придется пройти пару кварталов и вызвать такси.
– Погоди! Куда ты, Дебора? – кинулся за мной Рэй, совершенно растерянный. Словно я должна была внести за него залог.
– Домой, – не останавливаясь, сообщила я. Принять холодный душ.
– Подожди хотя бы, пока я все утрясу! – умоляюще проговорил Рэй.
– А что тут утрясать? Трое – это уже толпа.
Рэй собрался что-то ответить, но тут меня окликнула Холли:
– Приятно было познакомиться, Деб! Удачного вечера!
– И тебе того же, Хол! Веди себя как следует!
– Нам нужно поговорить о Нассо, – сказал Рэй, следуя за мной по пятам на Семинола-стрит. – Я лечу туда с тобой, не забудь.
– Иди жарь тунца! – отрезала я. – Я полечу туда сама.
Я добралась до своего коттеджа совершенно взвинченная, поэтому не знала, что предпринять в первую очередь: поужинать? Заказать билет на самолет? Зарезервировать номер в отеле? Пробить в стенке дыру? Помимо всего прочего, я ничего не знала о Нассо, отродясь не была на Багамах и находилась не в том настроении, чтобы мчаться в ближайшую книжную лавку за путеводителем.
Была и еще одна закавыка – моя работа. Историческое общество платило мне зарплату зато, чтобы я присматривала за Убежищем, а не за то, чтобы я моталась на какой-то там остров. Придется сказать Мелинде, что я вынуждена уехать по семейным обстоятельствам. Но если я это сделаю, она немедленно помчится к моей матери выяснять, что это за обстоятельства, и мне придется рассказать маме о Барри, чего я делать вовсе не собиралась.
Ну и конечно, Фрэнка Гилби тоже не приведет в восторг сообщение, что я помчалась за Барри в его дворец на Багамах, желая своими руками вершить правосудие. Но случается такое, что всем не угодишь. (Бывают также времена, когда никому не угодишь, и, похоже, сейчас они и намечались.)
В конце концов я решила все рассказать Фреду Зимски. Я надеялась, что он не только прикроет меня в Убежище, но сохранит мою затею в тайне от мамы, поскольку она ему нравится и он не захочет спровоцировать у нее очередной инфаркт.
«Да, это выход», – думала я, набирая номер телефона Фреда, скрестив пальцы на удачу и молясь, чтобы он не отправился на ночь к маме. К счастью, Фред не отправился. Я все ему выложила, и он обещал скрыть от мамы, куда я намылилась, и вызвался ночевать в моем коттедже все то время, пока меня не будет. Я рассыпалась в благодарностях и сказала, что я перед ним в долгу.
– Просто замолви за меня словечко перед твоей мамой, и мы квиты, – ответил он.
Я заверила его, что непременно так и сделаю, распрощалась и позвонила Хелен.
– Это Дебора, – сказала я, когда она взяла трубку. – Нужна помощь.
– О Господи! Только не говори мне, что тебя арестовали и это тот самый пресловутый один телефонный звонок, который тебе дозволили сделать из тюрьмы.
– Нет, Хелен, я в коттедже. Ты была права насчет убийцы. Оказалось, что это и впрямь плохой деловой партнер.
– Шутишь!
– К сожалению, этот плохой деловой партнер смылся на Багамы с моей сестрицей. Она думает, что он в нее влюблен. А я думаю, что он использует ее.
– Для секса?
– Нет, как заложницу. Наверное, сейчас он уже засунул ей в рот кляп и связал по рукам и ногам.
– Значит, он все-таки использует ее для секса.
– Нет, Хелен. Он взял с собой Шэрон на Багамы как своего рода страховку. Когда за ним придет полиция, он использует ее, сказав: «Если дернетесь, я ее пристрелю», или что-то в этом роде.
