О, черт.
Рейт лихорадочно ощупывал взглядом стены пещеры, в попытке найти вход внутрь, а когда нашел, чуть не споткнулся в спешке о собственные ноги. Когда он вошел в поразительно современную кухню, то краем сознания отметил эту странность, но лишь на долю, секунды.
Звуки страданий занимали все его мысли и чувства, и он мог думать лишь о том, чтобы поскорее Добраться до брата.
Он пронесся через кухню, на ходу сбив что-то со стола.
— Шейд!
Завернув за угол чересчур быстро, он врезался плечом в дверной проем…
И прирос к месту. Каждый мускул закаменел. Сердце остановилось. Легкие обратились в цемент.
Шейд стоял посреди чего-то вроде пыточной камеры, держа в руке цеп, а Руна тщетно пыталась высвободиться из наручников на запястьях. Она всхлипывала, умоляя Шейда опустить оружие.
Пронизывающий озноб шока сотряс Рейта, и он покачнулся. Затем так же быстро шок испарился, уступив место раскаленной, обжигающей ярости.
Рейт кинулся на брата, повалил на пол и колотил до тех пор, пока до него не дошло, что Шейд не отбивается.
— Какого дьявола, что ты делал? — заорал он, но Шейд лишь тупо смотрел остеклевшим, несфокусированным взглядом.
Рейта затошнило. Судя по виду этого узилища, Шейд проделывал бог знает что с бог знает сколькими женщинами, причиняя боль и себе тоже. Зачем?
— Ты убиваешь их? — прошептал он. — Шейд, ты мучаешь их, а потом убиваешь?
Дыхание вырывалось резкими толчками, обжигая легкие. Воспоминания о собственных мучениях в лапах вампиров пронеслись в мозгу тошнотворными мимолетными вспышками.
— Нет, — сказал Шейд, широко раскрыв глаза. — Нет, никогда. Боже, Рейт, как ты мог такое подумать? — Он взглянул на Руну. — Я должен был освободить ее.
— Ты и близко к ней не подойдешь.
Он ударил Шейда, достаточно сильно, чтобы тот вырубился.
Острый запах крови тяжело висел в воздухе. Как вампир, он находил этот запах неотразимым, соблазнительным, хотя другой частью своей натуры испытывал отвращение от того, как эта кровь была пролита. Рейт не мог вспомнить, когда в последний раз в его голове и душе царил такой хаос. Дрожа, он направился к Руне.
Она едва держалась на ногах, сжимая руками деревянный столб, чтобы не упасть. Где она нашла силы, чтобы не сползти на пол, осталось загадкой, и он поймал себя на том, что восхищается ее мужеством, когда расстегивал наручники и отлеплял ее пальцы от столба.
— Эй, — мягко проговорил он. — Все в порядке. Все хорошо.
— Ш… Шейд?
— Он больше не причинит тебе боли.
— Но он н-не…
Может, еще нет. У Рейта не было медицинского образования или опыта, как у братьев, но шок он мог узнать. Руна обвисла в его руках, и он понес ее к кровати, стоящей у стены.
Ад и все дьяволы, неужели он совсем не знал своего брата? Рейт покачал головой, потому что на самом деле хорошо знал Шейда. Знал, что тот рос в любящей семье с сестрами, в которых души не чаял. Знал его любимую еду и напиток — рыбное заливное и фреска. Знал, какие фильмы Шейд любит — веселые романтические комедии.
Этот Шейд не согласуется с тем, который держит камеру пыток. И почему, черт возьми, Рейт не сумел увидеть эту жуткую тайну Шейда, когда прохаживался по его мыслям?
Вот дьявол!
Лежа на животе, Руна застонала в подушку. Дрожащими руками Рейт прикрыл ее одеялом, стараясь не касаться запястий, стершихся до крови, когда она пыталась вырваться. Он взглянул на Шейда, все еще лежащего без сознания на полу. Что дальше?
Эйдолон. Надо позвонить Эю. Он должен знать, что делать. Всегда знает.
Рейт пошарил в кармане джинсов и вытащил свой мобильный. Нет сигнала. Впрочем, это неудивительно, ведь они в дебрях Центральной Америки.
Но даже в дебрях Центральной Америки Шейд должен иметь связь с внешним миром. Он не любит долго быть изолированным. Как бы брат ни делал вид, будто ему никто не нужен, в душе Шейд не одиночка.
Рейт быстренько осмотрел пещеру, наконец нашел спутниковый телефон и позвонил Эю. Внешнее спокойствие Рейта обрушилось как стены песчаного замка.
— Эй, у нас беда. Ох, черт, черт…
— Успокойся. — Голос Эйдолона был плохо слышен из-за помех. — Что стряслось?
— Шейд. Я в его… комнате пыток.
В трубке повисло молчание.
— Черт!
— Ты знал? — Рейт осознал, что почти кричит, и заговорил потише: — Ты знал об этом?
— Поговорим об этом позже. Скажи мне, что там происходит. Где Шейд?
Рейт тяжело сглотнул.
— Он здесь, ранен. И его женщина… Просто поспеши.
— Скоро буду.
Рейт опустился на кровать рядом с Руной и положил ладонь ей на затылок. Закрыв глаза, сосредоточился на том, чтобы снабдить ее успокаивающими образами. Надо надеяться, ей нравится пляж. Море. Теплый песок. Все, что даст ей несколько минут покоя и поможет излечиться от ада, через который она прошла.
И только позже он осознал, что, вместо того чтобы убить ее, как он должен был сделать, вырывая Шейда из когтей маленкура, помогает ей.
Возможно, потому, что в глубине души считает: брату уже ничем не поможешь.
Эйдолон оставил Ривера за главного в отделении «Скорой помощи» и отправился прямиком в пещеру Шейда. Плохо, что Рейт узнал о ней, но когда Эй увидел Руну, лежавшую на кровати, и Шейда без сознания на полу, то понял, что все хуже некуда.
— Давай я, — сказал он Рейту, который встал и дал Эйдолону занять его место.
— Скорее.
В голосе Рейта смешались тревога, боль и страх. Того самого Рейта, которому обычно плевать на всех и вся. Эйдолон, наверное, никогда не поймет своего брата.
Эйдолон протянул руку к Руне, но заколебался, ладонь застыла у нее над спиной. Самое разумное — убить ее сейчас, когда Шейд без сознания, а она слишком обессилена, чтобы понимать происходящее. Он мог бы сделать это быстро, человечно.
Человечно. Какая насмешка! Люди превозносят себя, но как же быть с теми, кто забрасывает женщин камнями до смерти за измену мужьям? Или теми, которые забавы ради устраивают бои животных? Само собой, демоны ничуть не лучше, но они по крайней мере не прячутся за религиозными догматами и культурными традициями, дабы оправдать свою жестокость. Демонов оправдывает то, что они демоны.
— Эй?
Голос Рейта резко вырвал его из размышлений. Эйдолон никогда не любил людей с их заносчивостью, что постоянно веселило Тайлу, не упускавшую случая напомнить ему, что заносчивее его она никого не встречала.
— Думаю, не стоит этого делать, — тихо проговорил Рейт. — Руна достаточно натерпелась в руках Шейда.
Рейт отвел взгляд, то ли скрывая свое смущение тем, что поймался на милосердии, то ли переключив внимание на Шейда, Эйдолон не знал.
