помолчав, он принялся исповедоваться: — На самом деле, впервые я встретил тебя не в академии, а за много лет до этого. Понимаешь, на мою расу было наложено проклятье: мы не могли прикасаться к другим расам, только к своей. Из-за этого мы стали вымирать. Нас было и так мало, но живем мы долго, поэтому поначалу не видели в этом проблем. И спохватились, когда было уже слишком поздно: у нас стали рождаться дети с психическими и генетическими отклонениями. Тогда мы и стали искать решение, которое могло нас спасти. Я тоже вызвался, и по своей глупости попал в мир Гортемзии, где на меня надели рабский ошейник, блокирующий магию, и продали одной дамочке… — он резко замолчал, и моё сердце заполнила такая боль, ненависть, призрение и гнев, что невольно схватила руки дракона и сжала. Он на меня не взглянул, но мне и не нужно было, я и так ощутила его благодарность. — Я пробыл там восемь месяцев, пока меня не спасла ты.
— Я?! — голос вышел скептичен.
— Ты, Элла, ты, — теперь он меня взглянул с благодарностью и нежностью. — Ты тоже попала в тот мир, и тебя сделали рабыней, но не игрушкой, а как магической единицей. И ты устроила бун, зародила в рабах надежду, и спасла многих. В том числе меня.
— Охренеть, — поражено пробормотал я.
Килиан слегка улыбнулся и произнёс:
— Тогда я увидел не девушку, богиню. Ты для многих стала богиней, пришедшей рабам на помощь. Поэтому мне так трудно было узнать тебя в той помятой, не выспавшейся девушке с грязными волосами, которая пришла за нами на распределении в Академию. Я узнал тебя тогда, когда ты рассказал нам легенду о своей семье. Это стало для меня шоком. И ещё большим шоком задание Музара.
— Какое задание? И ты знаешь Музара?
— Можно сказать: ты нас познакомила, — пояснил дракон. — А вот задание — это уже вторая вещь. Ты помогла нам снять проклятье с драконьего рода. — Килиан в крации рассказал про путешествие в двойник мира и про задание, которая нам дал мой бог покровитель, за возможность туда отправиться.
— То есть, — медленно протянула я дрожащим голосом, рефлекторно выдернув руки из захвата дракона, — ты и я… должен?..
— Тогда это тебя ни капельки не смутило и не напугало, — насмешку в голосе он и не подумал скрывать.
— Подожди! — подняла я руки. — Но ведь ты сказал, что мы ещё нет?.. Почему тогда?.. — не знала, как задать вопрос, так как неловкость и смущение действительно испытывала.
— Мы пытались, — но многозначительно промолчал, — но ты вспомнила одно из своих похитителей, а потом было не до этого.
— Значит, — медленно проговорила с навалившимся осознанием, — мы должны будем…
— К сожалению, да, — решительно кивнул дракон головой.
Его "к сожалению" неожиданно задело мою женскую гордость (и откуда она только вылезла?), но потом я поняла, что оно относилось, совсем не к моей "идеальной" фигуре.
Мы замолчали. Я не могла читать мысли Килиана, но благодаря связи чувствовала, что сейчас его мучает тоска, боль и ещё страх. Потом он тяжело вздохнул и произнёс:
— Я хотел, чтоб ты узнала нашу историю, перед моим уходом. Хотел, что ты поняла: поначалу я чуть ли не боготворил тебя, из-за понимания, что именно ты меня спасла из рабства, хотя и не показывал своих истинных чувств. Но влюбился я именно в девушку по имени Элла Шторм, с её недостатками и достоинствами.
— Ты уходишь? — изумлено спросила, почему-то чувствуя сожаление. Может это из-за того, что Килиан был первым, кого я увидела, придя в себя. Или из-за нашей эмоциональной привязки. Я испытывала его чувства, поэтому подсознательно доверяла, зная, что обмануть меня он из-за этого не сможем.
Килиан глянул на меня и грустно улыбнулся кончиками губ, а я запоздало вспомнила, что он тоже может чувствовать мои эмоции.
— Я хочу найти богиню, которая связала наши души, и попросить её разорвать связь. В этом мне согласился помочь твой дядя Александр.
— То есть, ты хочешь развестись?
— Я не стану тебя неволить этим браком, особенно после того, как его вспомнила демона, — его голос был ровный и холодный, но сердцем ощущала его боль и понимала, что слова дались ему нелегко. — Я уйду сразу, как тебя станет лучше.
— И ты даже не будешь за меня бороться? — тихо спросила, опустив взгляд на камень возле ног. Захотелось схватить его и запульнуть в голову дракону.
— Элла, я боролся за тебя, когда ты не знала меня и не помнила его. Но если тогда, я не смог пробиться через твою стену и достичь сердца, то сейчас и подавно не сумею. Однажды я думал, что мне почти удалось: мы тогда были в одном мире на празднике плодородия. Сотни барабанов, тысячи голосов и людей, и мы танцевали среди них, и, — дракон кинул на моё лицо быстрый взгляд, — и целовались. Тогда я подумал, что ты наконец-то примешь мои чувства. Но ты, наоборот, лишь сильней отдалилась от меня. Стала игнорировать, а при нашем последнем разговоре мы поссорились. Я спросил прямо: почему ты стала меня избегать? А в ответ услышал, что у меня завышенная самооценка, раз я так решил, и что налаживать со мной никаких отношений ты не собираешься. Но даже тогда у меня ещё был шанс, но теперь, когда ты забыла меня и вспомнила Эдмона, у меня не осталось и его.
У меня просто не находилось слов, что на это ответить.
— Сказать по правду, — Килиан усмехнулся, и я чувствовала, что насмехался он над собой, — мы не слишком то и ладили. Я тебя постоянно бесил и раздражал.
— Почему? — изумилась не на шутку. Сейчас дракон не вызывал во мне этих чувств, наоборот, я он располагал меня к себе. Не только из-за связи, но и из-за того что прямо сумел рассказать мне обо всем, ничего не скрывая и не исковеркивая факты в свою пользу.
— Я пытался пробиться через твою броню и сильно ревновал — этим и доводил. Тогда ты, из-за похищения, мало кого подпускала к себе. Удивительно, что Лиза стала тебе подругой. И, признаться, это первый раз, когда мы спокойно разговариваем, без тычков и язвительных замечаний.
— Точнее, когда я с тобой нормально разговариваю? — уточнила я.
Грустная улыбка была мне ответом.
А через несколько дней мне стало намного лучше, и Килиан ушёл.
***
Вечером в мою комнату (точнее это была гостиная комната, которую я пока занимала) робко постучали.
— Входите, — крикнула я, от скуки готовая лезть на потолок.
Дверь нерешительно
