После того как все войска были погружены на корабли, подрывники в течение 17 часов закладывали взрывчатку у причалов и других портовых сооружений. Всего было заложено более 20 т взрывчатки и несколько миль пентритового детонирующего шнура. Все работы проводились в условиях жгучих морозов.
Над головами подрывников непрерывно проносились артиллерийские снаряды: это крупные военные корабли вели огонь по окружающим Хыннам горам, чтобы не дать северокорейцам войти в город раньше времени. Закладывая взрывчатку у высоких портовых кранов, подрывники чувствовали, как массивные стальные конструкции дрожат от выстрелов корабельных орудий. Наконец подготовительная работа в гавани была закончена. Затем раздался взрыв, и все, что находилось на побережье Хыннама, взлетело на воздух.
Начиная с этого момента характер войны в Корее резко изменился. С прибытием в Северную Корею китайских войск началась новая фаза войны. После Хыннама команды подводных подрывных работ вели партизанскую войну. Целыми месяцами они то выполняли разведывательные задания, то совершали партизанские рейды в тыл противника.
Команда, которая обследовала береговую линию в районе Пусана, получила подарок от сухопутных частей. Начальник снабжения команды упросил армейских интендантов выдать подрывникам зимнее обмундирование из запасов теплой одежды, которая была собрана на передовых позициях и доставлена в тыл. Одежда действительно была теплой, но нередко подрывники находили на ней дыры от пуль или пятна крови.
В начале апреля во главе команды был поставлен капитан-лейтенант Д. Чейс. Чейс был известен как один из лучших пловцов Гарвардского университета; во время второй мировой войны он участвовал в подготовке подрывников и возглавлял одну из команд подводных подрывных работ.
Команде Чейса вместе с разведчиками из 41-й дивизии английской морской пехоты было поручено проникнуть глубоко в тыл противника по восточному побережью Северной Кореи.
Как всегда в полночь, половина бойцов команды оставила «Бегор» и направилась к скрытому во тьме берегу. Когда пловцы, одетые в комбинезоны, собрались нырять в воду, все вокруг заволокло туманом. На экране радиолокатора «Бегора» появился подозрительный «выброс», и по радио с транспорта пловцов предупредили о том, что к ним приближается неизвестный корабль. Даже если это было безобидное рыбачье судно, пловцы должны были определить его местонахождение, не выдавая себя.
Лейтенант Джонсон и остальные разведчики бесшумно поплыли к берегу, держась близко друг к другу, чтобы не растеряться; пулемет на десантном катере был поставлен на боевой взвод. С берега до пловцов доносились какие-то голоса и запах дыма от горящего костра. В тумане нельзя было определить количество людей на берегу, и пловцы, тихо повернув назад, поплыли обратно к катеру, однако его на месте не оказалось.
Сквозь застежки «молнии» комбинезонов просачивалась вода, и пловцов пронизывал холод. Маленькими электрическими фонариками пловцы подавали сигналы в сторону моря. Через час они услышали звуки приглушенного выхлопа двигателя, которые показались им музыкой. Полуживых от холода, их подобрали на борт десантного катера.
Чейс направил катер к кораблю-доку «Форт-Мэрион», на борту которого находились английские отряды «коммандос». Пулеметчик на катере забыл снять пулемет с боевого взвода, и, когда катер начал швартоваться к большому десантному кораблю, пулемет от толчка самопроизвольно начал стрелять. Рикошетом несколько пуль попало в катер. При этом 1 человек был серьезно ранен, 2 других получили легкие ранения, а Чейс, у которого пулей содрало кожу на голове, на мгновение потерял сознание. Однако он быстро пришел в себя, взял командование в свои руки, позаботился о том, чтобы раненым была оказана первая помощь, прежде чем их переведут на корабль, и затем сообщить англичанам, что берег занят противником.
Тем не менее на следующее утро рейд был проведен. Английские плавающие транспортеры следовали за лодками подрывников, которые двигались в тумане по компасу, пока не стал виден берег.
Северокорейский береговой патруль из 10 солдат открыл огонь по подходящим лодкам, но затем стал отходить. Загнав северокорейцев в горы, 150 бойцов «коммандос» заняли оборону вдоль берега. Лейтенант Джонсон со своим радистом весь день находились на берегу, корректируя огонь корабельной артиллерии, в то время как английские подрывники разрушали мосты и туннели, пользуясь методами команд подводных подрывных работ. В тот же вечер отряд без потерь возвратился на корабль.
В это время капитан-лейтенант Фэйн находился в Европе, выполняя особое задание. Он установил контакт с отрядами боевых пловцов в английском, французском и итальянском флотах. По возвращении в США он попросил, чтобы его отправили на фронт. Его просьба была быстро удовлетворена, и вскоре он возглавил 1-ю команду подводных подрывных работ.
В июне Фэйн прибыл в Корею для осуществления общего руководства командами подрывников; им были разработаны методы осуществления диверсионных подрывных работ. Фэйн начал с того, что предложил организовать серию рейдов в тыл противника, что и было осуществлено в июле. Подрывников под командованием майора морской пехоты Крамера погрузили на транспорт «Бегор».
Для выполнения первого задания «Бегор» отправился далеко на север, к пункту, который находился немного южнее портового города Сенгчжина, где «Бегор» должен был взять на борт американского агента. Чтобы не напороться на мины, «Бегору» пришлось стать на якорь в 3 милях от берега.
Капитан-лейтенант Чейс в полночь подвел катер на расстояние 0,5 мили к берегу. От катера отошла резиновая лодка, в которой разместились Крамер, Фэйн, переводчик и 2 пловца в резиновых комбинезонах. Все, с напряжением вглядывались в ночную мглу, но нигде не было видно мигающего сигнала, который должен был подать агент. Когда майор Крамер и оба пловца вышли на берег, неожиданно опустился густой туман. В этот критический момент на лодке испортилась рация.
Долгое время ничто не нарушало темноту и безмолвие. Затем со стороны моря донесся тихий свист. Целый час лодка провела в бесплодных поисках — видимость не превышала 10 м. Наконец со стороны берега кто-то тихо окликнул лодку. Это были пловцы, измученные и посиневшие от холода; майора Крамера с ними не было.
Внезапно на берегу замигал яркий белый свет, который двигался в северном направлении. Это не был условный сигнал, тем не менее резиновая лодка опять подошла вплотную к берегу. И снова ни агента, ни Крамера. Лодка начала поиски. В 4 часа утра с лодки старшего лейтенанта Чендлера на берег высадились несколько боевых пловцов. Они и нашли майора Крамера. Команда лодки Фэйна в это время, потеряв в тумане ориентировку, гребла в сторону открытого моря. Обессилевшие бойцы тесно прижались друг к другу и погрузились в сон, не обращая внимания на холодные волны, которые заливали лодку. Утро должно было принести спасение или гибель.
Используя показания радиолокатора, «Бегор» искусно навел лодку Чендлера, оборудованную рацией, на лодку Фэйна. Игра в прятки окончилась без жертв. Что-то помешало агенту прийти в назначенный час. Пропустив первую встречу, он не должен был являться на то же самое место во второй раз.
Из-за опасений, что в этом районе противник усилит наблюдение, высадку на следующую ночь произвели на другом участке берега, в 3 милях севернее. По настоянию Фэйна, на всякий случай был разработан план мероприятий по розыску затерявшихся пловцов. На этот раз 6 резиновых лодок, спущенных с 3 десантных катеров, следуя за боевыми пловцами, благополучно доставили на берег отряд южнокорейских партизан.
Загадочный случай произошел во время высадки разведчиков на берег 2 июня в 30 милях к северо-востоку от Хыннама. Катер должен был принять на борт агента. Боевые пловцы, вооруженные ручными и станковыми пулеметами, автоматами, карабинами, реактивными гранатометами и винтовками, погрузились на 2 десантных катера. Когда катера, приглушив моторы, в полночь приблизились к берегу, наблюдатели увидели желтый мигающий огонек — условный сигнал агента. В этот же самый момент у берега было замечено небольшое судно с потушенными огнями. Один катер быстро приблизился к этому судну и приказал ему остановиться. Это был корейский сампан, с виду обычное рыболовное судно.
Крамер, Фэйн и несколько пловцов сели в резиновую лодку и стали грести по направлению ко все еще мигавшему огоньку. Где-то залаяла собака. Внезапно на берегу прозвучали 2 выстрела и раздались громкие возбужденные крики. Желтый огонек погас и больше не зажигался. Боевые пловцы с беспокойством гребли, держась в 15 и от берега. Они заметили идущего человека с фонарем в руках. Лодка подошла еще ближе к берегу, и Крамер несколько раз подал условный световой сигнал, однако ответа не последовало. Прошло около 2 часов, прежде чем Крамер решил прекратить поиски и вернуться на корабль.
