– Войдите.
Стинко пришел к ней на этот раз даже без цветка в руке и с порога заявил девушке сердитым голосом:
– Полли, я тебя не понимаю. Выходить за меня ты не желаешь, но и не говоришь мне, что разлюбила меня. Извини меня, но я весь в непонятках. Не знаю, правильно ли я тебя понял или нет, но тебе, похоже, не хочется, чтобы мы расстались, а раз так, пошли со мной.
Полли отложила книгу, подняла глаза на Стинко, который крадучись подобрался к ней почти вплотную и спросила его слабым и прерывающимся от волнения голосом:
– А куда ты приглашаешь меня пойти, Стинни?
Вместо ответа он легко поднял девушку на руки, отставил одну ногу немного в сторону и позвал её Защитника:
– Генри, подъем, переезжаем.
Полли снова спросила его, но уже смелее:
– Стинни, а куда мы переезжаем?
Как только Генри взобрался по его джинсовой штанине повыше, он грубоватым голосом ответил:
– Куда-куда, заладила, словно маленькая. В свой собственный дом, вот куда. – Телепортировавшись из гостиной симпатичного замка Полли, в котором она жила вместе с матерью и двумя её подругами, в большую спальную комнату с плотно зашторенными окнами, посередине которой стояло ложе в виде пухлых, ярко-алых женских губ, сложенных бантиком, он сказал ей ласково – Малыш, нам нужно пожить вдвоём, чтобы понять, подходим ли мы друг другу. Поэтому я сегодня утром разбил свою любимую копилку и купил у Вирати этот замок высоко в горах. Здесь очень тихо и сюда редко забредают люди, поэтому нам никто не будет мешать. А ещё я попросил Верди Мерка дать тебе десятидневный отпуск, так что тебя подменит на это время Вирати и завтра ты можешь спать, хоть до обеда, малыш. – Видя то, что Генри не торопится сползать с его ноги, он сердито рыкнул – А ты чего прицепился ко мне, охламон? Дуй в подвал, Генрих, там тебя Арни в парилке дожидается. Я поставил вам там компьютер, так что скучать он тебе не даст, а здесь чтобы вы оба даже носа не показывали.
Глава ПЯТАЯ
Сквозь неплотно задернутую штору в комнату врывался, словно режущий шлейф огромного виброкинжала, узкий луч яркого солнечного света, который рассекал алое любовное ложе надвое. Стинко лежал на спине закинув руки за голову и только что не мурлыкал от удовольствия. По одну сторону от него стоял большой серебряный поднос, заставленный тарелками со всяческой вкусной едой, а по другую сидела в позе лотоса обнаженная Полли. Так его девушка в это утро завтракала. Это было одиннадцатое утро, которое они встречали вдвоем, но оно выпало на праздничный день, объявленный Веридором в честь прибытия какого-то Звёздного Ацтека, и потому в Антале сегодня почти никто не работал. Стинко даже не пришлось уговаривать Полли остаться с ним.
За все десять дней её отпуска единственное, чего они так и не сделали, это так ни разу и не вышли не то что из своего замка, возвышающегося над скалами прямоугольной башней с узкими окнами-бойницами, но и даже из спальной, расположенной на верхнем, пятом этаже. Да, и своё удобное ложе, этот уютный и умный диван-губошлеп, подаренный Стинко бывшей хозяйкой замка, они тоже покидали не очень часто. Счастливый интуит так и не понял за эти дни, подходит ли ему Полли, как спутница жизни, но зато ему стало ясно то, что любовница она была просто великолепная и всё то, что у них было раньше, не шло ни в какое сравнение с этим коротким медовым месяцем. Он был счастлив и ему казалось, что уже ничто их не разлучит, а все эти разговоры и восторженные вопли варкенцев по поводу золотых звезд на синем небе ему казались каким-то детским лепетом. Им просто было неведомо то, какими могут быть девушки. Такие, как его Полли.
Полли тоже была очень счастлива. Сегодня с самого раннего утра у неё было очень игривое настроение и потому она превратила завтрак в самое настоящее шоу. Велев Стинко не дергаться, она выбирала на тарелках самые лакомые кусочки и, заставляя их порхать в воздухе, подобно бабочкам, отправляла в рот то себе, то ему, почти не двигаясь с места и сохраняя серьезный вид медитирующего мудреца. Узкий луч света, проходя по нежно-палевому, светящемуся в полумраке телу девушки, заставлял его вспыхивать дивным, абрикосово-розовым цветом и ему очень нравилось любоваться её красивыми, точёными формами. Полли была похожа на ожившую богиню любви из древних мифов Терры.
Правда, иногда кусочек буженины, ветчины или жареной радужной креветки, словно бы случайно, выскальзывал и падал Стинко на грудь или живот. Тогда Полли медленно наклонялась вперед и долгим, сосущим поцелуем наводила порядок, заставляя своего парня напрягаться и вздрагивать всем телом. От этого Стинко делалось так хорошо и приятно, что он просто терял голову и потому, в какой-то момент не выдержал и когда Полли стала поцелуем поднимать маленький кусочек жареной радужной креветки с золотистой, хрустящей корочкой, крепко обнял девушку и телепортом отправил поднос на кухню. Умный диван тотчас зашевелился под ними, и стал волнообразно двигаться. Похоже, что Эд был совершенно прав, когда говорил ему о том, что у любовников должны быть равные физические возможности и только теперь, когда его тело обладало такой же силой, как и у Полли, девушка, наконец, позволила дать волю своим чувствам и сделаться неистовой, безудержной и смелой в своих желаниях, а Стинко, вдруг, ощутил себя совершенно другим человеком и разом повзрослел.
Когда же они затихли и взглянули друг на друга изумлёнными глазами, полными восторга, в их сладостное уединение, вдруг, ворвался отчетливый, металлический стук, доносившийся снизу, хотя и приглушенный плотной тканью штор, но такой частый и нетерпеливый, что они оба недовольно поморщился. Только сейчас Стинко сообразил, что он выключил все электронные следящие системы и связь с внешним миром, а поскольку беспокоить людей телепатически в Антале было не принято, то кто-то, кому он был очень нужен, был вынужден стучать по бронзовой пластине на двери ручкой в форме рыцарской перчатки. Включив на пару секунд свое сверхзрение, он увидел Зака Лугарша и, чертыхнувшись, активировал управляющий компьютер башни. Велев ему открыть дверь, Стинко соскочил с дивана и натянул на себя длинные, просторные красные шорты в крупный розовый и голубой горошек.
Сбежав в холл, он нашел там Зака, который сидел в кресле с большим бокалом вина. Вид у того был сердитый и недовольный. Подняв руку в знак приветствия, безопасный министр, а стало быть в какой-то мере начальник Стинко, ведь он, что ни говори, был хантером Регентства, и, глядя на него суровым взглядом, как-то очень уж мрачно проворчал:
– Собирайся, бездельник, быстро бери своего Арни и двигай за мной. У меня есть для тебя кое-какая работенка. Надеюсь, парень, ты понимаешь, что теперь ты сам должен зарабатывать деньги, чтобы твоя девушка не сбежала от тебя?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
