— Он предлагает нам самолет из местной проверенной авиакомпании, чтобы мы без проблем добрались до Москвы, а я ему говорю, что это совсем ни к чему, сюда же долетели как-то!
— Пап, действительно ни к чему это! Прекрасный новый самолет, экипаж опытный, стюардессы во! — я показал ему большой палец. — Так что не переживай, доберемся как-нибудь!
— Так бы сразу и сказали, что стюардессы вам понравились, — проворчал, сдаваясь, отец. — А то, не надо сложностей! — передразнил он деда.
Экипаж встречал нас у трапа самолета, как своих старых знакомых. Дружески поприветствовав всех, мы поднялись на борт.
Полет прошел спокойно, без эксцессов. Очаровательные стюардессы немного пококетничали со мной, но всё в пределах нормы, без пошлости!
Затем посадка, выгрузка, таможенный контроль, здесь как всегда без проблем!
Закинули тяжеленные сумки в «Майбах», не доверив их машине сопровождения, и мы с чувством выполненного долга покатили домой.
Я полез за телефоном, чтобы набрать Петра, и тут из кармана вывалился небольшой клочок бумаги. И с удивлением прочитал на нём два имени, Наталья и Ирина и один номер телефона на двоих.
Дед тихо засмеялся.
— Я заметил, как они украдкой пихали этот клочок бумаги тебе в карман куртки. Эх, где моя молодость? — мечтательно проговорил дед, закидывая руки себе за голову. — Вот тебе и сопровождающие на яхту!
Я, улыбнувшись, пожал плечами и набрал Петра.
На том конце долго не брали трубку, затем Пётр ответил немного приглушенным охрипшим голосом. В сердце сразу защемило от плохого предчувствия.
— Я собирался тебе звонить, ты меня опередил немного! Мама очень тяжелая! Сильнейший приступ час назад! Врачи разводят руками. Транспортировать нет возможности, это убьет ее сразу! Врачи не понимают, как она еще держится…
— Она в сознании?
— Когда как! Говорит, что ждет тебя! Я думаю, тебе надо поторопиться!
Телефон отключился.
— Давай, гони домой! — крикнул я водителю. — Давай по встречке, по тротуарам, быстро!
Я успел!
Когда я забежал в ее комнату, то застал тётю Тамару в окружении двух врачей и медсестры. У кровати сидел Пётр, держа ее за руку, его жена Светлана тихо плакала стоя в углу, развернувшись к стенке.
Я подошел, встал на колени и тоже взял ее руку в свои ладони. Тётя Тамара посмотрела на меня мутным взглядом и улыбнулась мягко, по-доброму. Она так всегда улыбалась, когда украдкой подсматривала за мной или за Петром. Затем взгляд ее остановился, черты лица как-то сразу заострились, морщины разгладились.
Наступила тишина, нарушаемая только длинным писком медицинской аппаратуры, говорившей нам о том, что сердце тети Тамары окончательно перестало биться.
Глава 16 К приключениям готов
Полтора месяца спустя
Сегодня утром отец наконец-то сам со мной связался и сообщил мне, что переоформление яхты закончено. Теперь я спокойно могу закругляться со своими делами в России и перебираться на борт яхты, когда только пожелаю.
Волокита с оформлением документов на судно немного затянулась и, как сказал отец — по вине самого господина Гизмана. Дела в России не дали ему приехать в княжество в те сроки, которые он же сам и установил, и так как человек он деловой, который очень дорого ценит свое и чужое время, то преподнес отцу дорогой подарок, сразу категорично заявив, что отказа не приемлет. «Ничего нет дороже, чем потраченное впустую время», — сказал он, вручая отцу ключи.
Это был новенький, белоснежный, четырехместный вертолет марки «Робинсон». Отцу дорогой подарок пришелся по душе, тем более что он уверенно управлял почти всеми типами советских вертолетов, ну и с этой современной моделью, я думаю, он разбирался недолго.
В носовой части уже нашей яхты была оборудована вертолетная площадка, но на «Венере» с вертолетом особо далеко в плавание не уйдешь. Площадка выполняла функции только взлета и посадки, но никак не хранения. Не было специального ангара и подходящей для этого инфраструктуры, поэтому подарок этот был предназначен только для того чтобы летать на нём на судно и оттуда обратно на берег.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вот и пусть себе отец летает с удовольствием!
Без Тамары Павловны в нашем огромном доме сразу стало как-то пусто, мрачно и неуютно. Хотелось куда-нибудь уехать, далеко и надолго, поэтому звонок от отца прозвучал как нельзя кстати.
Необходимо было сегодня же закрыть вопрос о передаче моих активов в «Строй-Сити» деду, а завтра с утра вылетать к отцу. Юридически всё уже давно готово, все бумаги в порядке, осталось подписать и поставить в известность руководящее звено компании и самого Петра.
Посовещавшись с дедом, я пригласил Петра сегодня на обед, сразу же предупредив его, что обед обедом, а разговор у нас будет серьезным и конфиденциальным, но чтобы все руководители департаментов в это время держали свои мобильные телефоны при себе наготове на тот случай, если они понадобятся, и нужна будет их консультация.
До обеда оставалось еще полтора часа, и я решил, не откладывая, сам забронировать себе бизнес-джет на завтрашнее утро. Чем меньше народу будет знать, куда я отправился, тем лучше. Связавшись с уже знакомой мне авиакомпанией, я заказал у них самолет до Ниццы в одну сторону. Еще бы не забыть предупредить отца, чтобы он меня там встретил.
Отложив телефон, я решил, что надо бы хорошенько продумать, что взять с собой из оружия. В море тоже всякого сброда хватает! Такая роскошная яхта может приманить кого угодно. Исходя из того, что я вычитал из интернета, по тем морям, по которым мне придется ходить в этом путешествии, сейчас совсем небезопасно.
Мой взгляд остановился на Черныше. В принципе, мне бы и его хватило, но не хотелось бы рисковать экипажем и переводить всё на ближнюю дистанцию, поэтому огнестрел возьму с собой обязательно. Я осторожно погладил лезвие Черныша и ухмыльнулся.
Недавно вместе с дедом я проводил над этим уникальным клинком эксперимент! Проверял, так сказать, слова Крона на достоверность! Начали мы с обычного дерева. Для этого углубились в сосновый лес. Подойдя к большому дереву, у которого ствол был в обхват толщиной, я с ходу рубанул по нему клинком. Сначала мне показалось, что я промахнулся, совсем не почувствовал ни малейшего сопротивления. Дерево как стояло, так и стоит. Но тут подул ветерок, зашумела крона.
— Берегись! — закричал дед.
Перерубленный ствол, начал валиться в нашу сторону, и мы ринулись кто куда, лишь бы подальше от падающего дерева. Мы посмотрели на срез. Идеальный. Такое ощущение, что здесь серьезно поработал мощный лазер.
Следующим материалом для испытания клинка мы решили использовать тонкую арматуру, затем толстую, потом в ход пошла связка арматур, рельс, два рельса, результат был всегда один и тот же — идеально ровный срез и практически нет никакого сопротивления при ударе. Единственное неудобство с Чернышом это ножны, он не признавал ничего такого. Любой материал просто рассыпался от прикосновения с его режущей кромкой лезвия.
Отсюда сразу вопрос! А как мы везли клинок в сумке? Ведь он даже не прорезал ткань, пусть и суперпрочную! Ответ у нас с дедом был один — клинок обладал своим собственным искусственным интеллектом и имел свой норов. Других объяснений у нас пока не было! Тут вспомнилось и упоминание Крона о том, что клинок любит имена, и волшебное изменение его формы в моей руке. Да… этот клинок полон загадок!
Зазвонил телефон. Дед.
— Пётр подъехал, ждем тебя на веранде!
— Иду!
Спустившись вниз, я тепло поздоровался с Петром, пожал руку деду и уселся за стол. Рядом никакой прислуги, только мы трое.
— Петь, буду краток! — сказал я, орудуя половником на правах младшего за столом. — Мне надо уехать минимум на два месяца, максимум на год. Семейные дела. Не обижайся, не могу сказать какие! Возможно, я не всегда буду доступен для связи, поэтому в совете директоров меня заменит мой дядя, — полупоклон в сторону деда. — Он же получит мои восемьдесят процентов акций компании. Это мое окончательное решение!
