У Лэзи от нехорошего предчувствия сжалось сердце. Он наконец начал понимать в какую историю попал. Мало того, что его выгнали с работы в незнакомом городе, он еще и находится не на Земле… Все дальнейшее походило на сон, кошмарный сон в душной, жарко натопленной комнате после значительной дозы спиртного. Оператор ущипнул себя за бок. Сквозь плащ и одежду прощупывалась шерсть, густая, жесткая шерсть. Сон не пропадал. Лэзи облокотился на стол, подпер крысиную сторону головы рукой. Ему снова стало не по себе. Неужели жажда мести завела его так далеко? Снова в памяти всплыли слова «Огнем и мечем, крестом и псалмом я выжгу память о себе на ваших спинах…» Теперь фраза звучала по иному, она словно относилась к оператору. Некий голос извне вкрадчиво напомнил о контракте, прошептав: «Сполна, сполна отработаешь…» «Ну, с этим я теперь легко справлюсь», – мысленно парировал новообращенный маг. Троица, не обращая на него внимания, колдовала над столом. Почему они проиграли, ведь город уже был в их власти… Эти мерзкие твари частью истребили друг друга, частью попали под власть золотого корня. Потом появились викинги, они искали кого-то, но это неважно, власть к этому моменту была сломлена. Черная пена злобы поднялась из глубин души. Жгучая боль пронзила все тело, как тогда, на площади. Мысли потянулся к ее источнику. Воспоминания стали четче, тело оператора пронзила судорога, он забился в припадке. Он волна за волной превозмогал боль, продвигаясь назад по шкале событий, ощущая себя снова частью сети…
Лиар и двое лишившихся даже имен настороженно смотрели на извивающееся тело. Бывший оператор прошептал: «Я вижу их, почти вижу…» Он упал навзничь вместе со стулом и застыл, лишь уродливые губы беззвучно шептали. Лиар и обладатель хромированного черепа бросились на помощь, подняли несчастного. Лэзи отчетливо произнес: «… покинув дом за черною стеной», открыл глаза.
– Ты как? – спросил Лиар.
– Паршиво…
– Что произошло?
– Мои мысли потекли сами по себе, события ночи начали восстанавливаться в памяти…
– Вот этого делать нельзя!
– Вспоминать прошлое?
– Нет. Давать мыслям течь свободно, они могут материализоваться…
– Да?!
– Только не совсем в то, о чем думаешь. Как говориться – возможны варианты!
– Раз уж все случилось, поделись информацией, вреда не будет – подключился живой труп.
– Они были там… – начал Лэзи и замолчал.
Стены башни мелко задрожали, будто исполин, перед тем как вырвать сооружение с корнем, уплотняет содержимое. Рассказчик замолчал. Лишь только он снова открыл рот, пытаясь продолжить, землетрясение повторилось.
– Странно…
– Молчи уж лучше. И так все ясно.
– Что?
– Видимо они или он были в городе Двух дьяволов в момент катаклизма, и поскольку, – Лиар посмотрел на потолок, – когда я говорю об этом, ничего не происходит, можно предположить образование между тобой и пришельцем некой связи, это не так уж плохо.
– Так мне теперь всю жизнь молчать?
– Видишь, ничего не происходит, следовательно, пока оставь информацию при себе, для нашего плана сведений достаточно…
– Скорее, все сюда… – прервал объяснения живой труп.
Инкрустированные руны ожили. Центральное кольцо орнамента стало трансформироваться, превратившись в эллипс. Стол скорее напоминал плоский большой экран, где под слоем лака быстро менялись надписи и рисунки. Эллипс то сжимался в линию, то трансформировался в круг.
– Что это?
– Вызов, сигнал слабый, – комментировал металлический голос из хромированного черепа, – нарастает. Ого, блуждающий вызов!
– Я не понимаю…
– Значит он не направленный, экспериментаторы не знают что творят… Обычно такие игры проходят без последствий для любителей спиритизма и магии, а вот этим господам не повезло.
– А как же они будут управлять? – не унимался Лэзи.
– Это будем делать мы, точнее ты и Лиар.
– Каким образом?
– Пока есть время – слушай, – подключился Лиар.
Он развернул пакет. На углу стола блестели два ошейника, по форме повторявшие скифские гривны.
– Знаки царской власти?
– Почти. Скорее символы вечного рабства и подчинения. Они позволяют пользоваться мозгом и душой раба как частью своей. Его нервная система подключается к оператору…
– А если раба убьют?!
– Оператор лишь видит картинки, слышит звуки и не более…
– Понятно. А почему именно такое разделение труда?
– Мы с ним, слишком сильно отличаемся от людей, что бы качественно выполнить задачу управления собирателем, а вот привести рабов, это будет легче выполнить нам.
Зона внутри эллипса слабо флюоресцировала.
– Ничего не понимаю, энергия нарастает, а смысл происходящего не понимаю! – растерянно произнес хромированный череп.
– На месте разберетесь.
– Придется. Будете помогать. Нам нужно сесть по-другому…
Лэзи и владелец металлического черепа поменялись местами. Теперь бывшие оператор и корреспондент оказались друг против друга, как и безымянные. Все положили руки на стол. Эллипс стал кольцом, выступил над поверхностью, раздался. Руки участников колдовства лежали на краю емкости заполненной светящимся туманом. Лэзи ощутил, как из невообразимой глубины вселенной к ним протянулся коридор…
Глава 40
ПЛЯСКА ОГНЯ
– Странная местность! – удивился Марк.
– Главное – никого вокруг, словно все вымерли… Похоже на каламбур – в аду все вымерли, – пошутил Пуфф.
– Мне кажется, на стыках зон, где обитают определенные группы флоры и фауны связки образовались сами, исходя из туземных условий и местных законов эволюции, следовательно, такая область имеет особенный вид, – предположил Ян.
– Это такое витиеватое нецензурное выражение? – спросил котище.
– Нет, научное доказательство! Шутка, это скорее аксиома…
– Не могли бы вы выражаться яснее? – попросил Пуфф.
– Куда уж яснее? А отсутствие фауны – не самая большая потеря. А вот луна не помешала бы!
Будто бы откликнувшись на замечание демона, из-за облачного фронта на горизонте появилась луна.
– Сколько здесь лун? – удивился Пуфф.
– Не знаю, но это не самый большой недостаток этого мира, – проворчал Марк.
Путешественники увидели пологие склоны холмов, кое-где осыпи с валунами. Низкие кривые сосны. В некоторых местах поблескивали озера темной воды. Посредине одного из них, на вершине довольно высокого холма возвышался необычный замок. Четыре башни, соединенные легкими арками ограждали пустое пространство. Камень башен выветрился, переходы между ними частично обвалились.
Когда тропа приблизилась к берегу, оказалось озеро заполнено вовсе не водой… Ночное светило отражалось в зеркальной поверхности разогретой смолы. В призрачном свете луны угол западной башни напоминал профиль человека, искаженный болью. Ощущение усиливали красные отблески в окнах верхнего этажа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
