— Что тебе здесь нужно? Мы подумали, что несколько аллоброгов решили переправиться через реку!
Меня окружили молодые воины из племени гельветов. По моему произношению они сразу же поняли, что я в самом деле не аллоброг.
— Я был в канцелярии Цезаря. Я друид и должен немедленно передать Дивикону кое-какие новости.
Один из гельветов вспомнил меня:
— Ты совсем недавно гостил у Дивикона, верно?
— Да, ты не ошибся, — ответил я, заставив себя наконец оторвать взгляд от отрубленной головы раба, которая укатилась на несколько шагов в сторону.
— Так значит, ты — хозяин собаки, у которой шерсть трех цветов?! Тот самый раурик, который победил в честном поединке германского князя?!
— Да, да! — с нетерпением прервал я восторженные возгласы. — Быстрее отведите меня к Дивикону!
— Получается, что ты друг Базилуса?! — крикнул еще кто-то.
— Да, Базилус мой друг. А теперь покажите мне палатку Дивикона! — потребовал я.
Окружившие меня воины хотели выпить со мной вина и угостить меня ужином, чтобы я мог в более благоприятной обстановке еще раз рассказать им свою удивительную историю. Но я нисколько не сомневался, что Базилус уже успел приукрасить ее такими подробностями, придумать которые у меня не хватило бы фантазии. Поэтому я отказался от приглашения, чтобы не разочаровывать молодых гельветов своим рассказом.
Я велел оставшемуся в живых рабу ждать меня на берегу, а сам отправился в сопровождении воинов к Дивикону. Я увидел тысячи палаток, которые кельты разбили вдоль берега. Похоже, в ширину лагерь растянулся примерно настолько же, насколько и в длину. Повсюду у костров сидели люди. Они пили, ели и громко разговаривали друг с другом. Кое-где слышались жалобные стоны больных и стариков. В воздухе чувствовалась едкая вонь — отвратительный запах фекалий и мочи смешивался с ароматами готовившихся на кострах блюд. Где-то вдалеке послышались крики мужчин, которые что-то не поделили, а затем глухие удары. Очевидно, началась драка. Огромная палатка Дивикона располагалась примерно в миле от берега. Внутри не оказалось ни одного постороннего, только вождь, его семья и рабы. Опустив голову, старец сидел на небольшом деревянном табурете. Похоже, изнурительное путешествие лишило его последних сил.
Услышав шаги, Дивикон поднял голову. В мерцающем свете масляных ламп я заметил, что его лоб покрыт крупными каплями пота. Каждый вдох давался старику с трудом. Когда он наконец разрешил мне заговорить, я рассказал ему обо всем, что узнал в канцелярии Цезаря. К моему величайшему удивлению, Дивикону было известно абсолютно все, причем в мельчайших подробностях.
— Так чего же вы ждете? — не сдержался я. — Почему вы не отправитесь в обход, через ущелья?
Из темноты вышел Наммей. По выражению его лица я понял, что он собирается немедленно поставить меня на место, поскольку простой семнадцатилетний раурик не имеет права давать советы великому Дивикону. Но вождь жестом велел Наммею молчать.
— Корисиос, — не торопясь начал Дивикон. Он говорил тихим голосом, едва слышно. — Я прекрасно понимаю, что Цезарь боится гельветов. Именно поэтому он решил стянуть к Генаве столько легионов. Но если он запретит нам идти через его провинцию, то мы смиримся с таким решением и пойдем другим путем. В конце концов, это его провинция.
— Ему все равно, каким путем пойдут кельты! Он будет преследовать вас и за пределами своей провинции.
— Я знаю, Корисиос. То же самое рассказывают и рабы, которые каждую ночь переплывают на наш берег, убежав от своих хозяев. Если Цезарь в самом деле решит напасть на нас, то еще одна река будет названа в честь славной победы над римлянами. Мы не станем прятаться, а примем бой. Кельты привыкли решать разногласия со своими врагами на поле битвы. Мне будет гораздо приятнее сражаться против шести римских легионов, чем против двух. Тогда наша победа станет еще более значительной.
Мне просто не хватало слов, чтобы дать достойный ответ. Зачем я потратил пять серебряных денариев и отдал аллоброгам столитровую бочку с вином? Все мои усилия в самом деле оказались бессмысленными. Поблагодарив, я отказался от предложения Дивикона поужинать вместе с ним. Но никто даже не подумал выразить мне благодарность за то, что я рисковал своей жизнью. А если разобраться, то с какой стати они должны были меня благодарить? Ведь вожди и так все знали. Я же лишь напрасно подвергал себя смертельной опасности. Во время разговора с Дивиконом я изо всех сил старался скрыть свое разочарование. Не знаю, насколько хорошо мне это удалось, но, покинув палатку вождя, я уже больше не мог себя сдерживать. Все мои чувства вытеснила злость.
У входа меня уже ждал Базилус. Он широко улыбнулся и тут же крепко обнял меня. Базилус проводил меня до самого берега Родана. По пути я рассказал ему обо всем, что мне пришлось пережить в Генаве и в лагере десятого легиона. О Мамурре, Бальбе, Гае Оппие и Авле Гирте. Я также поведал своему другу о том, какое впечатление произвел на меня сам Цезарь.
Когда я в сопровождении раба Кретоса уже по пояс вошел в холодную воду, Базилус крикнул мне:
— Корисиос! Скажи, мы с тобой еще когда-нибудь увидимся?
— Да, — сказал я ему, — мы с тобой встретимся, мой друг В этой жизни и в этом мире!
Вновь под покровом темноты мы с рабом перебрались через реку. На противоположном берегу охрана уже вовсю веселилась. Я слышал, как аллоброги горланят свои песни, рассказывающие о подвигах их героев. Наверняка они уже успели наполовину опустошить бочку с вином местного производства. Сопровождавший меня раб вдруг ускорил шаг и оказался впереди. Я как раз собирался выпрямиться во весь рост и сообщить страже, что мы вернулись, но в этот самый момент на раба Кретоса обрушился град стрел, и он рухнул в воду.
— Ах вы проклятые недоноски! — заорал я что было духу. — Ведь это же я, Корисиос!
Но к моему величайшему удивлению, я вновь услышал свист стрел, которые одна за другой с плеском падали в воду рядом со мной.
— Идиоты! Я друид самого Цезаря!
Я лежал на животе, стараясь спрятаться за тело убитого раба.
— Таранис! — вскричал я что было мочи. — Пошли несчастья на голову того, кто следующим выстрелит в меня! Пусть его поглотит морская пучина, пусть все его потомки до третьего колена будут прокляты! Не пускай их души в царство мертвых! Пусть они целую вечность блуждают среди живых и не знают покоя…
— Прекрати же, друид! — прервал меня кто-то.
— Помогите друиду выбраться на берег! — услышал я голос другого воина. Это был командир отряда аллоброгов. Когда я подошел к берегу, он добавил: — Успокойся, друид. Это было досадное недоразумение.
