— Убереги вас Праматерь, — не сдержалась я и посмотрела на Эйдена. — Вы ели?!
— Что? — опешил он от такого вопроса.
— Вы сегодня ели?! То, что вы не спали, я и так прекрасно вижу! — сама не знаю, что на меня нашло, но его внешний вид заставил меня сорваться. Под глазами темные мешки, помятое лицо, и этот взгляд… В общем, я ясно осознала, что Эйден не ел, не спал и вряд ли хотя бы прилег за все это время. Это разозлило меня настолько, что я впервые смогла забыть о своих проблемах.
— Нет, не ел, — герцог виновато почесал затылок, но восхищенный взгляд от меня не отвел.
— Тогда немедленно идите на кухню и поешьте, — прошипела я, сжав кулаки. Вчера вечером, после ухода этого невыносимого мужчины, я еще долго не могла уснуть и кипела от эмоций.
— А что у нас на кухне? — приподнял брови герцог.
— Отбивные, — прорычала я. — Сочные, идеально отбитые отбивные.
Мне нужно было куда-то деть энергию, и я решила направить ее в полезное русло. Герцог молчал около минуты, осознавая то, что только что услышал. Вскоре он бросил на меня опасливый взгляд, молча кивнул и удалился.
— С вами не забалуешь, — похвалила меня мадам Тассо. — Строго вы с ним.
Только после ее слов я осознала, что только что накричала на сына императора и претендента на трон, как раз за несколько часов до того, как он объявит о своем историческом решении. Но самое поразительное даже не это, а то, что он спустил это мне с рук.
* * *
— Ну что, все готово? — Эйден вошел в комнату, одной рукой поправляя фрак, а второй проталкивая в свой рот огурец. Ни капли волнения! Вид у него такой, словно собрался на пикник. — Эля, ты божественна, — вздохнул он, доедая огурец. — Я глаз не могу отвести!
— Спасибо, — фыркнула я и отвернулась, нервно закусив губу. Даже собственная неотразимость не может заставить меня успокоиться.
— Что с тобой? — голос Эйдена прозвучал неожиданно близко. Я вздрогнула, повернула к нему голову и уперлась носом в мужскую грудь. В нос ударил запах дорогого парфюма. — Все еще боишься?
— Я чувствую беду, Эйден, — шепотом призналась я ему. — Понимаешь?
— От волнения в голову лезет всякая чушь, — с улыбкой успокоил меня герцог и неожиданно привлек меня к себе, обвив руками. — Такое бывает.
— Ты не понимаешь, — отрицательно покачала головой я, но он не позволил продолжить:
— Успокойся, Эля. Все будет хорошо, обещаю. Постарайся расслабиться и насладиться вечером, хорошо?
— Угу, — буркнула я, поняв, что он и слушать меня не желает.
— Отлично. Тогда идем, — герцог будто бы нехотя отстранился и предложил мне свой локоть. Я приняла его, и горячие пальцы Эйдена накрыли мою ладонь. Вспышка портала, и мы оказались на территории императорского дворца. Идеальный зеленый газон, фонтан, прекрасные дамы в роскошных платьях, и их кавалеры в строгих фраках. Знакомая атмосфера. — И помни: все будет хорошо, если ты будешь меня слушаться, — заговорил Эйден, так и не убрав свою руку.
— Слушаются дети, герцог, а я могу согласиться с вашими доводами или не согласиться, — мягко отозвалась я, попутно отмечая, как в нашу сторону начали поворачиваться любопытные головы. — На нас смотрят, — заметила я.
— Они поражены твоей красотой, Эля, — сделал мне комплимент Эйден, и сердце отозвалось теплой на его слова.
— Спасибо, Ваша Светлость, но, думаю, они заинтересованы вами, — улыбнулась я. — Интересно, вы часто приводите на официальные приемы женщин? — невзначай поинтересовалась я.
— Сегодня впервые, — признался мне Эйден.
Мы подошли ко главному входу, и вокруг нас стало заметно тише. Придворные разглядывают нас во все глаза, не стесняясь. Эйден бросил на меня тревожный взгляд. Думаю, он боится, что я растеряюсь от столь пристального внимания.
— Герцог, все в порядке, — успокоила я его и улыбнулась, давая понять, что со мной все хорошо. — Не волнуйтесь.
— Эля, говорить буду я, — заявил он, беря на себя эту почетную обязанность. И снова мне стало тепло в районе груди. — Если тебя спросят о чем-то, молчи, отвечу я. Ни на шаг от меня не отходи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Эйден, ваша забота мне безумно приятна, но я тоже могу ответить, если посчитаю нужным. Поверьте, ваших тайн я не выдам, — по секрету пообещала я ему. — Но хотелось бы, чтобы вы, наконец-то, объяснили, что от меня требуется!
— Ничего, Эльвира, — вздохнул герцог. — Ни-че-го. Просто стой рядом, улыбайся и сражай всех наповал своей красотой, — в его словах зазвучала нежность.
Лакеи открыли перед нами главные двери, и мы с герцогом вплыли в зал торжестве. Яркий свет на несколько секунд ослепил меня, играющие скрипки стихли. Гам голосов стих, и глаза сотен придворных сосредоточились на нас. Ну как — на нас? На мне.
Пока они рассматривали меня, я обвела взглядом прекрасный зал. Высоченные потолки, украшенные искусной росписью. В углах зала расставлены мраморные статуи, изображающие героев драконьего эпоса. Я залюбовалась лепниной и медальонами в полу, когда Эйден слегка дернул меня за руку, мол, пора идти.
Он зашагал, и я за ним. Вдвоем, переплетя руки, уверенно глядя вперед — думаю, мы произвели впечатление на двор. Придворные расступились перед нами, в зале послышали тревожные перешептывания.
— Вы волнуетесь, Эйден? — шепнула я едва слышно.
— Если только за тебя, Эля, — ответил он мне.
— А я за вас.
Он сжал мою руку крепче. Впереди замаячил императорский трон, и мое сердце забилось чаще. В нем сидит пожилой, но горды мужчина. Седые волосы, седая длинная борода. Лицо испещрено морщинами, взгляд пронзает меня насквозь. Он чем-то похож на хищную птицу, заприметившую добычу. Странно, но я не испугалась. Уверенно встретила его взгляд и не выдала ни одной своей эмоции. Бесстрастное, спокойное выражение лица. Монарх едва заметно оттянул уголок рта.
— Здравствуй, сын, — прозвучал голос императора, и он наконец-то посмотрел на Эйдена. Низкий, вибрирующий, сильный. Мы остановились в трех шагах от ступенек, ведущих к главному символу власти.
— Здравствуй, отец, — ответил Эйден. В зале воцарилась мертвая тишина.
Император поднялся. Встал, расправив плечи. Должно быть, в молодости он был сильным и плечистым мужчиной, но сейчас перед нами слабеющий старик. Его фигура еще хранит черты былого здоровья, но уже сильно высохла от старости.
— Ты привел девушку, — констатировал он, вновь обратив на меня пронзительный взгляд.
— Да, отец, — кивнул Эйден. — Ее зовут Эльвира, и она моя законная супруга, — ровным голосом произнес он, и зал взорвался взволнованными перешептываниями. Император на несколько секунд потерял контроль над эмоциями, лицо исказила гримаса недовольства, в глазах мелькнул яростный огонь, в котором он мысленно меня сжег.
Но эмоции императора прошли мимо меня. Моя маска не дрогнула. Я так и осталась стоять с отстраненно-спокойный выражением лица. Но эмоции все-таки прорвали плотину самообладания. Я медленно повернула голову к Эйдену. Он мое движение заметил, но виду не подал. Мне захотелось о многом ему сказать, но каким-то чудом я удержалась. Вернув голову в исходное положение, я почувствовала себя в ловушке.
— Супруга? — прошипел император, и его глаза вытянулись в тонкую щелочку. Ну вот, еще одна злая ящерица. — Я не ослышался? — зашипел он. Кажется, еще немного, и высунет раздвоенный язык.
— Нет, отец, ты услышал все верно, — без запинки ответил ему старший сын. — Эльвира — моя законная жена, — он сжал мою руку сильнее, а я… Я в ответ ущипнула его.
— Странно, но я не припомню эту девушку, — прищурился император. — Кто же она?
«Моя поломойка» — мелькнула у меня странная мысль. Скажи Эйден это вслух, и у его отца точно случится инфаркт.
— Эта красавица аристократического происхождения и обладает редкими талантами, — произнес герцог, и мне будто стало теплее.
— Аристократка? — рыкнул Его Величество, и я невольно сжала руку Эйдена сильнее. Он в ответ нежно погладил ее большим пальцем, успокаивая. — Значит, ты отказываешься от трона, сын? — говоря он, император будто посерел, а мне стало ужасно стыдно. Давно бы все рассказала, но магия, которой меня сковали, не позволяет вырваться правде. — Обратного пути не будет, — произнес монарх с таким лицом, словно хотел бы, чтобы наша парочка провалилась сквозь землю прямо сейчас. Старший сын его разочаровал.
