- Что-о будем делать? - в своей обычной медлительной манере спросил Данила.
Зажигалка нашлась у Даши. За то, что поделилась с Егором огоньком, она получила сигарету и тут же закашлялась, неумело ею затянувшись. Лицо её сохраняло озабоченное выражение.
- Нас наверняка уже ищут. Они должны заметить, что нас нет.
Несколькими часами ранее в составе группы они вышли к лесному озеру, из которого вытекало несколько ручьёв. Побросав рюкзаки и тюки, ребята принялись играть в "лягушку", соединяя плоские камешки с водной гладью и наблюдая, как одно упруго рикошетит от другого. Егорка, самый старший из парней, умудрился добросить свой камешек до противоположного берега, вызвав настоящий переполох среди лягушек. А Даша попала своей "счастливой монеткой" по наглому селезню, который улетел под общий смех, подняв тучи брызг.
Потом они вдруг остались одни, четверо детей посреди нескольких тысяч гектаров лесного массива. Что Дашка помнила точно, это как они плелись в хвосте группы, весело переговариваясь и делясь содержимым последнего кулька семечек. Впереди доносился шорох приминаемой десятком пар ног травы и звучный голос Исая. Семечки почти кончились, когда Данила, который возглавлял их четвёрку, вдруг спросил: "А дальше-то куда?"
"Как куда, дурень? - переспросил Егорка. - Шевели булками и догоняй остальных".
"Так не-ет же никого", - удивился Данилка.
Остальные сгрудились за широкой его спиной.
"Догоняй, догоняй, туша!", - прокричал Таир. Он не на шутку перепугался. За тушу он мог бы схлопотать подзатыльник, но Данилка стоял и тупо смотрел в лесную чащу, откуда не доносилось ни звука.
"Они нас разыгрывают, - заявил Егор. - Сидят по кустам. Я вижу твой длинный нос, Стёпа!"
Он подобрал с земли шишку и зашвырнул её в кусты. Длинный нос оказался корягой, лежащей здесь с незапамятных времён.
И вот, спустя два часа блужданий, они всё ещё одни.
- Мы разожжём костёр, - сверкнув дыркой в верхнем ряде зубов, сказал Егор. - Огромный костёр, до самой луны, и будем сидеть хоть всю ночь.
- Костёр! - воскликнул Таир. Из-за акцента первый звук у него прозвучал как "кх". Его далёкие предки жили в Казахстане, и только родители Таира знали, каким ветром его занесло в их маленький северный городок. - Мы сожжём к чертям весь этот лес! И тем, кто нас бросил, придётся спасаться бегством.
Он рассмеялся, но в его смехе явственно плясала искорка паники.
Дашка вздохнула, разглядывая мыски грязи на своих походных ботинках. Рюкзак оттягивал плечи, но сейчас она этого не замечала.
- Исай говорил, что с первыми совами мы придём к охотничьей заимке. Должно быть, это недалеко. Думаю, не так уж и сильно мы сбились с дороги. Давайте попробуем.
Егор упрямо выпятил нижнюю губу, но тут в кустах, совсем рядом, зашелестела и захлопала крыльями какая-то большая птица, и осознание того, что они, четверо детей, учеников восьмого класса, одни-одинёшеньки в большом лесу на пороге ночи, набросило на плечи каждому килограмм по двадцать веса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Самым лучшим вариантом было бы вернуться к озеру и ждать там, но вместо этого они принялись ломиться сквозь кустарник, производя как можно больше шума и предоставляя возможность Исаю и остальным услышать их.
- Расскажем, что за нами гналась стая волков, - сказал Егор.
- Или что нашли самолёт времён второй мировой, - подхватил Таир.
"Или как отправили на тот свет маньяка, который крадёт детишек", - едва не сказала Даша, но в последний момент передумала. Эта мысль не была пустой фантазией. Она отогнала её от себя. Дело прошлое.
- Рано или поздно Нурлат нас нагонит, - сказала она вместо этого.
Замыкать шествие должен был Нурлат, старый охотник, не расстающийся с двустволкой 12-го калибра. Он подвернул лодыжку и остался в приюте, в котором они провели прошлую ночь.
- Меня оторопь берёт от этого старика, - сказал Таир. - Лучше бы он... постойте, что это там?
Ребята встрепенулись, как воробьи, которым бросили горсть хлебных крошек, но надежда на то, что они вышли к заимке, быстро угасла. Несколько секунд они стояли в молчании, разглядывая правильной формы силуэт, занимающий добрую треть поросшей папоротником и можжевельником полянки.
- Фто это, фарай? - спросил Данила, который жевал баранку, должно быть последнюю из их скудного запаса. Даша мрачно подумала, что если они действительно заблудились, эта баранка, поделенная на всех, могла бы помочь им продержаться ещё один день.
- Не сарай, а автомобиль, дурень, - ответил Егор, разглядывая свой намокший в воде ботинок и отмахиваясь от мошкары, облака которой вдруг затанцевали вокруг них. - И ещё болота. Мне кажется, мы вышли куда-то не туда. Наш браконьер ничего не говорил про болота.
- Идёмте! - Таир приплясывал на месте от нетерпения. Кепку он повернул козырьком назад, по вискам струился пот. - Пока они не уехали! Пускай докинут нас до города.
- Он брошен, - сказал Егор. - Нет там никого.
"И что он вообще делает в такой глуши?" - подумала Дашка. Она устремилась следом за мальчишками, отгоняя растущее в груди чувство беспокойства. Как дежавю, только сдобренное изрядным количеством страха. Они не должны здесь быть. Возле разгорающегося костра, над которым дядя Исай торжественно водружал котелок с чаем - да, но не здесь.
Таир, который оказался возле машины первым, издал смешок.
- Надо же, буханка.
- Я как раз проголодалась, - мрачно произнесла Даша, всё ещё неприязненно косясь на Данила.
