— Здесь он напрямую подключен к линии сил, и может существовать сколько угодно, долго, — слегка писклявым голосом вмешался коротыш.
— А вы кто? — поинтересовался Тимон, вупор глядя на это странное существо.
— Я-то? Я — смотритель музея, а вот вы кто? — парировал тот.
— А мы посетители, — вежливо сказала Гариэль самым чарующим голоском. — Мы пришли посмотреть музей. Мы — студиозы. Вот, поступили на первый курс.
— Понятно! В первый раз, — кивнул смотритель, ничем не показывая, что голосок Гариэль его хоть сколько-нибудь тронул.
— Да не пялься на меня так, парень! — внезапно повернулся он к Колину. — Ты что, хоббитов до сих пор не видел?
— Не видел, — отозвался тот, ошарашено рассматривая смотрителя.
— Ну, тогда разрешите представиться, — расшаркался хоббит. — Торон Хробинс, собственной персоной!
— А Фродо Беггинс вам случайно не знаком? — неожиданно спросил Колин.
Тимон удивленно уставился на приятеля. Только что сам признал, что никогда не видел хоббитов, но знает одного из них. Это как такое получается? Торон не смог вспомнить среди своих многочисленных знакомых хоббита с таким именем.
— Откуда ты знаешь этого Фродо? — спросил Тимон, едва они двинулись в зал.
— Из “Властелина Колец”, - ответил Колин, с интересом рассматривая стоянку орков, изображенную в первом зале.
— А кто этот — властелин? — не отставал Тимон.
Он особо не рассматривал экспонаты. Подумаешь — орки пляшут у костра. Главное, на этот самый костер не попасть!
— Уже никто, — коротко отозвался Колин, переходя в следующий зал и присматриваясь к первобытным средствам левитации. — Как ему перстень с пальцем отрубили, так он сразу же и стал никем.
Тимон ошарашено остановился, пытаясь логически осмыслить информацию, полученную в ходе этой содержательной беседы.
Колин рассматривал диораму в зале. Большая табличка над ней гласила, что это “Вид земли доэльфийской эпохи”. Лицо Колина дрогнуло, и на нем проступило выражение ужаса. Он одним прыжком перепрыгнул изящную скамейку в центре зала и попытался за ней укрыться, делая яростные знаки Тимону, чтобы тот последовал его примеру. Тимон шарахнулся назад, но в этот момент мимо него пронеслась упитанная фигурка смотрителя музея.
Тот подлетел к окну диорамы и начал орать туда, что там кому-то делать нечего, только посетителей пугать. Хоббит приплясывал от ярости перед окном и требовал, что бы этот кто-то немедленно выходил, и во что-то там оборачивался. Тимон неуверенно двинулся к месту событий. Из окна полыхнуло на мгновение ярким светом, и тут, из дверцы, которую Тимон сначала и не заметил, появилось новое действующее лицо.
Высокий, крепкий и, явно, благородный мужчина. Облаченный в просторные одеяния, он недовольно и укоризненно взглянул на смотрителя странными глазами янтарного цвета. Потом обернулся к Колину и, к подбежавшим девушкам. Тимон поспешил присоединиться к общей группе.
— Хризмон Тюрон тор Перрия Кроуншельд Прастима сен Рассия, можно просто тан Тюрон, — представился мужчина. — Научный консультант Школы и преподаватель старших курсов.
— Он же — дракон-оборотень! — ехидно сообщил Торон. — И чего это тебе приспичило там в дракона оборачиваться?
Тимона несколько покоробило обращение хоббита к преподавателю. Тем более, что это, оказывается, еще и дракон. Надо же! А тан Леандер говорил, что все драконы куда-то ушли много лет назад. А драконы — вот они! По крайней мере, один из них. Но, раз этот дракон Тюрон разрешает простому хоббиту так к себе обращаться, то не дело Тимона указывать на это нарушение.
— Так ведь я же создавал этот ландшафт, — вроде бы даже стал оправдываться тан Тюрон. — Вот и захотелось, так сказать, в естественной ипостаси постоять, ощутить, может быть, …вспомнить.
— Чего? — хоббит явно не знает меры. — Вспомнить? Да тебя тогда даже в проекте не было! Вспомнить! Ну, и много ты навспоминал?
— Не верещи! — наконец-то, угомонил хоббита тан Тюрон. — Ты про наследственную память слышал?
— Про нее не слышал. А вот то, что ты там наследил — это факт! И ребят напугал — это тоже факт! — сбавил тон Торон. — А мне потом все это убирать.
Тан Тюрон внимательно взглянул на ребят и сказал, что раз уж они собираются становиться боевыми магами, то страху нет места в их душах. Тимон почесал затылок. Вроде бы, еще никто не сказал, кем они собираются становиться. Впрочем, если тан Тюрон маг, то он вполне мог это и сам определить.
Гариэль, между тем, высказала свою догадку о том, что тан Тюрон может создавать “пространственный карман”, и попросила его научить ее этому заклинанию. Тан Тюрон пообещал, но не сразу, а лет через двести. Озвученная цифра ввела Колина в шок.
— Лет через двести? — воскликнул он. — Да лет через двести нам будет не до пространственных карманов. Если мы вообще живы будем!
Тимон вспомнил, что тан Леандер что-то говорил о непродолжительной жизни обитателей той реальности.
— У тебя не совсем верные представления о продолжительности жизни магов, — покровительственно сказал другу Тимон. — У нас так: чем больше Дар, тем длиннее жизнь.
— Паренек прав! — согласился тан Тюрон, одобрительно кивнув Тимону. — Хотя, должен сказать, что боевые маги редко умирают собственной смертью. Но даже если вы и будете живы к тому моменту, то только двое из вас могут воспользоваться этим заклинанием. Оно доступно только при уровне не ниже второго.
— Двое? — насторожилась Гариэль. — У меня первый, а у всех ребят — ниже второго. Почему двое?
— А вот у этого — второй, — указал на Колина Тюрон.
Ага! А Тимон об этом догадывался!
— Ну, ничего себе, — пораженно пробормотал Колин. — То говорят, что у меня четвертый, потом оказывается, что третий, а сейчас уже и второй?
— Я так и думал! — удовлетворенно заметил, услышавший его, тан Тюрон. — Прогрессируешь. Ты же из реальности Земля?
— Да, ну и что? — Колин непонимающе смотрел на преподавателя.
— Такое с теми, кто пришел оттуда, бывает. Правда, очень редко. Что-то мне подсказывает, что это еще не предел. Впрочем, хватит пока об этом. Хотите, я проведу для вас экскурсию по этому музею?
Всем было интересно. Тимон несколько рассеяно слушал рассказы тана Тюрона. Он пытался сообразить, сколько же тому лет, если все драконы покинули Магир много лет назад. Что-то получалась слишком большая цифра. Под конец экскурсии он не вытерпел и все же задал мучавший его вопрос:
— А сколько вам лет?
— Я еще молод, — просто ответил Тюрон. — Я даже моложе тана Гория. Он держал меня на руках, когда я был еще яйцом! Мне всего двести сорок лет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
