- И позволь узнать, что я с этого поимею? - спросила я насмешливо.
- Как что? Я единственный наследник моего дяди, главы клана ветра и после его ухода в отставку займу это место. А быть женой главы клана довольно почетно и выгодно, не находишь? - я не находила, но ничего, слушаем дальше. - Я обеспечу тебя всем, что ты только захочешь от любой одежды от кутюр, до яхт и дорогих автомобилей. Любой твой каприз будет исполнен, только пожелай. Любая женщина за такое душу продаст! Да и еще, если захочешь, мы можем обучить тебя. Но это только в случае твоей лояльности.
По мере того как он говорил, Антон все больше и больше воодушевлялся, расписывая мне будущие выгоды от жизни в клане на правах его супруги, а я все больше и больше мрачнела. Отпускать он меня и правда не собирается.
- Это все здорово, - перебила я его словоизлияние. - А в чем твоя выгода? Ты же хотел меня наложницей сделать и получить все таким путем.
- Мои дети не должны быть бастардами. Я не хочу, чтобы моему сыну в будущем пришлось доказывать кровное родство со мной. Если я могу обеспечить ему лучшее будущее, я это сделаю, с тобой или без тебя. По сути, у тебя и выбора-то нет, - он со злой усмешкой посмотрел на меня. - Хочешь ты того или нет, но женой моей ты будешь, я ведь тебя и заставить могу. Сейчас речь идет о том, на каком положении ты тут будешь после свадьбы: госпожи или же рабыни без права голоса. Так что ты выбираешь?
- Вот мне интересно, а как ты меня заставишь? Ведь браки у магов заключаются на основе добровольной клятвы верности, - зашипела я ему в лицо, с улыбкой, больше похожей на оскал.
- Легко, - он задумчиво посмотрел на меня и продолжил. - Тебе же дорог твой будущий ребенок и его отец?
Какой ребенок? Я сидела слегка пришибленная этой новостью, почему-то сразу в нее поверив, как будто знала, что все так и будет. Ну не могла такая чудесная ночь закончится ничем. У меня будет ребенок от Руса, маленький хвостатый ведьмак, чуть вредноватый, но такой же милый как и его отец. Почему-то я не сомневалась, что будет именно мальчик. Мое лицо озарила счастливая улыбка, и чуть затуманенный взгляд встретился с насмешливым взглядом Антона, полным собственного превосходства. И вот тут я не выдержала, в голову Антона полетела чашка с чуть остывшим кофе, затем кофейник и вся посуда, до которой я успела добраться. Меня трясло и, не смотря на браслеты, вокруг меня стали закручиваться магические потоки. Я не обращала внимания на ту боль, которая пронзала руки, а потом и тело. У меня была одна цель УБИТЬ! Убить угрозу моему еще не родившемуся ребенку! Уничтожить, раздавить, растоптать! Его не должно быть! Он не должен существовать!
- Остынь! - он вылил на меня графин воды, стоящей на тумбочке и обездвижил заклинанием, так что я и рукой не могла пошевелить, не то, что колдовать. - Сильна! У нас будут замечательные дети, твоя и моя силы в потомстве дадут невероятный результат!
- Как ты узнал о ребенке, - через силу прошептала я.
- Аура, милая, аура. Она у тебя двойная, видимо ты не подумала ее замаскировать, - сказал он довольно. - А это оказалось так вовремя. Я позволю тебе родить этого ребенка и даже приму его в род, ведь это такое чудесное средство влияния на тебя. Ты сразу становишься такой послушной!
Антон обошел вокруг меня, оглаживая мои выпуклости, не пропустив ни одного изгиба и, склонившись над самым ухом, жарко зашептал.
- Ты же ведь будешь покорной? А, Прасковья? Ради своего ребенка. Послушной, нежной и трепетной любовницей, ты же ведь дашь добровольную клятву верности?
- Дам, - прошептала я, роняя слезы и внутренне содрогаясь от предстоящей перспективы.
Он выиграл и хорошо это понимал. Ребенок, да и любая жизнь для ведьмы священна. Я не смогу ничего сделать ни с собой, ни с ребенком и буду вынуждена во всем ему подчиняться. Да, такого и врагу не пожелаешь.
- Не хмурься, душа моя, - он нежно провел пальцами по моему лбу, разглаживая морщины, прикоснулся губами к уголкам моих губ, а потом страстно зашептал мне прямо в рот.
- Ты будешь моей, подготовка к свадьбе идет полным ходом, еще пару дней и никто тебя у меня не заберет. Клятва не может быть отменена, это на всю жизнь, Прасковья! На всю жизнь! - он отстранился и пошел к двери, уже на выходе обернулся и картинно щелкнул пальцами, и с меня спало заклинание. - Вот так, не скучай любимая!
За ним захлопнулась дверь, и по коридору разнесся смех Антона.
Я осталась одна мокрая с головы до ног, но это было не важно. А важно было другое. Отсюда нужно было выбираться и чем скорее, тем лучше и на все про все у меня несколько дней. Я растерла запястья под браслетами и опять попробовала колдовать через дикую боль, которая скручивала меня. Видимо мои силы заканчивались, так как больше нескольких минут я даже диагностическое заклинание не смогла поддерживать. Еще в школе пани Орыси я обнаружила странное свойство этого заклинания, при помощи него я могла не только видеть самые сложные стихийные плетения, но и чувствовать их как живой организм. И как в живом организме быстро находила точки, нажав на которые либо могла усилить заклинание, либо, истончив, уничтожить. А тут не получилось, чертовы браслеты. Нужно немного передохнуть и браться по новой. Оставаться здесь я не намерена.
Я быстро переоделась и высушила волосы полотенцем. Хорошо, что Антон позабыл про передвижной столик с завтраком. При нем толком кусок в рот не лез, а вот теперь я ощутила просто таки зверский голод. Интересно, это малыш дает о себе знать или нервы шалят? Нет, точно малыш. Раньше мне как-то не приходило в голову тосты с джемом заедать солеными огурцами. Говорят, что такие вкусовые выверты свойственны будущим мамочкам с месяца этак третьего-четвертого, а у меня чуть ли не с первых дней. Вот интересно, а какое влияние на токсикоз имеет то, что у будущего ребенка папа оборотень - менталист, а маман ведьма? Это же можно научную работу на своем примере написать, только где я ее защищать буду? Я расстроено дожевывала последний бутерброд и в тоске оглядела стол. Все, ничего не осталось. А я только слегонца перекусила. Нет, так дело не пойдет. Я будущая кормящая мать, мне нужно питаться много и хорошо. Я решила устроить очередной дебош, в надежде, что кто-то придет и меня покормят. Правда не придумала ничего лучшего, чем разгромить комнату, а что? И выход агрессии, и зарядка, если я столько ем, то оно же должно куда-то деваться? А так сплошная польза и размялась, и пошумела.
Первым мне под руку попался стул, я им смачно долбила о двери минут десять, пока он не разлетелся в щепки. Потом пошла оставшаяся в комнате посуда, когда она закончилась, а случилось это довольно быстро, я попыталась, было, поднять стол, но поняла, что не стоит. Если что со мной случится, никогда же себе этого не прощу. Да и потом, тут есть еще три стула.
