он, разогнавшись, прыгнул на верхний борт грузовика. Всё под ним ходило ходуном, пока робот вскрывал кабину, пытаясь достать Георга. В какой-то момент он сжал свою клешню слишком сильно, и крики астронавта затихли. Однако клешня вместе с телом не пролезала наружу, из-за чего вся машина раскачивалась.
Наконец Пол смог добежать до кабины и, молясь всем богам, он оттолкнулся, что было сил, и взмыл в воздух. Ему повезло — если робот и заметил его, то все его конечности были заняты.
На Земле такой трюк был бы невозможен, но тут, пролетев несколько метров, он ударился о броню шедшего последним броневика. Увы, закрепиться не получилось — ноги никак не могли нащупать хоть что-нибудь железное, чтобы примагнититься. Броневик же, как назло, начал набирать скорость и астронавт понял, что падает. Не успел он окончательно испугаться, как его поймали и потащили вверх руки Кристофера.
“Я опять выжил.” — С радостной злостью подумал Пол. — “Мы всё-таки встретимся, Рафаль!”
Броня танка вздрагивала в такт орудию, которое стреляло раз в шесть-семь секунд куда-то назад. Австриец, убедившись, что спасенный закрепился, вернулся к отстрелу догоняющего противника. Его винтовка, хоть и не могла проредить толпу так сильно, как это делала пушка, но тоже вносила свою лепту. Глядя на это Пол сжал кулаки — он так не мог. Ему точно нужно многому научиться.
Несмотря на режим радиомолчания, в эфире иногда раздавались ругательства, переговоры и страшные крики, говорившие о том, что этот человек в эфире больше не появится. Вот и сейчас:
— Отче, прости меня, я не смог. — Раздался грустный голос Картера.
Никто не торопился ему отвечать посреди толпы технозомби, преследующей колонну по пятам. Впрочем, видно ему это и не требовалось.
Он продолжил:
— Братья, спасайтесь, езжайте в разные стороны. Простите, что подвёл вас, доверившихся мне. Отец, я жертвую собой, чтобы вы продолжили вашу миссию, она важнее моей жизни. Верните людям веру!
Пол удивлённо посмотрел в начало колонны — все машины ехали друг за другом.
“Он не здесь!” — дошло до астронавта. И действительно, после молитвы задние ряды начали замедляться, разворачиваясь. Количество противников резко сократилось, хоть и не исчезло полностью.
На общем канале зазвучала молитва, пополам с признаниями. Похоже Картер пытался исповедоваться. В какой-то момент сигнал оборвался на середине слова и наступила тишина, нарушаемая лишь голосом Кристофера: “Я здесь, я здесь”.
Вот из-за угла дома показался ехавший последним танк. Его пушка, прикрепленная на самодельную башню и обвешанная стальными пластинами, была развёрнута назад и готова вести огонь. Но противника больше не было.
Остатки колонны смогли углубиться далеко в промзону, сойдя с пути миграции технозомби. Сигнал от приманки прервался, но они надеялись, что все эти твари не полезут обратно на свои лежбища.
Машины медленно остановились прямо на улице, однако выходить наружу никто не собирался. Кристофер прекрасно понимал, что сейчас чувствуют другие. Он и сам ощущал опустошение. На гонки со смертью, прыжки с машины на машину, ушли все силы без остатка и сейчас, когда угроза жизни ушла, из людей как будто вытащили стержень.
Рядом, смотря в небо, лежал на броне Пол.
— Мы… оторвались? — Раздался тихий голос Фёдора.
На него сразу зашикали, и в эфире наступила тишина. Впрочем, ни через минуту, ни через пять, никто не прибежал. Похоже они отъехали достаточно.
В какой-то момент люк броневика открылся и показался двенадцатый. Быстро взглянув в обе стороны улицы, он уставился на людей сидевших на броне.
Чуть позже из ровера вылез Фёдор, у него немножко дрожали руки, ведь на момент прорыва он собирался сесть стрелком на свой любимый грузовик с двойными задними колёсами. Но его “новый” скафандр в очередной раз разрядился и инженеру пришлось поехать в ровере, а Картеру — искать другого стрелка.
Погладив скафандр, батарея которого плохо держала заряд, он пробормотал слова благодарности.
— Всего четыре машины. — В голосе священника были нотки отчаяния. Показавшись наполовину из танка, он оглядывал улицу, то и дело возвращаясь к перекрёстку с надеждой, что там объявятся отставшие роверы.
— У них было мало шансов… — Глухо ответил Кристофер. — Сколько нас осталось?
Двенадцатый все ещё неверяще обвёл колонну взглядом. Из машин начали показываться астронавты. Начались осторожные переговоры, пока ещё вполголоса — люди выясняли о судьбе своих знакомых. Кто-то радовался, а кто-то сжимал кулаки.
Все три инженера: Рауль, Азур и Фёдор, обнявшись прыгали прямо у ровера. Помощники Фёдора были в единственном уцелевшем грузовике, и им повезло не только выжить, но и пробить дорогу, после того, как идущую впереди машину Георга опрокинули. Грузовик, собранный первым, сейчас стал единственным в их колонне.
Из второго ровера вылез Андреа. Он предпочитал роверы, даже когда появилась более серьёзная техника. И сейчас тихо радовался, что не поддался уговорам двенадцатого пересесть на новый грузовоз.
— Ты видел, что стало с грузовозом? — Как раз уточнил двенадцатый судьбу их новой машины.
— Зря они разогнались, здесь всё-таки не Земля. — Поморщился Кристофер. — Машина влетела в толпу мелких дроидов и подлетела вверх, двигаясь по инерции. Да, она их здорово раскидала, и, кажется, повредила. Вот только приземлилась она не на дорогу, а на следующую волну, вначале накренившись, а потом упав на бок.
— Кто-нибудь выжил?
— У парней не было и шансов. — Покачал головой австриец. Он прокручивал картинку перед глазами — там даже яблоку негде было упасть.
— А что случилось дальше? Почем мы свернули? — Продолжал допытываться священник. Пока он управлял орудием броневика, выбивая самых опасных тварей, времени смотреть вокруг у него не было.
— Я не видел, как это случилось — как раз в этот момент я летел к броневику. Думаю, дорога впереди оказалась перекрыта, и Картер, едущий следующим, решил повернуть налево…
— Навстречу волне? — Перебил его священник.
— Наверное он решил уехать как можно дальше от приманки. — Пожал плечами Кристофер. Он сам не понимал смысл этого маневра. Впрочем, как он мог судить, двенадцатый ценил Картера не за интеллект, а за верность.
— Ну, почему мы за ними не поехали я уже видел. — Продолжил святой отец.
— Там совсем было не проехать. Тот гигантский краб отсёк нас от основной колонны! — Вмешался Фёдор. Тварь явно произвела на него впечатление.
— Только два ровера успели проехать! — Продолжал рассказывать инженер, тряся руками. Он говорил настолько громко и эмоционально, что Кристофер по привычке проверил окрестности — пока никого.
— А третий не успел! Краб своей клешнёй пробил кабину ровера! Причём, не через стекло, а прямо через генератор! Кабина от такого аж сплющилась! — Фёдор начал ещё больше размахивать
