Читаем без скачивания Агни Йога – религия XX века - Ольга Смолякова

Чистая, ясная, властная мысль может называться пространственной мыслью. Приказ мысли должен быть остр и краток. О качестве мысли нужно подумать как для Земли, так и для Надземного Мира, где сообщаются только мыслью. Жаль смотреть на косноязычных, они путаются в лабиринтах темных, слабых помыслов. Излучения их ничтожны и не осветят им путь. Они пожалеют, что в дни земного существования они не нашли времени заняться мысленным продвижением.

В конце 70-х годов XX в. американцы под руководством Роберта Джана (Пристонский университет) начали работы по изучению аномальных явлений, и спустя 35 лет Роберт Джан заявил: «Мы нашли неопровержимые доказательства того, что мозг напрямую может влиять на материю или, другими словами, что мысль материальна». Но еще за 100 лет до Роберта Джана к такому же выводу пришел русский ученый академик Бехтерев. В феврале 1916 г., в самый разгар Первой мировой войны, он заявил: «Смерти нет, господа! Это можно доказать! И доказать строго логически. Человеческая личность бессмертна». По его логике получалось следующее. Духовная жизнь – это энергия, значит, по закону сохранения энергии она не может исчезнуть, когда телесная жизнь закончилась. Так может душа возвращается в Мир снова и снова, в новых воплощениях? Он считал, что закон кругооборота энергии применим и к нервно-психической деятельности. То есть Бехтерев на сто лет раньше других исследователей заговорил о переселении душ. Но спустя 11 лет академик Бехтерев умер, не успев доказать миру собственную теорию «бессмертия человеческой личности». Бехтерев одним из первых в России начал применять метод гипноза. «Но если с помощью гипноза можно заставить другого человека выполнять команды, возможно ли это сделать без слов, только с помощью мысли?» – не успокаивался ученый. После смерти Бехтерева масштабные исследования в области парапсихологии были свернуты.

Рерихи о мысли. К необузданным первым опытам внушения относится подлинный эпизод, когда человек, выпив стакан совершенно чистой воды, под внушением, что он принял чистый яд, умирал при симптомах именно этого отравления. Человек, которого положили в совершенно чистую постель, под внушением, что в этой постели умер тяжко заразный, получает все признаки этого заражения. Человеку внушается, что началось наводнение – и он тонет в своей комнате, и он почти погибает при всех несомненных признаках утопления. Кроме сознательных внушений еще больше происходит не только бессознательных восприятий, но и бессознательных приказов. Выходит, что симптомы яда порождаются мыслью. Симптомы заразных болезней вызываются не самою заразою, но той же мыслью. При этом нужен инкубационный период для заразы и для яда. Но мысль вызывает те же последствия молниеносно. И тем мысль сильнее всякого яда, всякой заразы.

Если мысль может быть сильнее всяких губительных вещей, то, естественно, она же может быть могущественнее и самых целительных воздействий. Прискорбно, как часто самые малые соображения превышают спасительные посылки. Это не значит, что посылка была слаба. Могло не найтись для нее места у воспринимающего. Вместо чего-то очень полезного вдруг пересилило самое маленькое, ничтожно бытовое. Обычно происходит это в той среде, где о мысли, как о таковой, вообще не помышляют. Есть такие целые семьи, где рассуждение о мысли вообще не было бы допущено и во всяком случае было бы осмеяно. Вы видите людей, выходящих из храма после молитвы и немедленно предающихся всякому злословию, сразу же погружающихся в несносные подлые сплетни и клевету. Можно видеть примитивное состояние мышления. Настоящее невежество заставляет людей не распознавать, где и в чем заключается истинная сила. Познание истинной силы мысли может прийти лишь добровольно. Как благородно и дружелюбно должно входить в сознание понятие ценности мысли.

Профессор Лейденского университета В. Де Хаас заявил, что абсолютного нуля никогда нельзя будет достичь. Абсолютный нуль – 459,6° ниже нуля по Фаренгейту. При этой температуре все газы делаются массивными и всякое движение прекращается. Еще одна абсолютность признана невозможной. Так же точно при разложениях и обратных сложениях получается маленькая разница. Выходит так, что механически сложенное теряет нечто бывшее и даже уловимое по весу при начале опыта. Такое же неучтенное можно наблюдать во всевозможных явлениях. Приходится вспомнить, что вес человека, погруженного в интенсивное мышление, разнится от обычного веса. Такое нечто, с одной стороны, разочаровывает исследователей в своей недосягаемости; с другой стороны, именно это нечто, даже уловимое нашими грубыми физическими аппаратами, всегда остается и зовущим, и воодушевляющим. Наверное, будет допущен еще какой-то новый подход в исследованиях, который вместо воображаемой абсолютности даст новую беспредельность. Некоторые знаменитые полководцы во время самых ответственных сражений оставались в своей ставке, как бы погруженные в какое-то механическое, обычное занятие. Знавшие ближе этих людей обычно понимали, что в это время происходит какой-то тоже нереченный процесс. Вождь сделал всё от его рассудка зависящее. Рассудочно он не мог в эту минуту изменить там где-то уже примененных его приказов. Вождь хотел отставить язык рассудка и дать чему-то глубокому создать новый влиятельный процесс.

Какое-либо маленькое механическое занятие – один из способов переключения сознания. И без механических отвлечений сознание может быть переключаемо. Но для этого надо, наряду с искусством мышления, вполне овладеть и обратным искусством остановки мысли. Остановить мысль может быть более трудным, ведь для этого нужно, чтобы данный процесс мысли остановился бы полностью, чтобы новое образование в сознании возникло бы ничем не отягощённое. А это очень трудно, ибо опять-таки абсолютности не бывает и при таком опыте. Очень часто люди предполагают, что они перестали мыслить о чем-то, но все это остается их миражом. Они себя заставляют насильственно думать о чем-то другом. И это все-таки будет относительность. Издревле сказано, «если хочешь стать новым человеком, вздохни о Нереченном; во вздохе едином перенесись в края беспредельности». Всё должно быть добровольно – закон величайший. Во всех мыслительных процессах добровольность играет главную роль. Без нее остается лишь грубым мираж, который никогда не обновит сознание.

Передача мыслей на расстояние. Профессор Гарвардского университета Джозеф Райн произвел свыше ста тысяч опытов. Ему содействовал известный американский профессор психологии Вильям Мак Дугал. Первый опыты Райна сводились к занятиям со студентами, которые угадывали его мысли. Ему удалось отобрать группу из тридцати молодых людей, отличающихся особой телепатической восприимчивостью. Затем с этой группой начали проводить систематические опыты, сложность которых повышалась с течением времени. Райн изготовил пачку карт с сериями различных рисунков. Взяв любую из карт, Райн предлагал студенту, сидевшему в соседней комнате, нарисовать на бумаге рисунок этой карты. Когда студенты стали разрешать такой опыт, приступил к следующей серии. Он перемешивал карты и раскладывал их на столе рисунком вниз. Студент из-за двери должен был рассказывать, в каком порядке лежат все карты на столе, и все тридцать человек через короткое время безошибочно стали называть порядок всех 25 карт. Затем опыты со студентами, находившимися уже не в соседней комнате, а в другом доме за несколько кварталов. Потом, также на расстоянии, началось чтение мыслей, и дошло до того, что поэты, приглашенные Райном в его лабораторию, писали стихи, а студенты в то же самое время, по телефону, с другого конца города, читали их профессору вслух.

Из другого источника. Из Тибета в Берлин вернулся руководитель недавней экспедиции на Гималаи профессор Диренфурт. Каждый из участников экспедиции все время ощущал на себе влияние какой-то враждебной силы, влияние демона, караулящего, по верованиям тамошних жителей, вершины Гималаев и карающего смертью смельчаков, которые дерзают взобраться в запретные места. Профессор рассказал о необыкновенной обостренности восприятия жителей Тибета. Телепатия так же широко развита в Тибете, как и телефон в Европе. В горах скончался один проводник. Послали гонца в его родную деревню. Посыльному пришлось потратить на дорогу двенадцать суток. Но еще до того, как он добрался до деревушки, к ним явился гонец из этой деревушки, вышедший в день смерти носильщика. Он сказал, что в деревне знают о смерти односельчанина. Там состоялось уже соответствующее моление, и его прислали сказать, чтобы похоронили покойника в горах. Жители Гималаев, по словам Диренфурта, путем самовнушения умеют себя согревать в самые сильные морозы, они в состоянии спать без одежды в любой мороз на снегу. Температура их тела так высока, что мокрые одежды, которыми их накрывал Диренфурт, через несколько часов совершенно высыхали.