Он со смехом отмахнулся:
– О, меня это не интересует. Эта девчонка – забота Хью. Мой единственный интерес – это ты, моя дорогая. И я собираюсь получить то, что давно уже мне причитается. Собираюсь получить это до того, как мы тронемся в путь.
Подавшись вперед, Джеффри попытался поцеловать ее, но Мэдлин резко повернула голову. Он громко выругался и наотмашь ударил ее по лицу. В этот момент раздался стук в дверь и Джеффри, повернувшись, заорал:
– Какого черта?!
– Уже пора! – послышался из-за двери голос Хью. Джеффри снова выругался, но все-таки встал. Подняв с кровати Мэдлин, он проворчал:
– С этим придется подождать до тех пор, пока не переберемся на другой корабль. Но не отчаивайся: сегодня ночью у нас будет достаточно времени. Тебе придется заплатить за все, моя дорогая.
И Мэдлин поняла, что теперь уже у нее не будет надежды на спасение. Даже если какое-то чудо приведет Кейна в порт, он обнаружит исчезновение своего корабля и', разумеется, бросится в погоню, но у него не будет причин преследовать другой корабль, покинувший порт в этот же день.
Увы, она, Мэдлин, наконец-то получила то, чего хотела: полную независимость. И никакие сожаления уже не изменят этот факт.
Глава 32
Кейн с силой ударил кулаком по столу, расплескав чернила на лежавший перед ним листок.
Они прибыли в контору адмирала Брэдфорда накануне вечером, но так ничего и выяснили. Конечно, имелись подозрения, но они до сих пор не знали, кто взрывает корабли «Джексон шиппинг». Не знали даже, каковы мотивы злоумышленников. Возможно, кто-то узнал, что компания помогает строить американский флот. Хотя не исключалась и самая обычная месть.
Ночь и утро прошли в разговорах и предположениях, но час назад кое-что выяснилось. Из Дэвис-Холла прибыл человек Кейна с тревожными новостями. Выяснилось, что у Хью имелись некоторые секретные карты Брэдфорда. Шпион также обнаружил чертежи кораблей, тех самых, которые были недавно уничтожены. Это были грубые копии оригиналов, но такими вполне можно было воспользоваться. Джакс просмотрел доставленные чертежи и со вздохом пробормотал:
– Теперь все ясно. Взрывы наших кораблей – работа Хью.
Адмирал нахмурился и проворчал:
– Да, разумеется, это Хью Дэвис… Проклятый английский шпион… А я ведь позволил моей дочери выйти за него замуж…
– Вы ни в чем не виноваты, адмирал, – сказал Кейн. – Хью – блестящий актер. Он всегда умел говорить именно то, что требовалось в данный момент.
– Мы давно уже его подозреваем в шпионаже, но он все-таки перехитрил нас, – согласился Майлз.
– Вот, посмотрите сюда. – Кейн расправил на столе чертежи. – Ведь это «Золотой дельфин».
– Похоже, он следующий в списке на уничтожение, – проворчал Майлз.
– Да, похоже, что так, – кивнул Джакс. – Но ведь он должен прибыть из Нью-Йорка только через три дня, и это означает…
– Это означает, что мы успеем устроить ловушку, – подхватил Кейн.
– Странно, очень странно… – в задумчивости проговорил адмирал. – Мне показалось, что сегодня утром я видел «Золотой дельфин» на якоре, недалеко от берега. Впрочем, мои глаза уже не те, что раньше. Возможно, я ошибся.
Внезапно дверь кабинета со скрипом отворилась. Все трое вздрогнули и резко развернулись, а Кейн даже успел выхватить пистолет.
– Нет-нет, не стреляй, это мы, – пробормотал Зак, переступая порог. Из-за его плеча выглядывала Клодия.
– Черт возьми, что вы здесь делаете?! – прогремел Кейн. – И где Мэдлин?!
– Она… не с нами, – со вздохом ответила Клодия.
Кейн на мгновение замер.
– А где же она? – спросил он Зака. – Она осталась в Бон-Вью одна? Проклятье, Зак! Я же сказал тебе…
– Она уехала, – перебила его Клодия. – Я не знаю куда, но я нашла… вот это на столике у твоей кровати.
Кейн поднялся и запер дверь. Потом взял письмо и отошел в дальний угол. Пробежав глазами строчки, смял письмо и отбросил в сторону.
– Когда она уехала?
– Не знаю, – ответила Клодия. – Сегодня утром я пошла проведать ее. Вчера днем у нее разболелась голова. Она пошла в свою комнату и сказала, что не спустится к ужину. Я думала, она захотела пораньше лечь спать, и решила не беспокоить ее. Она могла уехать в любое время, – добавила Клодия, тихо всхлипнув.
– Белочка это не твоя вина, – возразил Кейн. – Когда Мэдлин что-то вобьет себе в голову, ее ничем не остановить.
– Это моя вина, Кейн, – заявил Зак. – Ты оставил меня охранять ее, а я не справился. Не сумел за ней уследить. – Он со вздохом опустил голову.
– Тебе нечего стыдиться, Зак. И Кейн знает это, – возразил Майлз, взъерошив рыжеватые волосы брата.
– Не могу поверить, что она могла уехать, не попрощавшись, – тихо сказала Клодия. – Я даже заставила Зака заехать в Дэвис-Холл и…
– И что же? – перебил Кейн.
– Мы ничего не смогли узнать, – ответил Зак. – Но Оливии там не было.
– Да-да, Оливии там не было, – закивала Клодия. – И это странно. Потому что вчера утром Мэдлин получила от нее письмо. Оливия написала, что хочет видеть ее, но Мэдлин сказала мне, что мы не можем поехать вместе. Якобы она обещала тебе никуда не уезжать.
Кейн кивнул и поднял с пола смятое письмо. Тщательно расправив его, он принялся изучать послание жены. Что-то в ее словах насторожило его, но он никак не мог понять, что именно.
– Где ты был вчера утром? – спросил Кейн у Майлза. Тот на мгновение задумался, потом ответил:
– Мы с Заком перегоняли скот на южное пастбище.
– А не помнишь, видел ли ты конверт на столе у двери?
Майлз пожал плечами.
– Нет, не могу сказать.
– А Хью был с вами? – допытывался Кейн.
– Нет, не был. Он сказал, что хочет проследить, как кузнец чинит дверцу его кареты.
Кейн снова перечитал письмо Мэдлин. «Моему дорогому и любящему мужу».
– Что-то не так? – спросил Майлз.
– Сукин сын! – выдохнул Кейц. – Хью, должно быть, видел Роджерса. И наверняка читал его отчет.
Кейн на мгновение зажмурился. Он вдруг вспомнил, что Мэдлин читала стихотворение «Моему дорогому и любящему мужу». Читала как раз в тот вечер, когда он нашел ее в библиотеке. В тот вечер, когда он рассказал ей об Элизабет, а она утешала его. И тогда, как казалось, их отношения стали налаживаться. Более того, он был уверен, что жена начала доверять ему.
И вот сейчас… Похоже, она пыталась дать ему понять, что оказалась в беде.
– Нет, она не бросала меня. – Кейн решительно покачал головой. – Мэдлин покинула Бон-Вью не по своей воле. Я абсолютно в этом уверен.
– А что было в отчете, который привез Роджерс? – спросил Майлз.
– Все, что Линни не могла сказать мне. Она сбежала из Чарлстона, потому что считала, что совершила убийство.
