- А что, разве сейчас не так?
- ЕЩЁ КАК!!! - воскликнул Василий.
От избытка чувств он слегка потерял дар речи. Но когда сей дар к нему вернулся, Василий начал говорить очень эмоционально.
- Да куда ни сунься... - А я тут побегал по многим учёным... - везде выслушивают. Вежливо. А после: "Да-да! Очень интересно... Но знаете, у нас тут ДЕЛА...". И всё на этом заканчивается! Ведь почему Владимир Михайлович Бехтерев в Бестужевке отсутствовал? Именно потому, что не доверяет нам! Мы для него выскочки и шарлатаны. И будем ещё долго "выскочками и шарлатанами"! А без помощи таких людей нам ничего тут не поднять!
- А Павлов? Он же был.
- Павлов был только потому, что положился на авторитет Менделеева. И потому, что сам преподаёт в Бестужевке. А так мы и для него -- тоже что-то типа шарлатанов. БОГАТЕНЬКИХ шарлатанов.
- Выход? - холодно спросил Григорий и Василий тут же сбросил с себя свои кипящие эмоции. Дальше он говорил также холодно как и брат.
- Выхода два. Первый -- тянуть нововведения самим до тех пор пока предметно всё это сообщество не убедится что нам можно доверять. Можно доверять нашим технологиям и идеям. На примере конкретных достижений, продукции.
Второй -- слегка подхлестнуть этот процесс. Но это должны быть достижения такие, чтобы идея, что сегодня дамочка из бестужевок высказала, приобрела статус уверенности. И для этого нужно нечто, что было бы воистину космических масштабов.
- Ты хочешь "подтвердить" легенду, что мы "летаем по звёздам"?
- Именно!
- И как ты это мыслишь? - саркастически заметил Григорий. - прокатиться до Луны и обратно? А разве наша яхта на такое способна?
- Нет. Не способна. Но ты кое-что забыл.
- Чито такое я забы-ыл? - заговорил тут же, на паданковом слэнге, Григорий. Но было видно, что он заинтригован.
- Айда! У нас тут есть время до вечера. Можем успеть.
- Это куда?!
- В Пулково!
******
Лишь когда появились купола, Григорий вспомнил о знаменитейшей на весь мир астрономической обсерватории. И начал догадываться о том, что решил учудить брат на этот раз.
Если судить чисто по внешнему виду, то обсерватория мало отличалась от того, что они видели ранее на фотографиях.
Подкатили к главному входу.
Хоть и был уже вечер, - солнце вот-вот готово было закатиться за горизонт, - можно было со всей определённостью говорить, что тут люди работают. И работать будут ещё очень долго. Ведь главная работа астронома -- ночью. И предмет изучения -- небесные светила. И в основном те, что видны только ночью.
Встречал их небольшого роста мужичок в сюртуке. С аккуратной шапочкой на голове, с бородкой клинышком, как любили в советские времена, особенно в тридцатые годы, изображать учёных, запредельно далёких от жизни.
Мужичок не скрывал своего удивления настолько поздним визитом. Видать обычно "господа" в такую позднюю пору не шлялись по Пулковским высотам, тем более не захаживали к странным и отчуждённым от окружающего бурления жизни учёным-астрономам.
А тут -- сразу два богатея, да ещё настолько скандально знаменитых.
Видно чисто из уважения к недавним достижениям братьев, да ещё и исходя из надежды, что эти богатеи что-нибудь отсыпят от щедрот на нужды обсерватории, не позволило астроному просто сухо отшить несвоевременных визитёров.
А подготовка к "рабочей ночи", похоже тут шла полным ходом.
Мужичок назвался Аристархом Аполлоновичем Белопольским. От названного имени в Василия тут же глаза разгорелись из чего Григорий понял, что это какая-то знаменитость. В будущем. Или, возможно, уже в настоящем.
Белопольский, раздираемый противоречивыми чувствами попросил пройти в его кабинет, чтобы выяснить с чем и для чего пришли сии господа. Но уже в самом начале беседы стало понятно, что он братьев, ни за коллег ни вообще за что-то серьёзное в науке не держит. А значит, собирается держать некоторую дистанцию. Это было видно настолько явно, что Григорий тут же поверил Василию до последнего слова. Ранее он склонен был валить всё на его излишнюю впечатлительность. Тут же, подтверждение всем его словам, сидело прямо перед ним и вело себя именно так, как предсказывал Василий.
Правда сам Василий, видно уже изрядно отчаявшись в своих заходах пошёл буквально напролом. Вероятно посчитав, что напор и натиск в данных условиях самая лучшая стратегия.
После первых же представлений и общих слов он перешёл в наступление. Упомянув уже сильно известную и скандальную в некоторых научных и околонаучных кругах книгу он перешёл к делу.
- Проблема в следующем: Нам не верят. Но у нас есть абсолютно достоверная информация. - тоном не допускающим возражений заявил Василий.
- Какого вида, господа? Ведь у нас, как вы, господа, видите, не сыскное агентство, а астрономическая обсерватория. Мы, тут по части тел небесных, а не уголовных. - несколько насмешливо отозвался астроном.
- Так вот у нас, Аристарх Аполлонович, как раз именно астрономическая информация. И вы зря иронизируете.
- Очень любопытно! - деланно оживился Белопольский. - Комета? Новая звезда?
- Почти.
Василий достал толстый и увесистый томик "Древнейших цивилизаций" и осторожно положил его на стол. Для "весомости". Белопольский лишь глянул на обложку. И по его виду -- несколько насмешливому (что он пытался всё-таки скрыть) стало ясно, что с её содержанием он знаком. И знаком, скорее всего по пересказам. Что, кстати, стало ясным из дальнейшего разговора. Почему Василий и решил оставить томик учёному.
- Мы исследователи. И кое-что нашли. И нашли в прошлом. Сначала -- не поверили, но потом... Потом убедились предметно, что всё сказанное в древнейшем манускрипте не просто правда. Часть того, что мы узнали -- Василий пододвинул в сторону Белопольского томик -- здесь. Но это лишь то, что можно сказать для необразованной публики. Что-то типа, "вот, есть такая планета, которую ещё не открыли..." и так далее. Но реальное её местоположение на настоящий момент, параметры орбиты -- это колонки цифр, в которых "широкая публика" не разбирается и разбираться принципиально не хочет.
- Вы, хотите сказать, господа, что у вас с собой есть те самые, "колонки цифр" с параметрами орбиты, местоположением новой планеты?
- Да. Вот здесь.
Василий достал папку и протянул астроному. Тот открыл и бегло просмотрел.
- Это астероиды?
- Но все они находятся между орбитой Нептуна и внешним астероидным поясом, ещё один из остатков творения нашей Солнечной системы, как и кометное облако.
- Между орбитой Нептуна и ЧЕМ?!
- Эхмм... Пояс преимущественно мелких объектов, в основном из метанового и водяного льда, между тридцатью и пятьюдесятью пятью астрономическими единицами тоже ещё не открыт, что ли? - Сконфуженно пробормотал Василий и тут же поспешно добавил. - Тогда простите, можете считать, что я ничего не говорил...
Белопольский вздёрнул бровь и посмотрел поверх папки на Василия.
- Даже так?
В его словах сквозил неприкрытый скептицизм.
- Это отдельная тема. - постарался уклониться Василий. - Но там первым номером стоит планета. Мы её назвали Плутон. И вы её очень легко найдёте, так как мы её нашли вполне самостоятельно. Она имеет звёздную величину достаточную, чтобы можно было найти в небольшой телескоп. А вот остальные -- тут только ваш астрограф поможет.
- Вот этот... Первый. Значит, вы утверждаете, что его открыли... И назвали. - сощурившись выговорил Аристарх Аполлонович, читая таблицу на первой странице папки.
- Да. И нам нужно подтверждение этого открытия. Конкретно этого. Остальные планеты можете "открыть" сами.
- Но тут... - Белопольский пролистал папку и посмотрел в конец нумерации. - Тут больше сотни!
- В манускрипте было больше. Но, к сожалению, часть его утеряна. - сделав трагическое лицо сказал Василий.
- И что это за манускрипт? - проявил вялый интерес Белопольский.
- Золотая фольга вместо листов. Буквы и цифры выдавлены. Был спрятан (и очень хорошо) в древнем индийском храме. В тайнике. Мы его обнаружили случайно, так как там часть стены обвалилась и открыла его. Но, как я говорил, часть листов этого манускрипта утеряна. И, судя по тому, что там написано, утеряна очень давно.
- И какова судьба этого манускрипта? Точнее его уцелевшей части? - спросил Белопольский, видно, приготовившись к длинной и завиральной истории. Но Василий его разочаровал. Ограничился кратким сообщением.
