Он помог ей подняться на ноги, затем снял с плеч халат и стянул платье через голову. Как она могла хоть на секунду решить, что он ее не захочет? Все то время, что они опровели врозь, он думал лишь о ней. О том, как вернуться к ней.
Она стояла перед ним, молча ожидая его приговора.
- Ты изменилась, малыш. Теперь ты еще более потрясающая. – Он положил ладони ей на плечи и погладил по рукам, глядя на грудь и милую округлость живота, доказывающую, что внутри нее растет его ребенок. - Если ты все еще сомневаешься в том, как сильно я тебя хочу, то взгляни вниз.
Она так и поступила. Когда она снова встретилась с ним взглядом, он увидел в ее глазах мягкое озорство.
- Кажется, ты рад меня видеть, Мэддокс Кроуфорд.
- Никогда в жизни я не был так рад кого-то видеть. - Он наклонился и коснулся губами ее лба. - Я скучал по тебе, Сара. Я так по тебе скучал.
У нее на глаза навернулись слезы.
- Ты не можешь так меня бросать. Я думала, что больше никогда тебя не увижу. Я думала, что для меня ты потерян.
Ее слезы причиняли ему физическую боль. Что бы он почувствовал, если бы решил, что она мертва? От этой мысли сердце почти остановилось.
- Пожалуйста, малыш, прости меня. Кажется... Я думал, тебе будет все равно из-за того, что я причинил тебе такую боль.
- Все равно, что ты умер? Как ты мог такое подумать?
Он обманул себя, думая, что пострадает только он.
- Потому что мне было плевать на себя. Я ненавидел себя и не мог представить, что в тебе осталась даже искра любви. Я молился, чтобы однажды вернуться и все исправить. Я надеялся, что со временем ты поймешь. Но я никак не думал, что ты действительно оплакиваешь меня.
- Я не могла ненавидеть тебя, Мэд. Я пыталась. Так старалась. Но не могла. - Она приложила руку к животу. - В конце концов, у меня была она.
Их ребенок. Благодаря Мэдлин у них с Сарой была связь, которую он не мог себе представить. Ребенок был узами, которые нельзя было разорвать.
Она будет такой избалованной. Еще не родилась, а отец уже без ума от нее. Узнает ли она когда-нибудь, насколько важна ее роль? Как она спасла своих родителей?
- Я никогда не подведу тебя снова. Обещаю, Сара.
Она покачала головой.
- Дело не в том, что ты меня подвел. Мы оба совершали ошибки. Я не выслушала тебя раньше и не простила. Суть в том, чтобы действовать вместе. Выиграем или проиграем, но мы сделаем это вместе. Всегда.
- Обещаю.
И Мэд наконец-то сделал то, о чем мечтал последние несколько месяцев. Он поцеловал Сару. Он хотел ее целовать вечно, касаться ее губами, соприкасаться телами. Эта женщина была его настоящим домом.
Он не стал пытаться говорить, а поддался желанию, которое испытывал каждый раз в присутствии Сары. Он крепко обнял ее и глубоко вздохнул, его плоть обжигало везде, где касались их тела. Он со стоном притянул ее к себе, чувствуя, как сморщились ее соски. Они стали немного больше, как и вся ее грудь, но не это делало ее красивой. Она светилась жизнью, здоровьем и любовью. Это было все, чего он хотел, Сара была в безопасности и рядом с ним.
Целуя ее, он всюду касался, заново изучая ее тело. Медленно, он благоговейно провел ладонями по ее спине, прослеживая тонкую линию позвоночника и переходя к изгибам, которые вели к попке в форме сердца. Он прижимал ее к себе и к своей эрекции, чувствуя как учащается сердцебиение. Ему не терпелось войти в нее, но сегодня вечером это не было целью. Сам факт того, что она была в его руках, был для него победой. Еще лучше будет только сказать, как он ее любит.
- Мэд, я так хочу тебя. Я ужасно по тебе скучала.
Он скучал по ней больше. Каждый день без Сары длился вечность.
- Знаешь, я прослушивал разговоры твоего брата в офисе, только чтобы услышать, как он произносит твое имя.
Ее руки жадно двигались по его спине, как будто она хотела большего, как будто она пыталась коснуться каждого дюйма его кожи.
- Серьезно?
Он проложил дорожку поцелуев от ее губ к изгибу горла.
- Ага. Подозреваю, что он отомстит мне за это, и я ему позволю. На самом деле, я позволю парням сделать со мной все, что угодно, только чтобы мы остались друзьями. Знаешь, мы должны держаться вместе. Нашему ребенку понадобятся друзья.
- Гейб тебя простит, - Ответила она. - И я не думаю, что Мэдди долго будет оставаться одна. Гейб и Эверли поговаривают о том, чтобы завести детей, а Коннор и Лара уже пытаются. И боюсь представить, чтобы Тина и Роман завели потомство.
Потому что этот ребенок станет силой природы, и Мэд не мог дождаться, когда их дети превратятся в банду, сводящую с ума своих родителей. Если они смогут пережить предстоящее испытание, у них может появиться семья, которую они всегда хотели, - сплоченные братья, которые делят все, что выпадает на их долю.
- Наших детей мы будем воспитывать по-другому. Мы не разъедемся, мы будем держаться вместе. Я не отошлю Мэдди в какой-нибудь интернат.
- Конечно, мы никуда ее не отошлем. - Она наклонилась и поцеловала его в щеку, в губы, в плечо, затем в грудь. - Прикоснись ко мне, Мэд. Я так давно не чувствовала ничего, кроме скорби.
Он опустил ее на кровать. Сегодня он спал не на диване, и его спина была ему за это благодарна. Но прямо сейчас его сердце наполнила радость, а желание обожгло вены, потому что, если повезет, ему больше не придется проводить еще одну ночь без Сары.
- Больше никакой скорби, - поклялся он. - Позволь мне выразить свое обожание и заботу. Любовь.
Он снова поцеловал ее, начиная с губ и спускаясь вниз. Он провел губами по подбородку, вниз по горлу, по изгибу плеч, а затем медленно передвинулся к груди. Он не мог перестать смотреть на них.
- Они стали более чувствительными? Я не хочу сделать тебе больно. Я читал, что на этом этапе беременность некоторым женщинам больно даже от простого касания.
- Ты читал о беременности? - В ее голосе было отчетливо слышно недоверие.
Она не осознавала, как сильно он хотел почувствовать связь с ней, любым способом.
- Я купил книгу «Чего ожидать». Я хотел быть с тобой, знать, через что ты проходишь. Это был единственный способ разделить с тобой этот опыт.
Она задумалась и заговорила мягким голосом.
- Они чувствительны, но не так, как ты думаешь. Ты хоть представляешь, как тяжело ложиться спать каждую ночь, зная, что ты находишься всего в нескольких шагах? С самого начала второго триместра я вся горю. Ты мне нужен, Мэд.
- В книге сказано, что это нормально, но я рад помочь, детка. - Он накрыл ладонью ее грудь, чувствуя, как та набухает. Сначала он должен доставить удовольствие ей, потому что сомневался, что сможет продержаться дольше нескольких секунд.
Он опустил голову и лизнул сосок, наслаждаясь тем, как у нее сбилось дыхание, а тело выгнулось от прикосновения его языка. Если это было то, что ей нужно, то он к ее услугам. Он приносил ей любую еду, растирал ноги и подавал чай. И он будет заниматься с ней любовью - так долго и так часто, как она того хочет.
- Ты такая чертовски мягкая. Гладкая, как шелк. - Он провел большим пальцем по ее соску.
- Да? А ты совсем не мягкий. Везде, - пробормотала она.
Это уж точно. Его член был твердым как камень. Он несколько месяцев мечтал снова прикоснуться к Саре. Реальность была намного лучше.
Мэд пососал один, лаская другой рукой. У нее вырвался тихий стон. Он щедро уделил внимание ее груди, а затем медленно опустился ниже, потому что это была не единственная ее часть, которую ему хотелось попробовать.
Он медленно двигался вниз, восхваляя ее тело поцелуями, прежде чем переместиться между ее ног. Он вдохнул аромат ее возбуждения.
Стук сердца громко отдавался в ушах. Они столько пережили, их разделило время и расстояние, и теперь близость Сары взволновала и согрела его, как ничто. Ничего не имело значения, кроме поклонения ей, чтобы она чувствовала себя нужной. Желанной. Сексуальной. Единственной, кто способен спасти его рассудок и душу.
