Он мог, конечно, немедленно отправить ее обратно в сопровождении одного или двух воинов, однако с удивлением вдруг ощутил, что вовсе не хочет так поступать. А она, видимо, догадываясь о его сомнениях, подбоченилась и не сводила с него лукавого взгляда, спокойно и уверенно ожидая решения своей участи.
Он молчал, и она, не выдержав, заговорила первой:
— Мне кажется, разумнее всего проехать с вами и остальную часть пути до Хариджа, милорд. Тогда мы сможем без излишней спешки обсудить многие проблемы.
Что это? В последней фразе девочки прозвучала не то скрытая ирония, не то какое-то обещание.
Он с расстановкой произнес:
— Мы уже проехали с десяток миль. Я собирался доехать до Эйлсбери, остановиться там на обед и потом сделать еще миль десять. Таким темпом мы намерены двигаться завтра и послезавтра. Для тебя это…
— Думаете, сэр, я не выдержу такой езды?
— Именно это я и сказал бы, если бы ты меня не перебила.
— Так вот, я смогу! Слышите, сэр?
Некоторое время он пристально смотрел на нее, словно видел впервые, потом проговорил:
— Недавно одна твоя хорошая знакомая сравнила тебя с горной лавиной. Довольно точное наблюдение. — Он повернулся к своему отряду: — Продолжаем путь, джентльмены!
Взяв за узду лошадь Фиби, он подвел ее к своему коню и при этом негромко произнес, обращаясь к всаднице:
— Не перестаю удивляться, как за почти девятнадцать лет жизни ты еще не привыкла к такому коротенькому словцу — «нет».
— О, милорд, у меня в самом деле есть для вас одно сообщение, — не скрывая радости, сказала Фиби.
— Надеюсь, оно потерпит до вечера. — Он тронул своего коня. — Сейчас не время для пустопорожних разговоров.
Она обиделась и решила молчать, пока он сам не попросит рассказать. Тем более что никакой необходимости в спешном сообщении о задуманном Брайаном и неудавшемся плане не было, да ей и не слишком хотелось огорошить Кейто признанием в своем гадком грехе. Он же, в свою очередь, и вообразить не мог, что она сообщит ему нечто серьезное, влекущее за собой опасные последствия.
Следующие несколько часов были для Фиби сплошным кошмаром. Однако с ее губ не сорвалось ни единой жалобы, ни одного стона, хотя все ее тело болело: поясница, ноги, плечи.
Кейто не выражал ей ни малейшего сочувствия, но и не позволял себе злорадных замечаний типа: «я же говорил» или «надо было думать раньше».
После того как они сделали остановку и поели, он помог ей взобраться в седло, делая вид или на самом деле не замечая, что она с трудом сдерживает слезы. Он по-прежнему был готов в любую минуту прервать ее поездку, дать отдохнуть в одном из бесчисленных городков или селений, через которые они проезжали, и отправить обратно в сопровождении охраны. Но она не просила об этом, и он хранил молчание, хотя догадывался, какие муки она претерпевает.
В общем-то он не мог не восхищаться ее стойкостью, а точнее, завидным упорством в достижении желаемого.
Когда они прибыли в деревушку Эстон-Клинтон, Фиби едва ли не упала с седла ему на руки, но затем отстранилась и сама вошла на одеревеневших ногах в дверь небольшой гостиницы. Владелец взволнованно объяснил Кейто, что у него, конечно, нет апартаментов, достойных столь благородного гостя да еще с благородной леди, но все же он может предложить весьма неплохую комнату над прачечной или, если угодно, чердак над конюшней.
В другое время Кейто удовлетворился бы любой крышей над головой, но присутствие Фиби несколько осложняло ситуацию.
Та, однако, слабым от усталости, но весьма решительным голосом заявила, что ей безразлично, где спать, и попросила хозяина незамедлительно разместить ее на ночлег.
Тот с поклоном повиновался и повел через кухню и по узкой лестнице наверх, в заднюю часть дома. В маленькой комнате, дверь которой он торжественно распахнул перед ней, стоял густой запах щелока от кипящих котлов с бельем, находящихся внизу, зато была широкая добротная постель с хорошим матрасом, набитым конским волосом. Фиби отпустила своего сопровождающего и, не дожидаясь, пока за ним закроется дверь, рухнула на кровать лицом вниз, уже не сдерживая рвущихся наружу стонов.
Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем в комнату, судя по решительной поступи, вошел Кейто.
— Я не сплю, — буркнула она не поворачиваясь. — И готова к ужину.
— Сейчас мы проверим, — сказал он неестественно бодрым голосом. Так врач разговаривает порой с тяжело больным пациентом.
Его слова сопровождались каким-то звяканьем. Она слегка повернула голову, попыталась приподняться, но он удержал ее.
— Лежи спокойно, Фиби. Я не лекарь и не целитель, как твоя хорошая знакомая, но знаю кое-какие способы лечения малоопытных и непослушных ездоков.
В его голосе слышались насмешливые нотки, но все равно она внимала ему, как нежной умиротворяющей музыке.
Кейто снял с нее ботинки, завернул юбки дорожного наряда, расстегнул находившиеся под ними бриджи, затем стянул и кинул на пол.
Фиби не могла сдержать вздоха облегчения, когда свежий воздух овеял натертую до крови и пылающую адским огнем кожу на ногах и ягодицах.
— Господи! — негромко воскликнул Кейто. — Почему ты ничего не говорила?
— А зачем? — с ребячливым упрямством возразила она. — Я же все-таки выдержала. Разве не так?
Он неодобрительно покачал головой. Намочив в ведре с горячей водой салфетки, Кейто выжал их и осторожно приложил к кровоточащим ссадинам.
Это вызвало новый вздох облегчения у Фиби, но на этом Кейто не остановился. Открыв кожаный футляр, он легкими движениями начал смазывать раны Фиби мазью, приготовленной из лесного ореха.
— Ох, уже гораздо лучше, — проговорила она. — Просто чудо какое-то!
— Завтра ты еще здесь побудешь, а потом Адам и Гарт проводят тебя домой. Я куплю кабриолет, чтобы ты не ехала верхом.
— Нет! — Салфетка свалилась с ее тела, когда она повернулась и села на постели. — Нет, Кейто, я не хочу домой! Вы разрешили мне поехать с вами до Хариджа, и я сделаю это! Я совсем здорова, если не считать нескольких дурацких кровоподтеков, и завтра буду вполне готова следовать дальше.
Кейто выкрутил еще одну салфетку, смоченную в горячей воде.
— Не говори глупостей, Фиби. И пожалуйста, ложись снова. У тебя сплошной синяк от ягодиц до коленей. Ты не сможешь проехать верхом и ярда.
— Нет, смогу, и вы сами все увидите! Откуда вы знаете мои возможности?
— Хватит, Фиби! Я уже сказал: завтра ты отдыхаешь, послезавтра отправляешься домой!
Она осторожно сползла с кровати, оправила юбки.
— Должна вам сказать, Кейто, — произнесла она с нажимом, — что у Брайана Морса имеется документ за подписью короля, где говорится о том, что он вовсе не намерен соглашаться на требования шотландцев. Это я и хотела рассказать вам, когда поехала вдогонку. Но вы не захотели слушать.
