ответил Цапля. — Работал с вертолётами.
— Может, бортмеханик?
— Нет. Именно борттехник. А большой разницы, между этими двумя специальностями — нет.
— Какие марки вертолётов обслуживал?
— Ми-6, Ми-8, Ми-17, Ми-171. Пригожусь я вам?
— Конечно!
— Значит, не зря приехал!
Сварной задумался, какие бы ещё вопросы задать гостю. Марианна, прикрыв рот ладошкой, протяжно зевнула. Маузер, отвлечённо думал о чём-то своём. Скорее всего — о своих домочадцах. «Интересно, давно ли были институтские в Озерках?» — возник у главы вопрос, а вслух он поинтересовался:
— Когда последний раз видел институтских?
— Д-давно.
Цапля моментально посерел, а ментат схватила авторучку и стукнула по столу один раз. Это означало, что опрашиваемый сказал неправду. Глава СБ моментально выпрямился, дежурные бойцы положили руки на автоматы. Сварной продолжил:
— При каких обстоятельствах?
— Они зачем-то приезжали в Озерки.
— Ты с ними не контактировал?
— Н-нет.
— Был ли среди институтских — Барабас?
— Н-нет. Вернее, не знаю.
— Травник?
— Не знаю!
— Может, ты их засланец?
— Нет!
Абсолютно после каждого ответа гостя, следовал стук авторучкой. Наконец Цапля понял, что крупно прокололся и вскочил:
— Ладно! Если вы мне не доверяете, то я и не собираюсь с вами работать! Так что — аривидерчи!
Стоящие позади гостя бойцы, одновременно надавили ему на плечи, таким образом усадив на место. Маузер не спеша поднялся:
— Значит, не желаешь у нас оставаться?
— Нет!
— Интересная у тебя логика. Вот смотри: идёт та большая война с немцами, а наши обнаружили шпиона, который решил затесаться в ряды Красной Армии. Его раскрыли, а он и заявляет, типа, ну если вы меня раскрыли, то я, пожалуй, уйду от вас!
— Ну и к чему эта притча?
— К тому, что у тебя подобная детсадовская логика. Либо ты держишь нас за полных идиотов.
— Это лишь твоя бурная фантазия.
— Возможно. Но, я готов выслушать и твою. Об институтских. Правда, уже в СБ. Встать! Мужики, снимите с него «Недар», стяните руки!
Поднявшись, помрачневший Цапля дождался, когда с него снимут артефакт и, протянув руки за спину, стал ждать, когда запястья стянут пластиковыми жгутами. Как только один из бойцов попытался сделать это, шпион ушёл в клокстопп.
Отшвырнув автоматчиков, что те даже чувствительно, с хрустом костей врезались в стены, гость метнулся к угловому столу. Уже со своими АКМ и рюкзаком, рванул к двери.
Обученные горьким опытом похищения институтскими, «солнечники» давно приняли меры, чтобы подобного не повторялось. Кроме видеокамер, которые были установлены буквально на каждом метре «Лабиринта» и его окрестностях, вокруг также дежурили бойцы обоих полов. Женщины требовались на тот случай, если какая-нибудь посетительница окажется нимфой и применит свой дар. Кроме того, за тонкой стеной кабинета дежурного ментата, сидела женщина, готовая в случае экстренной ситуации включить Т-импульсатор на непрерывный режим работы. И сейчас прибор сработал по назначению.
Как только дар Цапли исчез, он по инерции клокстоппа ощутимо врезался в бронированную дверь, которая, кстати, была заблокирована с самого начала опроса. После гулкого удара, тело негодяя плавно сползло по металлу.
На КПП и «Лабиринте» объявили тревогу. Окрестности начали прочёсывать бойцы, совершили облёт дроны с Т-импульсаторами. Посторонних обнаружено не было. Старший колонны с Зелёного, был вызван на допрос — откуда и при каких обстоятельствах, у них в стабе появился Цапля. Также в Зелёный, по радиостанции был послан запрос об этом подозрительном субъекте.
Вызванная скорая помощь, увезла покалеченных бойцов в больницу. Самого шпиона доставили под скрытом вызванного Мелкого в СБ, где Сварной, Маузер, Магистр и Гор, приготовились по горячему следу дожимать лазутчика.
Вскоре тот, снова в «Недаре» и наручниках, сидел в просторном кабинете следователя. Его голова напоминала кусок отбивного мяса, левая ключица и три ребра сломаны. Вколотая малая доза спека — пока спасала Цаплю от боли.
— Что же ты так не аккуратно в двери ходишь? — с улыбкой спросил Магистр. — Надо же их сначала открывать, а не телом вышибать. Особенно ту, шестисот килограммовую.
Пленник ничего не ответил, а лишь злобно сверкнул глазами. Сварной заговорил:
— Институтские — наши враги. Поэтому, ты нам всё расскажешь, что знаешь о них, о своих контактах с ними.
— А если не скажу? — разбитыми губами прошепелявил Цапля.
— Свяжем и беззубым пустышам отдадим. Впрочем, есть у нас такие варианты воздействия, что обязательно всё расскажешь. Даже то, как в детстве из школьной столовой пирожки с картошкой тырил. Вот у нашего товарища Маузера, ещё ни одного молчуна не было. А ведь он всего лишь бывший стоматолог. Короче, если будешь сотрудничать с нами — останешься живой. Гарантирую. Возможно, даже устроим на работу в стабе. Время на раздумья — тридцать секунд!
— Что так мало-то?
— Ты же клокстоппер. А значит должен не только быстро бегать, но и быстро соображать. Время пошло!
— Я согласен сотрудничать…
Цапля действительно проживал в Озерках и имел гражданство этого стаба. На Институт работал давно — около двух лет. Основные задания: слежка за указанными людьми и их контактами, обязательность доклада — если обнаружены стабовцы с редкими или необычными дарами. За свою деятельность, шпион получал неплохое вознаграждение. Против опросов ментатов по поводу своих работодателей, до сегодняшнего дня у него стоял хороший блок. Да и кто в Озерках, будет спрашивать о той организации. Связь держалась через караванщиков, причём всё время разных. Условный знак перед встречей, всегда накануне сообщал по рации незнакомый голос.
— Это что, институтские связывались с тобой по рации, прямо из своего логова? — удивился Маузер.
— Предполагаю, что кроме меня, в стабе ещё были люди институтских, — ответил Цапля. — Более осведомлённые, чем я.
— Как происходила передача данных?
— Обнаружив связника, я начинал нарезать круги недалеко от него.
