Читаем без скачивания И всё-таки оно есть… - Ольга Санечкина

— Фу, терпеть не могу Преисподнюю! Но ты посмотри, я думала мобильный в метро не везде берет, но чтобы в Аду, это уже слишком.

— Это действительно единственное, что потрясло тебя в нашей вылазке, — камнем упав в кресло, спросил Ангел.

— Ну, в общем и целом, да… Для меня все этой не в первой.

— Прости, но как ты узнала, о моей мечте об экскурсии?

— Ангел, не задавай вопросов, на которые нельзя давать ответы, и мне не придется тебе отказывать.

— Понятно. В любом случае я рад, что ты об этом догадалась, потому как я вряд ли в том состоянии об этом подумал.

— Поверь мне, подумал бы. Просто парой минут позже. — Ксения растеряно взглянула на свою руку с сердцем и подумала о том, что ей в этот момент жутко не хватает Геры.

— Ангел, а ты знаком с Герой? — с любопытством спросила Хранительница.

— С богиней Герой? Нет, откуда мне ее знать? Кровожадные, злобные, мстительные богини никогда меня не интересовали.

— Да так, я подумала, мало ли, может она читала вам лекции о любви в браке. — Ангел звонко рассмеялся,

— Ксения, только ты могла предположить, что Гера хоть что-нибудь может знать о любви в браке. Хотя предмет у нас такой действительно был, но читала нам его Афродита. Весьма легкомысленная особа.

— Жаль, — тихо пробормотала Ксения и поняла чего она хочет сейчас больше всего на свете. Больше всего на свете она сейчас хотела оказаться возле своего трона.

— Ангел, прости, я тебя покину на некоторое время. Я буду у себя в кабинете, хочу посоветоваться с Алай Хотун.

— Хорошо, я как раз успею сделать заметки по поводу нашего визита к Сатане. Это просто восторг!

Сев в свое любимое кресло, Ксения свободной рукой достала из выреза блузки ведьмин камень и с легкостью погрузилась в его мир. Хранительница очнулась, сидя на своем троне. Как только она открыла глаза, сразу увидела, что сердце в ее руках медленно исчезает и проникает в сухой коряжистый трон. В тот же миг, она почувствовала как в троне забилась жизнь. Из сухой коряги он стал превращаться в живое зеленое дерево. Дабы не мешать этому чуду, Ксения встала с трона и прошлась вдоль берега моря. В голове было пусто. Думать не хотелось совсем. А думать было надо.

— Алай, — робко позвала Ксения.

— Я здесь, — раздался знакомый голос за спиной. Ксения повернулась и увидела, свою давнюю знакомую Алай Хотун. Старушка выглядела уставшей и измученной.

— Что нелегко приходится? — тихо спросила Хранительница.

— Да уж, не помню когда были спокойные времена. А сейчас так совсем беда. Ты давно не заходила. Спасибо, за Авеля. До сих пор не могу поверить, что ты такое сотворила для него.

— Не за что. Это меньшее что я могла сделать, после всего что ты сделала для меня. Но я снова пришла за советом.

— Вижу, — Алай тяжело вздохнула села на песок и стала бросать в воду мелкие камушки. Ксения послушно села рядом.

— Алай, что мне делать? Сегодня я почувствовала в себе такую силу! Мне самой до сих пор страшно. Но мало иметь силу, надо знать как ее применить.

— Тут я тебе, дочка, не помощница. Помнишь, как я защитила тебя от нападения демона, а потом сказала, что придет время и тебе не будут страшны все силы Ада?

— Помню, — улыбнулась Ксения.

— А теперь, так и есть. Ты не боишься врага, который наносит удары изнутри, тебе не страшны враги, которые приходят извне. Но сейчас ты стоишь перед самой тяжелой проблемой. Проблема борьбы с самим собой. Эфиры идут против эфиров. Не зря говорят, что страшнее революции зверя нет. На войне все просто — вот враг, его надо побить. А как быть здесь? Когда отец считает, что надо сохранить статус кво, а сын за изменения. И как быть, когда они берутся за оружие и идут один на другого и совершают самый страшный грех отце или дето убийство? Как остановить подобное?

— Алай, ты знаешь, что мир рухнет, если…

— Детка, конечно, старая Алай это знает. Я видела это не раз.

— И ничего нельзя сделать?

— Ничего. Человечество не должно знать, что Эфир существует. Это недопустимо. Это правило. И пока никто не смог доказать нашему Отцу, что может быть по другому. Возможно, тебе бы это и удалось, но он спит. Это тоже своего рода знак. Этот путь не доступен. Детка, механизмы запущены. Ты можешь только остановить процесс, но перенастроить его увы не возможно. Может через десять лет, когда Он проснется ты сможешь убедить его изменить это правило. Но пока, выбор только один, — остановить это все любой ценой.

— Алекс сказал мне, что я должна превратиться в кровавого диктатора. Только поразив своей жестокостью, я смотрю заставить Эфир жить согласно установленным законам, а иначе я буду все время латать дыры. Ты тоже так считаешь?

— Алекс самый мудрый из моих детей. Я рада, что вы подружились, — с улыбкой произнесла Алай. Ксения про себя подумала, что могла сама догадаться, кто порождает птицу феникс.

— Значит ты с ним согласна.

— Это единственный существующий выход. Но к сожалению, он не доступен в сложившейся ситуации. Так что крушение мира не минуемо. — Ксения замерла, услышав такой безнадежный ответ.

— Но почему?

— Да, потому что ты не сможешь стать такой. Детка, в тебе слишком много добра и света. Ты действительно Великая Хранительница Путей. Для того, чтобы стать тем, кто сдержит катящийся с вершины валун, надо обладать не только силой, могуществом, верой. Надо иметь в себе жестокость и хладнокровие, злобу и бездушие. В тебе этого нет и никогда не было. Мне жаль, но все вы обречены на гибель. А мы на воспитание новой генерации. Пока есть время иди простись с близкими. Не теряй оставшиеся часы, сидя со мной на берегу.

— Я не готова сдаваться, — решительно замотала головой Хранительница. — Я буду искать выход.

— Удачи тебе, — улыбнулась Алай, — и прощай. — Ксения не успела даже подумать, как дух Земли исчезла.

Ксения вернулась в своей кабинет и не успела прийти в себя, как на пороге появилась Милица.

— Госпожа, простите, к вам просится на прием Верховный Мудритель. — Ксения изумленно замерла. Вот чьего визита она ожидала меньше всего.

— Милица, проводи его сюда, предложи чай, кофе. Хочу, чтобы он ощущал себя комфортно в моем доме. — Милица облегченно вздохнула. Она явно испытывала симпатию к Верховному и боялась, что ее хозяйка пошлет его куда подальше в свойственной ей манере. От волнения Ксения встала. Удивительно, но после рассказа Миноса о том, что Мудрила был единственным, кто встал рядом с ним против плана Влада, ее отношение к Верховному поменялось. Когда Милица открыла дверь и впустила в кабинет посетителя, Хранительница вздрогнула. Перед ней была бледная копия того, душки Мудрителя, которого она видела в первый раз.

— Здравствуйте, Верховный. Очень рада вас видеть, проходите, садитесь. — Ксения старалась даже говорить как можно мягче, казалось от резких интонаций у лешего просто случится приступ. Сев в свободное кресло, Мудрила смешно сложил пухленькие ручки на животе, а его короткие ножки повисли в воздухе, так как не доставали до пола. Дабе не пялится на конечности лешего, Ксения села на свое место за столом, тем самым перекрыв себе полный обзор гостя.

— Думаю вас удивил мой внезапный визит… — Слова довались Мудрителю тяжело, и Ксения боялась даже дышать, чтобы не сбить его с толку. — Наши с вами отношения с самого начала не сложились. И тому есть ряд причин. Я пришел к вам для того, чтобы прояснить ситуацию. Тогда вам могло показаться, что я слишком настойчиво прошу принять вас кризисное управление или на крайний случай заняться общественной деятельностью. Поверьте, у меня были на то причины. Уже тогда мне был известны планы Влада на изменения мироустройства. Я надеялся, что если вы возьмете управление в свои руки, то нам удастся избежать того кризиса, к которому нас неумолимо толкали Влад и Фарэль. Но вы оказались слишком чисты душой, чтобы проявить хоть какое-то внимание к политике. Говорить с вами на прямую тогда я уже не мог. Дело в том, когда Влад впервые огласил свои планы, я занял довольно жесткую позицию. Я отказался его поддержать и во всеуслышание объявил, что буду противостоять его поползновениям. На следующий день исчез мой любимый младший внук… — Ксения видела каких трудом Верховному стоило говорить и она сочувственно протянула ему стакан с водой. — Спасибо. Его труп подкинули к моему дому через два дня. В тот же день мне пришло письмо с точным указанием где живут все мои близкие, чем занимаются, даже были фотографии как они ходят по улице, бегают в лесу, купаются в реке. Я старый леший и слаб. Лешие с годами не набираются силы, как вампиры. Мне нечего было противопоставить банде Влада и Фарэля. Я вынужден был уйти в подполье, но все же стал тайно разговаривать с членами Синода. Но чем больше беседовал, тем больше ужасался размаху их дела. Большинство были или запуганы до смерти или подкуплены Владом и его людьми. Как только находился сторонник моих взглядов, свободный от зависимости Влада, так сразу в его семье случалось несчастье. Когда Влад не смог взять вас под ментальный контроль, во мне родилась надежда. Потом вы исчезли. Я умолял Лави, Василия, Нептуна, чтобы вы поговорили со мной. Но все было тщетно. Вы спрятались на своем острове и не желали никого видеть. Ваше появление на турнире за руку прекрасной царевны-лебедь взбодрило мои надежды. Но турнир проводился под патронажем Фарэля. У меня не было ни одного шанса поговорить с Вами. Следя за турниром в новостях, я с ужасом услышал о покушении на вас. Мне было очевидно чьих это рук дело. Это было так в духе Влада, попытаться шантажировать, взять под контроль. А если не получается запугать жертву — убить. Но царевич спас вам жизнь. Тогда я обратился к Ферзю. Зная, что ваше благополучие его основной приоритет, я предупредил его о возможном покушении на ваших родителей. Слава Богу, наш Глава СБ светлая голова. Он успокоил меня сообщив мне, что за вашими родителями ежесекундно следует охрана. Когда объявили о попытке убить их мне стало все ясно. Влад почувствовал в вас настоящую угрозу и не собирался останавливаться ни перед чем. Тогда пришлось пойти на маленькую хитрость. Я нашел на турнире кандидата, с которым мне удалось договориться, чтобы он поговорил с вами.