первым, предельная скорость формирования.
Серая, мерцающая разными цветами вспышка, разрушает всё, что ещё могло остаться в глубине зала, явно разрушив одну из важных несущих стен. Один из шпилей начинает падать на крышу собора. А мы уже бежим внутрь, сквозь затухающую метель и облака пыли, пока я на ходу поочерёдно заряжаю две стрелы Разрушения.
Лаплас снова начала читать на ходу заклинание Созидания, собирая рассевшуюся вокруг энергию. Лайза работает бульдозером, ударными волнами вперёд раскидывая завалы, чтобы не приходилось о них спотыкаться. Через пролом уже виднеется невероятно богато украшенный золотом, картинами и статуями зал, но о былом великолепии говорит лишь край зоны поражения, куда все три атаки почти не достали. Остальное лежит в руинах, стена справа осыпалась, и потолок рухнул, что-то ещё догорает после удара Лаплас.
Мы забегаем внутрь и направляемся к источнику давления, он ещё в зале, почти не пострадал от раскалённого плазменного взрыва и мощнейшей атакой искажением… охрана убита. Вижу один яркий источник энергии. Человек в шикарнейшей мантии, пронизанной золотом и драгоценностями, наверняка сам наместник. Давал аудиенцию, видимо. В руках посох, такой же, как у статуи перед входом. Тёмно-синий металл с серебром в резьбе древка и яркий зелёный кристалл.
Пожилой лаудин, что держит его в руках, с яростью смотрит на меня. Успел создать вокруг невероятно прочные щиты. Но центром довлеющей силы являются «божественное оружие» — посох. Сам наместник тоже не промах, но сильно уступает.
— Обороняйтесь, лучше не приближайтесь ко мне, — громко сказал я, перейдя на предельную скорость бега, прорывать пространство для Сдвига не рационально, больше времени потрачу. Запустил обе стрелы разрушения вперёд, но барьер вокруг посоха их остановил, хоть и с явным трудом.
— ТЫ УМРЁШЬ ЗА ЭТО В СТРАШНЫХ МУКАХ, СМЕРТНЫЙ! — яростно закричал старик. Посох вспыхнул ярче, с чередой появившихся рун меня накрыло… ментальной атакой! Одной за другой, а в пространственный щит стали бить лучи света и молнии. Лаудин тоже что-то магичил, но особо много атак выпускал посох. Я так не добегу, ментальные барьеры сдадут раньше, но эти атаки можно остановить, один мой щит может.
Пространство вокруг начало темнеть. Щит Разрушения вступил в свою силу. Ментальная атака может и идёт через астрал, но носитель для наведения на материальном плане.
— ИМЕНЕМ БОГА ПРИГОВАРИВАЮ ТЕБЯ К СМЕРТИ, ГЛУПЕЦ!
Разрушение уничтожает любые энергетические структуры. Все атаки, включая ментальные, просто истаивали, превращаясь в чистую энергию, хаотично рассеивавшуюся в окружение и в гипер. Пожилой Лаудин испуганно отшатнулся, но не мог убежать от моей скорости.
Я уже зарядил в свой посох немного Разрушения и буквально взлетел по короткой широкой лестнице мимо алтаря. Как секирой рубанул массивным навершием посоха по посоху врага, удачно попав прямо по державшей его руке.
Чёрная дымка щита разрушения проела его щит и тяжёлый удар моего оружия преодолел его покров. Пальцы сильно повредило, и посох выпал из рук.
Нет времени, нужно быстрее. Отвожу назад завершение посоха и широкой пикой-навершием, на которой красуется золотой дракон, бью наместника в грудь. Кончик посоха не острый и не концентрирует энергию, как меч. Он всего лишь слегка повредил дорогую мантию и отбросил лаудин назад к покрытой барельефом стене.
Сам наклоняюсь и уже у земли голой рукой хватаю посох. Всё же проклятый предмет!
«ПОДЧИНИСЬ МОЕЙ ВОЛЕ, ГЛУПЕЦ!» — громогласно произнёс голос в голове, открыв телепатию. И теперь он засветился красным и пытался одновременно навязать мне пакт души и подчинить разум. Недостаточно сильно, и уж точно не против моей души. Из моей руки уже текло Разрушение, как плетение обычной магии, так и то, что я пытался призывать из своей энергии, я отпустил руку со своим посохом, роняя его и также схватился, пустив по ней ману Инис.
«НЕТ, АПОСТОЛ, ПРЕКРАТИ!» — послышался уже вопль боли, попытки подчинить прекратились, теперь он пытался обжечь мои руки энергией, вырваться, хоть как-то атаковать, но бушующие энергии стирали любые его формации и плетения. — «Я СДЕЛАЮ ВСЁ — ВЛАСТЬ, ЭНЕРГИЯ! БУДЕШЬ РАВНЫМ МНЕ!»
Я не отвечал, продолжая заливать в него энергию. Видел, как сгорают каналы маны в древке, как энергия течёт в кристалл, в бьющийся в агонии конгломерат душ с одной особенно сильной в центре, подчинившей остальные. И одна за другой они распадались, удерживающие их связи рвались, и они выпадали из посоха, проваливаюсь куда-то на другой план в посмертие. А душа в центре получала всё новые дыры в оболочке.
Пронизывающие посох руны уже сожгла бушующая энергия. Осталось лишь несколько душ в трескающемся кристалле. Он пытался атаковать, ударом магии по душе — тщетно, большая часть атаки распалась по пути, остаток причинил незначительную боль.
«Я БУДУ ПОДЧИНЯТЬСЯ ТЕБЕ! ВЕЧНО СЛУЖИТЬ, ТЫ ПОЛУЧИШЬ БОЛЬШЕ СИЛЫ, ЗНАНИЙ, ПОЩАДИ!» — кричала душа Каттеджирна, но я не видел смысла отвечать. От Широ знал, что стража сбегается, и они отступают ближе ко мне, отстреливаясь в проход, оттуда пахнуло жаром мощного заклинания Лаплас. Фон энергии тут сейчас чудовищный.
В осыпающемся, потемневшем кристалле на почерневшем, искорёженном посохе, оставалась последняя душа, что билась в безумии. Уже не говорила, просто несвязно выла и металась в агонии.
Последний импульс и оболочка распалась. Волны энергии ударили по ядру, и то стало трескаться, распадаться. Великая душа, спрятанная в артефакте, обратилась в ничто, даже не переродится. Я устал, ощутимо перенапрягся, но в рамках разумного… Всего-то залил чуть ли не напрямую в душу невероятный заряд жесточайших энергий. Эта битва проще, чем с тем астральным монстром.
«А ещё у тебя глаза сейчас сияют как кристаллы вечного льда, и исходит такая жуткая энергия от остатков маны Инис и Разрушения, что у Лаплас слегка руки задрожали, как и у Лайзы, но они будут в порядке. Давай сюда. Поздравляю, ты убил действительно сильное создание», — сказала Широ.
Я вздохнул и посмотрел на наместника. Кажется, между ним и посохом была прочнейшая связь. Пожилой лаудин с кряхтением стонал и поднимался, озираясь. Со смесью страха и недоумения уставился на меня. Жёсткое подчинение уже спало.
— Отныне твой народ свободен. Каттеджирн мёртв, — сказал я, подхватил с земли свой посох и убрал его в Хранилище, блокировки пространства тут уже не было. Взглянул на группу в зале, что из-под щитов отстреливалась по набегавшим в зал. Уже боязливо, неуверенно.
Наместник тем временем сел и спрятал голову в руках. Не опасен, а значит, пора…
«Убей его, мантия», — неожиданно приказала Инис.
Не сомневался ни секунду, промедлив лишь на
