– Вещи, – продолжал Уиджетт. – «Набор Робинзона», коротковолновый приемник, миниатюрная цифровая камера, бинокль, носильная одежда, обувь, купальник, нижнее белье... Рич, спасибо, я обойдусь без комментариев!
– И еще украшения! – нервно добавила девушка.
– Конечно, конечно, – кивнул Уиджетт, – Итак, – продолжал он, проходя в дальний конец комнаты и включая лампу над стоящим там столом. – Мы позаботились о том, чтобы превратить большинство названных предметов в эффективное оружие самообороны. Думаю, нам это удалось... Добавлю, что готовить спецкомплект для женщины куда интереснее, чем для мужчины.,.
– Я думала, Вам это уже приходилось делать? – Оливия с удивлением подняла глаза на профессора.
– Да, но не для таких задач и не в такие сроки!
Изобретательность умельцев из спецслужб не знала границ. Оливии пришлось предельно сконцентрироваться, чтобы ничего не забыть и ничего не перепутать. Почти все, что она брала с собой в дорогу, было превращено в оружие – если и не массового поражения, то весьма эффективное, и при близком контакте с противником способное нанести самые серьезные увечья. Так, в ее колечко было вмонтировано устрашающего вида кривое лезвие, которое выскакивало, стоило только нажать на один из алмазиков под определенным углом. Любимая Оливией накидка от «Хлои» теперь в одном рукаве таила проволочную пилу, а в другом – тонкий, как луч, кинжал, снабженный системой впрыска нервно-паралитического яда. Пуговицы на юбке от «Дольче и Габбаны» были заменены миниатюрными дисковыми пилами. Губная помада превратилась во вспышку, применение которой на долгое время ослепляло противника. Тюбик с румянами, если из него вывернуть предохранитель, начинал выделять газ, способный в течение пяти минут лишить сознания всех, находящихся в помещении.
– Все это прекрасно. Но мои вещи... Я получу их назад по возвращении?
– Если все пройдет так, как нам хотелось бы, – усмехнулся Скотт, – по возвращении ты получишь возможность опустошить прилавки в «Гуччи», «Тиффани», «Дольче и Габбана» и что там еще, за счет Правительства Ее Величества.
Оливия просияла.
В одну из ее сережек от «Тиффани», в форме морской звезды, был вмонтирован миниатюрный GPS-маячок, позволяющий отследить все передвижения Оливии через спутниковую систему точного определения координат.
– Новое поколение, лучшая из моделей. Чудо миниатюризации. Работает даже под водой на глубине до 5 метров.
– А под землей? – поинтересовалась Оливия.
– Под землей нет, – буркнул Уиджетт, почему-то отводя глаза.
Во вторую сережку была вделана ампула с цианистым калием.
– Теперь... пистолеты, – сказал Скотт Рич. Оливия взглянула на него распахнутыми от ужаса глазами. Она уже ознакомилась с кинжалами, запрятанными в каблуках-шпильках ее туфель, с поясом от «Дольче и Габбаны», сделанным из настоящих золотых монет – ими можно расплачиваться, если у нее не будет денег, – со стилетом и шприцем, содержащим транквилизатор, вделанными в чашечки бюстгальтера. Брошь, снабженную системой для инъекции транквилизатора, девушка отвергла, заявив, что любая женщина моложе шестидесяти лет, цепляющая на платье брошь, тут же вызывает подозрения.
– Я не собираюсь брать с собой пистолет!
Казалось, и Уиджетт, и Скотт при этих ее словах потеряли дар речи. Они просто тупо смотрели на нее.
– Наличие пистолета только создаст мне кучу проблем и ничему не поможет! Какого черта я таскаю с собой пушку, когда я всего-навсего журналистка, пишущая о путешествиях? Я ведь сама говорила Феррамо, что ненавижу убийство!
Скотт Рич и Уиджетт обменялись взглядами.
– Можно, я объясню положение вещей? – взялся за дело Скотт. – Речь идет не о романтической прогулке. Речь идет об очень опасной, чертовски дорогой и сопряженной с человеческими жертвами военной операции.
– Нет, можно я сама кое-что объясню? – повысила голос Оливия. – Я знаю, насколько это опасно, и я на это иду. Вам нужна я. Если бы кто-то из ваших профи мог сделать это за меня, я бы здесь не сидела. Вам нужна я – такая, как есть. И пока я добилась большего, чем вся ваша агентура. Так не мешайте мне поступать так, как я считаю нужным! Или сами соблазняйте Феррамо в этой его пустыне!
Наступила полная тишина. Потом Уиджетт стал напевать под нос: «Пам, пам, пам. Пам, нам, пам». Потом повернулся к Скотту:
– Какие-нибудь вопросы, Рич? Ценные соображения? Замечания? Комментарии? Нет? Хорошо. Тогда... Оливия, давайте-ка сперва посмотрим, как Вы стреляете, а потом будем думать, давать Вам пистолет или нет.
47
Скотт Рич стоял за спиной Оливии, направляя руку, в которой она держала пистолет.
– Гасишь отдачу рукой, чтобы тело не дергалось. Теперь... очень плавно, – он прижал ее палец к спусковому крючку, – ...плавно, не делая резких движений, – он надавил сильнее, – нажимаешь. Готова?
Хлопок резко открытой двери напоминал выстрел.
– Извиняюсь, сэр! – пробормотал стоящий в проеме Додд.
Скотт тяжело вздохнул:
– Ну, что?
– Мисс Джоулз звонят на мобильник. Который уже раз. Звонит ее подруга. Профессор Уиджетт считает: мисс Джоулз лучше ей перезвонить. Прямо сейчас. Ему не улыбается, если мисс Джоулз начнут искать с полицией.
Скотт кивнул Оливии: иди.
– Я прокручу последнее сообщение, мисс Джоулз? Ничего, если включу динамики? – засуетился Додд.
«Оливия, это опять Кейт. Где тебя носит, можно спросить? Ты что, опять смоталась в Гондурас, загуляв с этим твоим плейбоем?! Тоже мне, Доди-аль-Файед! Знаешь, я из тебя душу выну. Ты что, совсем спятила? Я тебе уже сотню раз звонила! Если ты сегодня же не перезвонишь, я пойду в полицию!»
– Я набираю номер? – спросил компьютерщик.
– Э-э-э... Да, – кивнула Оливия. – И не надо включать разговор на колонки... Можно?
– Да, конечно.
– Кейт, привет, – неуверенно произнесла она в трубку. – Это Оливия.
То, что она услышала, напоминало ураган.
– Ладно, проехали, – сказала наконец Кейт, выговорив все, что ока думает об Оливии. – Ну, вы с ним переспали?
– Нет, – пробормотала Оливия, косясь на стоящих рядом мужчин.
– Что, обжимались-целовались?!
Оливия вспомнила все, что было в поездке... Она целовалась?
– Да, – пробормотала Оливия. – Еще как... только... не с ним, – она бросила виноватый взгляд на Скотта.
– Что? Ты поехала за этим твоим хахалем на край света, а там закрутила с кем-то еще?! Оливия, ты просто сумасшедшая!
– Ш-ш-ш-ш, – Оливия попыталась урезонить подругу. – Я не очень могу сейчас говорить.
– Где ты?
– Слушай, я не могу...
