Читаем без скачивания Записки практикующего адвоката - Luide

Здесь стоит поподробнее остановиться на сути спора. Истец, молодой, но весьма пронырливый гном, утверждал, что его отец в течение последних трех месяцев своей жизни был очень болен, и даже лежал в больнице. Он якобы нуждался в уходе и посторонней помощи, которую ему оказывал сын. Ответчица же, по утверждению истца, всячески от этого уклонялась. По словам истца, ответчица на это время уехала в другой город, где вела разгульный образ жизни, злоупотребляла алкоголем и напропалую изменяла законному мужу. Кроме того, если верить господину Партальву Раннсону, его отец намеревался расторгнуть брак с позорящей его неверной женой. Истец возмущенно заявил, что ответчица даже не соизволила приехать на похороны, не говоря уж об участии в их подготовке и оплате. Моя же клиентка, естественно, была не согласна со всем вышеизложенным, и подала встречный иск о признании права собственности в порядке наследования по закону после смерти мужа.

Теперь нам предстояло разбираться в хитросплетениях отношений в гномьей ячейке общества, и обосновывать свои позиции.

Судья, закончив выяснение личности сторон и их представителей, поинтересовалась, имеются ли у лиц, участвующих в деле, ходатайства до начала рассмотрения дела по сути. Безусловно, такие ходатайства имелись. Для начала со своего места поднялся коллега Сергей Пехов, который в данном деле представлял интересы истца. С коллегой Сергеем я еще ни разу не сталкивалась в заседаниях, хотя и знала его — в лицо и по разговорам. Поговаривают, что коллега бабник, каких поискать, и не пропускает ни одною юбки. Похоже, я не в его вкусе, либо же он просто поостерегся заигрывать со мной, зная мою репутацию. Меня считают сдержанной, уравновешенной и весьма строгой особой, что, надо сказать, соответствует действительности. Вообще, отсутствие всяческих подобных поползновений меня вполне устраивает. Я предпочитаю сводить к минимуму личные отношения на работе, и не делать личные вещи достоянием общественности.

Так что коллега вел себя вполне корректно и вежливо. И слава богам! Но вернемся к нашим гномам.

Коллега Сергей просил суд приобщить к материалам дела медицинские справки о прохождении лечения покойным. Судья, как и положено, поинтересовалась моим мнением. Я ничего против не имела, вполне законное доказательство, да и вообще, даже если бы я возражала, сомневаюсь, что это что-то поменяло бы. Я лишь попросила объявить перерыв, чтобы я могла ознакомиться с данными документами. И тут судья, не взирая ни на какие правила, отказалась объявить перерыв в заседании, объявив, что вполне достаточно того, что она вслух прочитает эти справки. Так, теперь гипотезу по поводу взятки судье можно считать доказанной. Отказать в подобной просьбе адвокату — это просто нонсенс! Это мое законное право — ознакомиться с доказательствами, имеющимися в деле. Что ж, расклад не наш, но сыграем.

Судья огласила содержание справок, из которых следовало, что в мае прошлого года наследодатель в самом деле, находился в больнице с инсультом, случившимся в апреле прошлого года.

У меня тоже было, что приобщить к материалам дела, так что после того, как коллега сел на свое место, я встала и заявила. — Ваша честь, прошу приобщить к материалам дела следующие документы: копию трудовой книжки покойного и справку с места работы, которые свидетельствуют о том, что наследодатель работал до последнего дня своей жизни. Также прощу приобщить справку о том, что сестра моей доверительницы, почтенная Гирания Дорассон, является инвалидом по состоянию здоровья, и в период с марта по октябрь прошлого года она нуждалась в постороннем уходе, а также справку квартального комитета и справку лечащего врача, что такой уход осуществляла именно моя доверительница. Именно с этой целью она и уезжала на те несколько месяцев, а вовсе не для того, чтобы вести разгульный образ жизни, как утверждает истец.

Судья помялась, пытаясь найти повод, чтобы отказать мне в заявленном ходатайстве. Однако я предвидела подобное развитие событий, а потому оформила все бумаги в лучшем виде. Зато коллега сразу нашелся, что возразить. Ну и ладно, что чушь, но зато возразил. Коллега заявил, что это все не имеет ни малейшего отношения к предмету спора, и не является доказательством, на что я возразила, что данные доказательства собраны нами в соответствии с законом и в обоснование своей позиции по делу. Мы ведь ссылались в своем возражении на иск именно на те обстоятельства, которые и подтверждаются данными доказательствами.

Чтобы не давать мне лишнего аргумента для обжалования решения, судья вынуждена была таки приобщить наши доказательства к материалам дела.

Ну что ж, пока ничья. Играем дальше…

Дальнейший ход заседания напоминал мне игру в поддавки со стороны судьи. Внимательно выслушав жалостливый рассказ истца, как обижала мачеха его самого и его отца, судья начала задавать ему вопросы, и притом столь благожелательно и сочувствующе, что мою клиентку начало трясти, и она все порывалась вскочить и высказать собственное мнение по этому поводу. Мне едва удавалось удержать ее на месте и не дать наделать глупостей. А ход повествования истца мне все больше стал напоминать мне известную сказку. Тоже мне, Золушка нашлась!

Все же удивительно, как много гадостей друг другу могут сделать некогда близкие люди. Наблюдаешь со стороны, как бывшие супруги, или, того хуже, кровные родственники с энтузиазмом делят имущество и норовят побольнее друг друга уколоть и посильнее обгадить… Страшно становится, право слово!

Наконец эта пародия на опрос истца закончилась, и я могла задать накопившиеся у меня вопросы. Главное, удержать мою клиентку от высказывания бурлящего в ней негодования, а то она, того и гляди, начнет кричать и на истца, и на судью. В чем-то я могла понять ее чувства, вот только в заседании они совершенно неуместны.

В первую очередь я поинтересовалась у истца. — Скажите, пожалуйста, вы жили вместе с отцом?

— Нет, он жил один, — пояснил господин Партальв Раннсон.

— Понятно. Тогда вы, вероятно, нанимали сиделку для отца? — продолжила я.

Истец посмотрел на меня исподлобья, но тут его представитель негромко что-то приказал ему на ухо, и истец хмуро заявил, что никакую сиделку он не нанимал. Еще бы, коллега ведь отнюдь не дурак, и прекрасно понимал, что в противном случае я попросила бы вызвать эту сиделку, чтобы она дала показания по поводу состояния здоровья наследодателя. Веселее всего, что судья и не подумала пресечь эти подсказки, а ведь обычно судьи достаточно неодобрительно относятся к попыткам адвокатов подсказывать клиентам прямо в заседании, под звукозапись.